а затем ещё и выкапывать. Про рожу не знаю, но, думаю, она у меня наглая, а значит им вряд ли могла понравиться. К нашему счастью, эти два идиота, считающие себя местной полицией, достаточно болтливы и благодаря им удалось узнать местонахождение трёх человек, которые знают меня не сказать, чтобы хорошо, но и не совсем плохо. В общем эти люди просто знают, что когда-то в этом месте был некий Ермаков. Побеседовать с ними я просто обязан…
* * *
Подъехав к воротам, посигналил три раза. Громкий лай не заставил ждать, какая-то дворняга очень сильно старается, отрабатывает еду. Всё очень изменилось, если говорить только об этом месте. Раньше за этим забором дворняг не держали. Там жил зверь по имени Пушок, добрый и ласковый котик, который заставлял не знающих о нём людей покрываться сединой от одного его вида. Интересно, где он и его хозяин сейчас? Хотелось бы, чтобы они были хотя бы живы. Желательно оба…
– Ну и кого там принесло? – открыв воротину, к нам вышел лысеющий мужичок околопенсионного возраста.
Увы, но он совсем не тот человек, которого я рассчитывал здесь увидеть. Джошуа и Руддо, так звали двоих на китайском хаммере, рассказали мне, что в доме, на который я им указал, проживает некий русский по имени Денис. Я надеялся, что в бывшем жилище Андрюхи Бокова по какой-то причине поселился Денис Нугуманов. Надежды не оправдались, появившееся из-за забора чудо на нужного мне человека не похож ни чуть.
– Здравствуйте, уважаемый! – приблизившись к мужику, я протянул ему руку и представился: – Меня зовут Никита Ермаков, я ищу друга, он раньше жил в этом доме. Вижу, что тут многое изменилось в моё отсутствие…
– Денис Прохоров, – представился новый жилец, а затем быстро рассказал: – Я купил этот дом в городе Светлый, он был в залоге у Единого банка, так что кто тут жил до меня и куда он делся мне неизвестно. Сам я не местный, всего полгода тут живу, так что вам лучше к соседям сходить, они наверняка больше моёго знают. Как-то так, земляк, чем мог, тем помог. Расходимся?
По поведению мужика было заметно, что ему нахождение на улице приносит дискомфорт. Хочет за забор, там гораздо спокойнее себя чувствует. Что ж, не буду его задерживать.
– Спасибо! – сказал я и пошёл обратно в машину. Оказавшись на сиденье, тут же ответил на молчаливый Витин вопрос: – Мимо, это не тот Денис. Но пара вариантов в запасе у меня есть, так что пока не унываем. Эх, жаль дядя Вова Росс без сознания, он наверняка знает намного больше и смог бы ответить почти на все мои вопросы. Когда ему очень сильно хотелось тут всё изменить. У него, можно сказать, получилось. Некогда прилично оживлённый посёлок Заксенхаузен снова умирает и процесс этот идёт быстрее, чем многим бы хотелось. Всё похерено, Вить, это если кратко о ситуации…
* * *
Всё произошло на кухне. Вламываясь в с виду заброшенный дом Макса Ефименко, я надеялся найти хоть какие-то подсказки, где искать хозяина, а нашёл его самого. Плохо, что всё получилось совсем не так, как мог бы предполагать.
– Кого я, однако, вижу! Неужели это Ермаков? Тот самый, который всё взбаламутил, а затем пропал в неизвестной дали? Это вправду ты, Никита? Ну да, это ты, мои глаза меня не обманывают! Вот только почему я не вижу радом кучки медведей? Помнится мне, что у тебя их было немало! Да, видит Бог, не зря я остался, совсем не зря. И даже ждать долго не пришлось, ты сам пришёл!
– Здравствуй, Макс, – тихо сказал я, не рискуя пошевелиться. Стараясь быть вежливым, попросил: – Ты не бы прекратить тыкать пистолетом в мою спину? Он холодный, его будто в морозилке держали. Или, как минимум, в холодильнике.
