– Тонко подмечено, – похвалил друга Грегори. – Но вот только дожди идут куда как чаще, чем мертвые воскресают. – Он хлопнул друга по плечу. – Редко ли мы вели такие разговоры, кузен? Сколько ангелов уместятся на острие иглы? Если настоящее – это всего лишь текущее время, если прошлого и будущего не существует, потому что первое уже миновало, а второе еще не наступило, как мы можем говорить: «давным-давно» или «в далеком будущем». Какова природа Вселенной и суть возраста человека? О чем мы только с тобой не спорили?
Даскин хмыкнул. Раздражение как рукой сняло.
– Когда нам было по двадцать, мы были хуже. Вспомнить только, как мы спорили ночи напролет в Эйлириуме, в Арворкор-колледже – ты, я, Девин и Вестон, уверенные в том, что знаем ответы на все вопросы на свете. Тогда мы были просто-напросто напыщенными умниками.
– Нас так учили, – возразил Грегори. – Помнишь профессора Беллгроува?
– Старого льва? Мы над ним подсмеивались. Все в университете потешались над ним.
– Но при этом мы его обожали.
– Ты обожал, это точно. Если он и не был анархистом, то их философию он знал получше их самих. Но спорить он не умел. Он был тем запалом, который разжигал нас и сподвигал на споры до утра.
– Ты знаешь, что он умер? – спросил Грегори.
– Вот как? Нет, я не знал. А когда это случилось?
– Я думал, ты слышал. Он был анархистом, и его убил твой брат во время ночной потасовки в Кидине.
Даскин резко остановился и схватил Грегори за руку.
– Ты шутишь
– Нет. Беллгроув не просто изучал философию анархистов. Он был одним из них.
Даскину показалось, что земля уходит у него из-под ног.
– Он на самом деле был анархистом? Да, конечно, он всегда сочувствовал их убеждениям, но я никогда не воспринимал его высказываний всерьез. Я понятия не имел…
– Немногие знали об этом. Я был одним из немногих. Он как-то раз при мне проговорился.
– Но ты мне никогда не рассказывал!
– Он взял с меня слово молчать.
– И ты хранил клятву? Анархист преподавал в Арворкоре! Да ведь ты должен был непременно известить об этом власти!
– Я дал слово.
Даскин отвернулся, и друзья продолжили путь.
– Весь мир – вверх тормашками. Старый чудак Беллгроув погиб в Кидине, под покровом ночи, от руки моего брата! Какая глупая и печальная смерть для такого мудрого человека…
Потом они долго шли молча. В голове Даскина метались тысячи мыслей. Он казался самому себе наивным глупцом. Верно, он не знал Беллгроува близко – он знал его ровно настолько, насколько знают студенты любимых преподавателей, воспринимая их отстраненно, внешне. Но Даскина всегда восхищали могучий баритон профессора, львиная грива его волос, его взгляд – воплощенные мудрость и уверенность. И Картер был вынужден его убить…
Без происшествий друзья добрались до отрезка ущелья, располагавшегося позади Обманного Дома, и взобрались по склону вверх. Перед ними стоял Дом – огромный, пугающий, резкий и странный, раскинувшийся в обе стороны по равнине. Даскин поежился.
– Видишь хоть одного часового? – прошептал он.
– Ни души, – отозвался Грегори. – Странно, правда?
– Да нет, если этот Дом сам себя охраняет. Архитектура непонятная какая-то, ни одной двери не могу разглядеть.
В этот момент из-за угла выбежал Пес-Хаос. Он хищно принюхался, царапая когтями камни, подвывая и скуля. Пробежал в одну сторону, в другую, развернулся к ущелью, где затаились друзья, но тут же отвернулся и исчез за углом. По непрерывному вою было нетрудно проследить за тем, куда он направился.
До Дома Даскин и Грегори добирались, наверное, целую вечность. Даскин чувствовал, как бешено колотится его сердце в такт с топающими по камням подметками. Держа наготове пистолеты, друзья подбежали к Дому. Как и Картер, они не смогли отыскать двери. Вскоре вой страшного пса послышался совсем близко, и Даскин от страха затаил дыхание. Друзья в отчаянии искали вход, внезапно Грегори остановился возле одного из камней кладки, тронул его рукой и проговорил:
– А это что такое?
Раздался еле слышный щелчок, и часть каменной кладки выехала вперед, открыв перед друзьями потайной вход.
– Отличная работа, – прошептал Даскин и одобрительно похлопал Грегори по спине.
Они нырнули в потайной вход и оказались в просторной комнате. Вой Пса-Хаоса слышался уже совсем рядом, и друзья принялись в отчаянии искать механизм, с помощью которого можно было бы поскорее закрыть отверстие в стене. На счастье, Даскину удалось отыскать рычаг, и хотя тот почти целиком проржавел, фальшивая кладка послушно встала на место, и друзья оказались в абсолютной темноте.
Когда на отряд с тыла напал Пес-Хаос, Филлип Крейн решил, что им с Макмертри очень повезло: они в этот момент находились ближе к первому ряду гвардейцев. Несколько воинов Белого Круга были мгновенно убиты жутким чудовищем. Поскольку оба архитектора опытными бойцами не были, они тут же обратились в бегство и вскоре уже были далеко впереди и чуть справа от отряда. Они слышали, как рычит разбушевавшийся зверь, как кричат погибающие люди, но вот на миг наступила тишина.
Мистер Крейн отважился оглянуться через плечо.
– Чудовище ушло, мистер Макмертри, но наши солдаты отходят под прямым углом от нас. Лучше бы поспешить, если мы хотим догнать их.
Коллеги сменили направление, однако догнать отряд не успели: Нункасл вместе со своими подчиненными угодил в ловушку. Их со всех сторон окружили анархисты, до тех пор, вероятно, сидевшие в засаде.
– Сдавайтесь! – прозвучал голос командира анархистов. – Вы окружены.
Нункаслу не оставалось ничего другого, как сдаться. Анархисты числом втрое превосходили отряд, еще не успевший толком оправиться после нападения чудовища.
– Делайте, как они говорят, ребята. Мы и так уже потеряли людей более чем достаточно для одной ночи.
Крейн потянул Макмертри за рукав. Они прятались за грудой больших камней.
– Все хуже и хуже, – обреченно проговорил Макмертри. – Что же нам делать, мистер Крейн?
– Помочь мы им ничем не можем, по крайней мере – пока, мистер Макмертри. И здесь нам оставаться опасно – ведь чудище рыщет где-то неподалеку. Предлагаю идти вперед. Быть может, нам удастся проскользнуть в Дом следом за отрядом.
– И что потом, мистер Крейн? Ведь мы с вами не воины.
– Как – что потом? Искать Краеугольный Камень, само собой. Ведь в этом и состоит наша миссия.
– А я думал, мы всего лишь советники.
– Вовсе нет. Вовсе нет. Ведь вы воевали в свое время, если на то пошло.
– Сорок лет назад.
– Но ведь ваша храбрость не вытекла из вас, как из бутылки с плохо пригнанной пробкой, а, мистер Макмертри? Будет вам. Это все так увлекательно!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
