Тео сделала это. Она нашла того, кто убил семью, которую она так и не успела узнать, кто разрушил бесчисленное множество жизней и чье покушение на неё саму превратило её в подменыша.
Она думала, что поимка убийцы принесет ей счастье. И всё же, пока стражники вели Урсулу в темницу под шлейфом её возмущенных криков, Тео чувствовала совсем другое.
Глава 30
Где друг, которому нужны доспехи, — действительно настоящий друг
Урсулу увели из сада, но стражники и толпа всё еще стояли вокруг, не зная, что делать дальше. Больше всего на свете Тео сейчас хотела домой — в её настоящий дом, к Сесили, где она могла бы свернуться калачиком в собственной постели и вцепиться в руку мужчины, который её поддерживал, пока это еще было возможно. Она повернулась к Сесили, чтобы сказать об этом, но Тейс опередил её.
Он подошел, и свита стражников сомкнула ряды вокруг них. Тео была не в том состоянии, чтобы начинать разговор, поэтому ждала, пока он заговорит первым. Сначала ей показалось, что он и вовсе промолчит: он просто смотрел на неё, изо всех сил стараясь не разрыдаться.
Но после нескольких неудачных попыток он произнес:
— Принцесса Амабель, я хотел сказать это раньше. Я должен перед тобой извиниться. Говорю это не в надежде на прощение, а в надежде, что ты сможешь лучше меня понять. Признаю, я мог бы справиться со всем иначе. Я был так переполнен радостью, что не осознал — ты можешь её не разделять. Я вывалил на тебя слишком много информации разом, и с моей стороны было крайне несправедливо так поступать. Тебя так жестоко вырвали из моей жизни, и чтобы спасти тебя, мне пришлось принять самое трудное решение в жизни. Но я сделал это в надежде, что однажды ты вернешься ко мне. К нам. Хотя мои воспоминания о тебе — это лишь краткий миг, они для меня одни из самых заветных. Когда я наконец встретил тебя, я постоянно забывал, что ты меня не помнишь. И что ты — совершенно другой человек, не тот, кого я знал. Последнюю тысячу лет я воображал, какой будет наша встреча, и теперь понимаю, как ужасно это было по отношению к тебе. Тебе, должно быть, пришлось несладко.
Он вздохнул и продолжил:
— И я никогда не должен был единолично решать, что тебя нужно снова погрузить в сон, не поговорив с тобой. Это заставило тебя бежать из дворца — от меня — и это кажется мне непростительным. Мне очень жаль, за всё. Знаю, мы не можем начать сначала, но я хочу, чтобы ты знала: подобные решения больше никогда не будут приниматься без твоего участия.
Тео не знала, как на это ответить, хотя была ему благодарна. Поэтому вместо этого она сказала:
— И я прошу прощения за вандализм в вашей часовой башне. Надеюсь, её удастся быстро привести в порядок.
Тейс печально улыбнулся.
— Она должна была стать моим подарком тебе, в память о твоей семье, но да, думаю, будет лучше, если мы уберем колокола. — Его улыбка снова погасла. — Я бы хотел распланировать поминальную службу по Иаре и официальный прием в твою честь. Разумеется, только если ты решишь принять на себя роль принцессы. Этот выбор я оставляю за тобой.
Тео видела, как его лицо мрачнеет всё сильнее, пока она молчала.
Он коротко кивнул и повернулся к Сесили:
— Я доверяю тебе её безопасность. Надеюсь, твой дом будет открыт для неё столько, сколько она сама того пожелает?
— Приютить бездельничающую особу королевской крови в моем доме, пока ей не вздумается уйти? Ну, полагаю, я справлюсь, раз уж я в данный момент её главная советница — официальный титул на подходе.
Каз, стоявший рядом с Тео, хмыкнул, на что Сесили ответила подмигиванием. Тейс лишь слегка закатил глаза и, еще раз извинившись и пожелав им удачи, направился обратно во дворец.
Окружавшие их стражники только начали расходиться, когда из-за спины донесся звук, подозрительно напоминавший боевой клич, и мгновение спустя трое гвардейцев оказались повалены на землю.
