Вик попытался представить себе, как Ренни спокойно рассказывает об убийстве человека, пусть даже случайном. И не смог. Он также не мог вообразить себе распущенную девицу, которую описывала Кристел, нимфоманку, соблазняющую женатого человека. Ничего из ее прошлой жизни не совпадало с нынешней.
– Я, пожалуй, отчалю, – сказал Орен. – А тебе полезно вздремнуть. Пока я не ушел, может, тебе что-то нужно?
Вик покачал головой.
– Я с удовольствием куплю тебе журнал или…
– Нет, спасибо.
– Тогда ладно. Я сегодня еще приду вместе с Грейс. После ужина. Как ты думаешь, ты сможешь вынести визит девочек?
– Конечно, с удовольствием.
– Они все пристают, чтобы я их привел навестить тебя. Обещаю, мы надолго не задержимся.
Вик вымученно улыбнулся:
– Жду с нетерпением.
Орен кивнул и направился к двери, но задержался, положив руку на ручку:
– Давай без дерьма, Вик. Договорились?
– Договорились.
– Как мужчина с мужчиной, не как напарник с напарником?
Вик нахмурился:
– Ты о чем?
– Ты здорово на нее запал, верно?
Вик повернул голову к окну и уже привычному виду.
– Не знаю, – мрачно ответил он. Орен вполголоса выругался.
– Слушай, катись, чего ты застрял? – сказал Вик. Внезапно он почувствовал себя дико усталым. – Ты уже сказал все, что хотел.
– Почти. Есть еще парочка вещей.
– Надо же, как мне повезло.
– Ренни Ньютон спасла тебе жизнь. Тут нет никаких сомнений. И я всегда буду ей за это благодарен.
Вик снова повернулся к нему лицом:
– Где же «но»?
– Этот бывший коп в Далтоне сказал, что он не мог поверить, будто можно отнять у человека жизнь, даже у злейшего врага, и остаться такой равнодушной. Будто муху прихлопнула. У него до сих пор озноб, когда он об этом вспоминает.
21
Вик уставился на мужчину в белом халате, который зашел в его палату с таким видом, как будто все это заведение принадлежало ему.
– Кто вы такой?
– Я доктор Шугармен. Как вы себя сегодня чувствуете, мистер Треджилл?
– Где доктор Ньютон? – грубовато спросил Вик.
– Сегодня я делаю за нее обход.
– Почему? – продолжал допытываться настырный пациент.
Доктор одарил его еще одной белозубой улыбкой.
– Все в порядке?
– Где мой врач? – не успокаивался Вик.
– Я тоже врач.
«И комик к тому же», – с горечью подумал Вик. Доктор Шугармен одобрительно кивнул, просмотрев карту Вика, и закрыл ее.
– Я рад познакомиться с самым знаменитым пациентом нашей больницы. Видел вас по телевизору. Вам изрядно досталось, но вы идете к выздоровлению семимильными шагами.
– Рад слышать. Когда меня выпишут?
– Торопитесь нас покинуть?
Что за дурацкий вопрос? Вик готов был придушить его. Ему не нравились ни он, ни его белозубая улыбка. И куда подевалась Ренни? Почему она не на обходе? Разумеется, она заслужила отдых, как и всякий другой, но могла же она хотя бы намекнуть, что не будет в больнице сегодня? Или не хотела, чтобы он знал?
«Лозадо выпускают из тюрьмы, и Ренни берет отгул». – Мысль была неприятной, и он ненавидел себя за то, что она возникла в его голове.
Мрачное выражение его лица подсказало доктору Шугармену, что ему стоит попрактиковаться в своих навыках общения с больными на более мирных и благодарных пациентах. Его рекламная улыбка исчезла.
– О вашей выписке будет принимать решение доктор Ньютон, но это случится не раньше чем через пару дней, чтобы избежать нежелательных осложнений. – Доктор пожал ему руку и удалился.
– Индюк надутый, – пробормотал Вик. Появилось семейство Уэсли. Верный своему обещанию, Орен ограничил визит пятнадцатью минутами, но ограничить восторг и энергию девочек было невозможно.
Они принесли ему шоколадное печенье, которое испекли сами, и не успокоились, пока он не съел две штуки. Грейс пришла с большим пакетом.
– Тут пижама, – сказала она. – Не знаю, позволят ли они тебе ее носить, но пусть будет на всякий случай. Я и тапочки принесла.
Он схватил ее руку и поцеловал:
– Выходи за меня замуж?
Девочки счастливо завизжали, и пришлось их успокаивать. Они без конца болтали, они были очаровательны, но Вик устал ужасно. Как ни стыдно ему было, он с облегчением вздохнул, когда они ушли, обняв его на прощание.
Орен в их присутствии про дела не говорил, дождался, пока все семейство не выйдет в холл, и только тогда сообщил Вику, что Лозадо снова на свободе.
– Сержант отказался устанавливать за ним наблюдение. И сегодня в полночь он снимет охрану в больнице.
– Ты меня предупреждаешь? Орен серьезно кивнул:
– Следи за своей спиной. С завтрашнего дня полицейское управление Форт-Уэрта тебя не охраняет.
Вика это устраивало. Ему не нужна полицейская охрана, потому что платить за нее придется свободой. Сегодня, узнав о решении областного прокурора, он сделал вывод, что властям с Лозадо не справиться. Юриспруденция ограничена моральными барьерами, а Лоза-до действует вне этих барьеров.
Если Вик захочет достать Лозадо, он должен сделать это в одиночку. Чтобы выравнять шансы, ему придется действовать безжалостно. Он не сможет этого сделать, если за ним постоянно будет таскаться охрана.
Вик спросил, где его пикап.
Орен подозрительно поднял брови:
– А что?
– Хочу знать, где он.
– Зачем?
– Потому что это моя машина.
Орен неохотно сообщил ему, что пикап стоит около его дома.
– Я взял на себя смелость сдать твой номер в мотеле. Когда эксперты закончили, я собрал твои вещи и вывез их оттуда.
Вику хотелось уточнить, куда он дел его пистолет, но он воздержался. Не стоит зря волновать Орена.
– Спасибо. Мне бы не хотелось возвращаться в ту комнату.
– Я так и подумал. Все твои вещи заперты в пикапе. Он стоит перед моим гаражом.
– А ключи?
– Я спрятал их вместе с твоим бумажником в надежном месте в доме.
«От кого? – подумал Вик. – От меня?» Но уточнять не стал.
– Спасибо, напарник.
Орен не ответил на невинную улыбку Вика, вероятно, сообразив, что она не совсем искренняя.
Предстояло вытерпеть еще несколько длинных вечерних часов. Постепенно движение в коридоре почти прекратилось. Подносы с остатками ужина собрали и увезли на кухню. Врачи закончили обход и разошлись по домам. Посетители покинули больницу. Сменились сестеры и санитары. Больница готовилась к ночи.
В одиннадцать часов зашла сестра, чтобы дать ему болеутоляющую таблетку.
– Хотите, опущу жалюзи?
– Будьте добры. А то утром солнце слепит. Когда она направилась к окну, он равнодушно сказал:
– Как, однако, не повезло доктору Ньютон. Сестра рассмеялась:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