– Ты прав, Ермаков, ствол я хранил в холодильнике. Но только именно этот, другие лежат в других, подходящих им, местах. Таскать оружие при себе, когда находишься у себя дома, не очень удобно, поэтому приходится делать так, чтобы оно было в максимальной доступности. Беретта, лежащая в холодильнике, оказалась ближе всего. Хочешь я пристрелю тебя из неё? Пуля в спину, это будет интересная смерть, гуманной её точно не назовёшь. Никита, парализованный на половину, ты будешь ползать по полу при помощи одних лишь рук, всё больше и больше купаясь в собственной крови. И не только в ней, ведь кишки целыми так же не останутся, их содержимое тоже наружу захочет.
– Такой вариант мне не подходит, Макс. Так можно было бы поступить с грабителем, но я им не являюсь. Я просто…
– Просто взломал мою дверь и вошёл в моё жилище, Никита, это ты хотел сказать? Твоё поведение развязывает мои руки. Местная власть, её жалкое подобие, мне даже штрафа за твоё убийство не назначат, мне будет достаточно показать им сломанную задвижку и всё, делу конец. Единственный минус – это погребение, избавиться от твоего трупа мне придётся самостоятельно, лишняя трата сил, средств и времени. Надеюсь, что всё это компенсируется твоим имуществом. Я слышал звук машины, ты на колёсах, это радует, вещи грабителя всегда достаются тому, кого он пытался ограбить.
– Ермак, что он несёт, пристрелить его? – Витя как по заказу щёлкнул предохранителем автомата.
– Не надо, друган, – поспешил ответить я. – Этот человек просто ошибся, он не хочет убивать нас, просто играет, манера у него такая, характер немного дурацкий. Да, Ефименко, я ведь прав?
– Ермак, а мне кажется, что это ни разу не игра, – не успокоился Витя. – Как-то всё слишком натянуто для шутки.
– И это ты верно подметил, мальчишка, – прорычал раздосадованный сменой обстановки Макс. – Твой дружок, как видишь, плохо меня знает, раз ошибся настолько сильно. Я хотел и всё ещё хочу его убить!
– А за что, Макс? – решил поинтересоваться я. – Чтобы заслужить смерть нужно сделать что-то серьёзное, совершить много всего преступного. Мне, вроде бы, ничего такого делать не довелось. И да, я очень удивлён увидеть тебя таким. Тот Макс, которого знал раньше, никогда не был похожим на тебя нынешнего. Какие такие события сумели изменить твою сущность настолько сильно? Что за дерьмо тебе пришлось пожрать, Ефименко? Макс, дружище, пожалуйста убери пистолет, а затем сядь за стол и расскажи мне всё. Мне правда известен лишь минимум. Подробностей не знаю.
– Подробностей хочешь, Ермак? Ну хорошо, будут тебе подробности… – Макс, прекратив тыкать пистолетом мне в спину, бросил ставшее ненужным оружие на стол и побрёл к шторам, благодаря плотности которых даже среди бела дня внутри дома не светлее чем в склепе. Когда темнота развеялась, хозяин жилища буркнул: – Щенок, ты можешь унести автомат в машину, он теперь не нужен. Или оставь его здесь, мне такая игрушка точно не помешает. Жаль патроны нынче дорогие стали, но это уже наглость, на неизбежные вещи сетовать пытаюсь. Эх, были времена, и куда всё ушло?
Дальше было озвучено место, в которое ушли те самые времена. Выдав порцию мата, Макс подошёл к чайнику и убедившись, что вода в нём имеется, зажёг походную газовую плитку.
– Вижу, что не очень хорошо твоя жизнь складывается, Ефименко, – сказал я, присев за стол и оценив количество пыли, которой он покрыт. – Редко ты тут бываешь, очень редко. К общей электросети посёлка не подключен, воды тоже нет… Всё настолько плохо?
– До твоего появления было лучше, Ермак! – Макс рывком открыл холодильник и, вновь выдав порцию мата, захлопнул его.
– Ну и запашок… – пробормотал я, зажав нос. – Пистолет, получается, такой же вонючий. Было бы обидно принять смерть от такого оружия. Эх, Макс, однако лучше будет на свежем воздухе чайку испить. Оставаясь тут, мы рискуем получить отравление. Ефименко, твоему холодильнику место в списке химического оружия, надо же было до такого себя