На их месте стояли Берик, Ториан и Лоуэн, одетые и готовые к войне — если бы эта война велась против спального гарнитура. С помощью ремня Берик умудрился примотать к голове подушки с обеих сторон, закрывая уши. В том месте, откуда они только что явились, теперь наверняка стояла кровать всего с тремя столбиками, потому что четвертый был отломан и теперь служил ему дубинкой. Ториан, шипя как прижатая к стене кобра, изо всех сил изображала воительницу, которая заблудилась по дороге на битву и случайно попала на светский раут. Она прихватила с собой приставной столик и, подобно Берику, сократила количество его ножек на одну — эта отсутствующая ножка теперь была её наточенным «мечом». Но она пошла дальше, притащив с собой и саму столешницу в качестве импровизированного щита. Против чего именно — Тео понятия не имела, но Ториан была воплощением готовности. Правда, с головным убором она заморачиваться не стала: вместо этого она, похоже, выпотрошила подушку и запихала вату в уши так, что та торчала наружу пушистыми клочьями. Лоуэн был единственным из троицы, у кого было хоть что-то похожее на настоящее оружие — он размахивал каминной кочергой. Поскольку все мягкие и пушистые варианты для затыкания ушей уже разобрали, Лоуэну пришлось использовать комки свечного воска.
— Отпустите Тео! — закричал Берик, у которого от ярости едва ли не пена шла изо рта.
Поскольку они ничего не слышали, включая друг друга, Лоуэн в ту же секунду возопил:
— Вы не погрузите её в сон!
Ториан тем временем просто издала очередной яростный вопль, вызывающе направив свой меч-ножку на стражника.
Гвардейцы выглядели в высшей степени озадаченными, включая тех, что лежали на земле — те были скорее ошарашены, чем ранены. Не понимая, что именно им полагается делать против воинов, подозрительно напоминающих бешеных хомяков, стоящие стражники просто отступили.
Тяжесть всего произошедшего и благодарность за то, что творилось прямо сейчас, внезапно заставили Тео расплакаться. Её друзья, явно не имевшие ни малейшего опыта в боевых искусствах, вернулись за ней и были готовы биться с королевской гвардией, чтобы её спасти.
Разъяренные музыканты, взяв паузу в наступлении, наконец осознали, что ни одна фея больше не затыкает уши и все чувствуют себя вполне нормально. Некоторые стражники, а также Финеас и Лок, изо всех сил делали знаки «положите мебель на место».
Ториан наконец разглядела Тео в этой суматохе, и Тео воспользовалась случаем, чтобы кивнуть и жестами показать: оружие можно опускать. Ториан бросила свой меч и щит, после чего выковыряла вату из ушей.
— Тео? Ты в порядке? — спросила она, всё еще подозрительно косясь на стражу.
Тео вытерла слезы и улыбнулась. Каз отпустил её руку, когда Ториан подлетела к ней и сжала в крепких объятиях.
Берик и Лоуэн тоже опустили оружие и избавились от своей защиты для ушей.
— Что, уже всё кончено? — спросил Берик и повернулся к Лоуэну: — Видишь? Я же говорил, мы слишком долго возились с планом атаки.
— Вы вернулись, чтобы спасти меня? — всхлипнула Тео, вовлекая Берика и Лоуэна в общие объятия и крепко сжимая их троих.
Они отстранились друг от друга, но Берик положил руку ей на плечо.
— Ты должна понять: найти компетентного арфиста почти невозможно. Мы не собирались тебя так просто отпускать. Отличная задумка с колоколами. — Он заметил стоявшего неподалеку Алби. — Полагаю, за это мы должны благодарить тебя? — искренне спросил Берик.
Алби в ответ лишь расплылся в улыбке, выпятив грудь от гордости. Берик подошел к нему и опустился на одно колено.
— Что ж, отличная работа, мой друг. Совершенно неожиданно и блестяще исполнено.
— Погодите-ка, — вставил Лоуэн. — Ты же теперь фея!
— Мне сказали: либо так, либо смерть. Ходд меня почти достал. — Тео всё еще не успела осознать, как она к этому относится.
Только тогда её товарищи по группе огляделись, заметив фейский круг и стражников, накрывающих тело Ходда простыней.
