она себя уже похоронила, а тут вдруг ее вытащили из пучины и показали, что пока поживет. Я боялся, что она обниматься ко мне бросится. Этого мне еще не хватало. Но в целом реакцией был доволен. Получил именно тот эффект, на который рассчитывал. Она теперь моя с потрохами, и серьезных подлостей с ее стороны можно не бояться, по крайней мере в ближайшие месяцы. А там уже ситуация может измениться. Не вечно же я буду на этом заводе сидеть. Планы мои поинтересней.
— Я в гараж, — сказал я ей. Пусть посидит, подумает еще. А мне коляску ремонтировать надо. Запчасти нужны.
Интересно, Петрович в рейсе или здесь? Прошёлся сразу к месту стоянки его МАЗа. Здесь! Отлично.
— Петрович! Фисенко! — заорал я, приоткрыв калитку в воротах гаража.
— Оу! — послышалось из ремзоны.
Найдя его по голосу, я радостно приветствовал его.
— Привет! — протянул он мне руку. — Опять косяк в бумагах?
— Нет. Я со шкурным вопросом. Коляска детская колёса теряет. Можешь пару шпилек дать?
— Молодой, да ранний… — посмотрел на меня каким-то странным взглядом Петрович.
— Чего?
— Не рановато-то ты семью завёл и спиногрыза? Небось, и нагуляться не успел?
— Хорош прикалываться! — рассмеялся я. — Какая семья?! Мне шестнадцать. Это для племянницы.
Петрович улыбнулся смущённо и жестом позвал меня за собой.
Как они разбираются в этих катакомбах в потёмках? Дети подземелья…
Однако, Петрович уверенно нашёл нужные мне шпильки, дал с запасом. Я поблагодарил его. Глаза привыкли к полутьме, начал осматривать оборудование вокруг, которым располагала ремзона гаража, вдруг что-то еще понадобится для дома, для семьи. Но тут неподалеку раздались истошные женские крики.
— Я из-за тебя в халупу прописалась! — кричала женщина. — Ты говорил, у меня отдельная квартира будет! А теперь что?! У меня отдельный сортир на улице?!
— Альбина, зачем ты при всех! Все будет хорошо! — басил в ответ мужской голос.
— Ничего уже не будет хорошо! По крайней мере, у нас с тобой! Знать тебя не хочу!
— Что тут происходит? — с деланным удивлением спросил я, старательно делая вид, что совсем тут не при делах.
Хотя, конечно, сразу понял, что это Альбина устраивает разнос своему любовнику Грицыну. Всё-таки пролетела она с квартирой, как фанера над Парижем.
— Альбинка, похоже, из очереди на квартиру вылетела. Есть в жизни справедливость, — удовлетворённо прокомментировал происходящее Петрович.
Я слушал не менее радостно этот скандал. Вспоминал ту несчастную женщину с двумя детьми, что пострадала и жаловалась бабушке на эти махинации. Ну что же, здесь удалось добиться справедливости, и это очень приятно!
С ощутимо поднявшимся настроением двинулся дальше. Как там говорится? Сделал гадость, сердцу радость! Таким аферистам, как Альбина с ее ухажером, делать гадости приятно.
Так, самое важное дело сделал, теперь можно и к Галие зайти — соскучился! Придя с конфетами и шоколадкой, обнаружил, что по мне тоже соскучились — Галя радостно чмокнула меня в щеку, поддавшись порыву. И очень одобрила мой выбор в области шоколада. Снова чаек, снова апробация, а затем от меня потребовали рассказать все новости из Перми и намекнули на то, что неплохо бы и сходить куда вместе. Сегодня я уже опрометчиво договорился встречаться дома с пацанами — так что предложил встретиться завтра. Галя ждала похода в кино, но я приосанился и сказал:
— Как смотришь на то, чтобы зайти к тебе домой? Познакомиться с твоей мамой? Я ей, кстати, тоже конфет привез в подарок!
На лице Галии при этих словах отразилась целая гамма чувств. Было интересно наблюдать, как одно выражение лица сменяет другое. Моя девушка занервничала, задергалась, начала говорить что-то сбивчивое про то, что неудобно. Интересно девки пляшут. Чего это такая паника вдруг?
— Я чего-то не знаю? — спросил я Галию как можно более нейтральным тоном. — Ты не хочешь, чтобы я к вам домой приходил?
Галия посмотрела на меня с каким-то отчаянием во взгляде, потом, решившись, сказала:
— Нет. Просто завтра отец дома. Я боюсь, что вы не поладите. Он очень строгий, особенно к тем, кто за мной ухаживать пытается. Он мне всех кавалеров распугал.
Я облегченно вздохнул. Дело в строгом папе-пожарном, оказывается. А я уж подумал, что что-то серьезное.
— В том, что он всех от тебя отвадил, полностью его поддерживаю, — с улыбкой сказал Галии. — Нечего никому, кроме меня, вокруг тебя крутиться.
— Ты не понимаешь, все правда плохо будет, — не поддержала мою шутку Галия. — Давай пока будем так встречаться, без знакомства с родителями.
— Ну уж нет, — возразил я, — не хочу прятаться и в детский садик играть. Так твои родители нас точно еще долго всерьез воспринимать не будут. Хочешь, чтобы считали взрослой, надо вести себя по-взрослому. Все, решено, завтра идем к тебе! Сладкое принесу, с тебя вкусный чай.
— Хорошо, — кивнула Галия с какой-то обреченностью во взгляде.
Я не стал рассказывать ей о том, что уже встречался и говорил с ее отцом. Неизвестно, как она отреагирует на эту информацию. Еще разозлится, что отец за ее спиной ко мне подходил, вспылит, наговорит отцу лишнего, поссорятся. Зачем эти сложности!
Попрощавшись с девушкой, быстренько ушел, пока она не начала накручивать себя и снова не попыталась отговорить меня от знакомства с родителями.
Раз уж все равно сбежал с рабочего места, решил заодно зайти к Игнату. Что-то мы вроде бы и договорились с ним о винтовой лестнице, а ощутимого движения так и нет. А времени уже прилично прошло, да и я теперь при деньгах — можно не опасаться, если вдруг мы что-то не учли, из-за чего стоимость готового изделия резко подскочит. Хотя, конечно, лучше без этого.
Игната нашел легко. Он задумчиво курил у входа в цех. Как ни приду, курят они тут. Интересно, а работают когда?
— Привет, — сказал я, пожимая ему руку, — хотел про лестницу обсудить.
— Погоди про лестницу! — сказал Игнат сурово, — ты кого нам на работу привел? Я как бы за него поручился!
— Ты про Васю-негра, что ли? — удивился я, — а что, он не справляется с работой?
— Чтобы не справляться с работой, надо хоть на рабочем месте быть, а его нет сегодня, — хмуро сказал Игнат, — смена его, а негра нет. Запил, судя по всему! Вот
