– Ну как, Отем, вам удобно? – раздался голос Блэйкли.
– Очень. – Она зевнула.
Он вынул из кармана крошечный фонарик и направил луч света на стену, рисуя похожую на арку линию.
– Следите за светом, не отрывая глаз, и слушайте мой голос. Вы готовы?
– Готова.
– Я буду считать от ста до одного. За это время вы крепко уснете, но будете слышать все, что я говорю. – Свет медленно перемещался по стене туда и обратно. – Сто. Девяносто девять. Девяносто восемь. Вы расслаблены. Вам удобно. Ваши глаза начинают закрываться.
Все тело Отем как будто едва уловимо расслабилось.
– Девяносто семь, – продолжал гипнотизер. – Девяносто шесть. Девяносто пять. Девяносто четыре. Вам хочется спать все больше и больше. Вы почти не можете держать глаза открытыми.
Свет продолжал равномерно двигаться по стене. Отем бессильно лежала на диване.
– Девяносто три. Девяносто два. Девяносто один. Ваши глаза закрыты. Вы совершенно расслаблены. Отем, вы меня слышите?
– Да…
Фонарик погас.
– Девяносто. Восемьдесят девять. Отем, вы глубоко спите. И мысленно перемещаетесь назад во времени.
Густой и негромкий голос Питера Блэйкли звучал размеренно, завораживал своей ритмичностью, и Бен почувствовал, как мышцы его тела тоже расслабляются. Поймав себя на том, что засыпает, он потряс головой и выпрямился на стуле.
– Там мужчина, – продолжал Блэйкли. – Светловолосый мужчина, которого вы много раз видели во сне. Вам знакомо его лицо. Вы когда-то встречали этого человека. Вы его видите?
– Да…
– Он сейчас рядом с вами?
– Да… Он только что сказал… «привет».
У Бена заколотилось сердце.
– Что еще он говорит?
– Ничего… Просто ведет себя… приветливо.
– Где вы находитесь?
– В Берлингтоне.
Бен напрягся.
– Где в Берлингтоне?
– В магазине… спортивных товаров.
Блэйкли метнул взгляд в сторону Бена и снова обратился к Отем:
– Вы знаете, как называется этот магазин?
– «Берлингтон… спортс».
– Знаете такой? – тихонько спросил Блэйкли у Бена.
– Да, – кивнул Бен. – Он там очень давно.
Гипнотизер повернулся к Отем:
– Расскажите, что происходит.
– Я в магазине… вместе с папой. – Она облизнула губы. – Мы… покупаем… снаряжение.
Сердце Бена готово было выскочить из груди. Макс Соммерс был с ней. Может быть, он вспомнит этого парня. Может быть, он его даже знает.
– Что делает светловолосый человек?
– Покупает… походную кухню.
– Он говорит что-нибудь еще?
– Нет… Только «привет».
Сидящий на придвинутом к дивану стуле Блэйкли принял более удобную позу.
– Вы знаете, когда это происходит?
Отем слегка нахмурилась:
– Это… летом. – Она снова провела языком по губам. – Мы с папой собираемся… в горы. Я приехала к нему… на выходные.
– Вы помните что-нибудь еще?
– Этот человек… кажется приятным. Я подумала… хорошо бы встретить кого-нибудь такого.
По спине Бена пробежал холодок. Профайлер говорил, что этот парень может быть обаятельным, что к нему тянутся женщины. При мысли о том, что Отем могла оказаться рядом с этим ублюдком, у Бена кровь застыла в жилах.
– Отем, у вас очень хорошо получилось, – произнес Питер Блэйкли. – Теперь я буду считать от одного до пяти. Когда я скажу «пять», вы проснетесь и будете помнить все, о чем мы говорили. Один. Два. Три. Четыре. Пять.
Глаза Отем медленно раскрылись. Она села на диване и уставилась на Бена:
– Берлингтон. Я видела его в Берлингтоне.
Глава 20
Как только Питер Блэйкли ушел, забрав выписанный Беном чек, Отем позвонила отцу. Макс был с ней в тот день, когда она видела того светловолосого парня. Может быть, он встречал его снова. Может быть, блондин даже жил в Берлингтоне.
Она не рассказывала Максу о своих снах. Боялась, что он начнет вспоминать о том времени, когда они снились ей в прошлый раз, и как она была расстроена. А ей не хотелось, чтобы отец волновался. Теперь же ей требовалось срочно с ним поговорить, узнать, что он помнит. Телефон звонил и звонил, но никто не поднимал трубку. Наконец включился автоответчик:
– Это Макс и Майра. Оставьте нам сообщение.
Итак, они официально живут вместе. Интересно. С тех пор как Макс побывал в больнице, его отношения с Майрой стали развиваться довольно быстро.
– Папа, это Отем. Мне нужно срочно с тобой поговорить. Позвони мне. Если меня не будет дома, звони на мобильный. – Она нажала на рычаг и повернулась к Бену: – Его нет дома.
– Я так и понял.
– Теперь мы ждем двух звонков. Ненавижу ждать. А ты?
– У нас есть мобильники. Время обеда уже прошло, давай сходим купим что-нибудь поесть.
– Хорошая мысль.
Они пили кофе с кексами «Бисквик», испеченными утром Отем, но это было уже давно. Поэтому они отправились в кафе «Шэк» неподалеку, где заказали сэндвичи и суп.
Расположившись за одним из трех маленьких столиков в дальней части зала, они допивали кофе и делились последним кусочком творожного кекса, когда у Отем зазвонил мобильный телефон. Номер был незнакомым.
– Привет, детка, это твой старик.
– Пап, ты где?
– Мы с Майрой в Рино. У нас медовый месяц, мы только что расписались!
– Папа!
– Ага. Сюда напрямую летает «Аляска эйр», так что мы уже тут. Собирались позвонить тебе сегодня вечером и все рассказать.
Отем испытала противоречивые чувства, в том числе сомнение, беспокойство, неверие и отрицание.
– Вы поженились? Но ведь ты говорил…
– Я говорил, что собираюсь сделать Майру честной женщиной. – Он что-то сказал в сторону, и Отем услышала, как они с Майрой смеются. – Это самый счастливый день в моей жизни.
И тут до нее начала доходить звучащая в его голосе радость. Он, кажется, и вправду счастлив. Может быть, так и есть. Отем искренне на это надеялась.
– Поздравляю, папа. Я желаю вам обоим всего самого-самого лучшего.
– Спасибо, милая.
«Они поженились», – сказала Отем одними губами сидящему напротив Бену. Тот выглядел приятно удивленным.
«Молодец», – беззвучно произнес он в ответ.
– Поздоровайся со своей мачехой, – говорил тем временем Макс.
– Отем, дорогая, привет, – зазвучал из трубки голос Майры. – Я так счастлива!
– Я тоже счастлива, – сообщила Отем, желая испытывать немного больше этого самого счастья. Они еще поболтали, и она снова пожелала им всего наилучшего. – Бен вас тоже поздравляет.
