— А когда это случилось? — спросила Джулиана. — Вернее… как он узнал о том, что с ней произошло?
— А вот на этот вопрос я могу ответить совершенно определенно, — заявил Фредерик. — Сообщение пришло от одного священника, жившего неподалеку от Бристоля. Кассандра находилась под его присмотром и была серьезно больна. Мой дядя немедленно выехал туда и нашел ее умирающей. Незадолго до этого она родила девочку.
— Меня… — прошептала Джулиана.
— Похоже, что соблазнитель бросил Кассандру, — продолжал Фредерик. — Вероятно, она уже возвращалась домой, но в это время тяжело заболела. Добрый викарий взял ее к себе и вызвал отца. Увы, она умерла через несколько дней после его приезда. А ребенок… — Он посмотрел на Джулиану. — Ты приехала сюда вместе с ним, и он воспитал тебя, выдавая себя за твоего опекуна.
— Почему он никогда не говорил мне, что я его внучка? — спросила Джулиана.
Фиттерборн взглянул на нее с удивлением.
— Как… почему? Ведь уже само твое существование было позором для семьи. И я настоятельно советовал дядюшке найти подходящих людей, которые позаботились бы о ребенке Кассандры. Но дядя настоял на том, чтобы ты оставалась здесь, у него. Хорошо хоть, что у него хватило здравого смысла придумать историю, согласно которой ты — дитя какого-то дальнего родственника, какого-то кузена.
— Но ему никто не верил, — с горечью проговорила Джулиана.
— Конечно, нет. Но приличия были соблюдены.
— И где же находится то место, где родилась Джулиана и умерла ее мать? — спросил Кейн. Взглянув на нее, он добавил: — Я полагаю, моя дорогая, что ты захочешь посетить могилку твоей матери.
— Фредерик, но почему ты не рассказал мне все это, когда я расспрашивала тебя? — спросила Джулиана.
Хозяин со вздохом пожал плечами:
— Вероятно, так было правильнее. Мой дядя считал, что не следует знакомить тебя со всей этой историей. И естественно, я уважал его мнение. Хотя, конечно же, твой будущий муж имеет право знать все подробности этого дела.
Кейн уже приготовился помешать Джулиане вцепиться в горло Фиттерборна, но последующие слова Фредерика ошеломили его.
— Между прочим, я рассказал всю эту историю мистеру Мертону.
— Джозеф знал?! — воскликнула Джулиана. — Но он никогда не говорил мне об этом!
— Разумеется, не говорил. Он так и не добрался до дома, бедняга. Я рассказал ему об этом как раз в тот день, когда он погиб. Он пришел ко мне, чтобы обо всем расспросить, и я…
— Джозеф приходил сюда в тот самый день?! — перебила Джулиана.
Фредерик утвердительно кивнул:
— Да, в тот самый. Видишь ли, у него была довольно странная идея… Он полагал, что Кассандра все-таки вышла замуж. И следовательно, ты вполне законное дитя своих родителей.
— Вам известно, почему у него возникло такое предположение? — спросил Кейн.
— Он мне этого не объяснял.
— У нас есть основания считать, что он был прав.
Фиттерборн нахмурился и покачал головой:
— Нет, едва ли. Почему же тогда Кассандра держала свое замужество в секрете? Нет-нет, скорее всего она так и не вышла за него.
— Если бы ее родители состояли в браке, то могла бы Джулиана унаследовать поместье? — спросил Кейн.
— Нет. Наше поместье наследуется по мужской линии.
«Так что с этой идеей можно покончить», — сказал себе Кейн.
— Но при такой ситуации, — продолжал Фредерик, — Джулиана могла бы унаследовать состояние матери.
— А у Кассандры были собственные деньги?
— Да, десять тысяч фунтов. От матери. Они должны были отойти ее детям, рожденным в браке. Поскольку же Кассандра умерла, будучи не замужем, эти деньги унаследовал ее отец.
— А я-то думал, что мистер Фиттерборн умер без пенни в кармане, если не считать его коллекцию, — пробормотал Кейн.
— Так оно и есть, — кивнул хозяин. — Разве я не говорил, что он все свое состояние растратил на книги?
Кейн молча кивнул. Было очевидно, что дед Джулианы имел веские причины скрывать факт замужества дочери. Плохо только, что он уже умер…
Что касается Джозефа Мертона… Интересно, что именно ему удалось узнать?
Как ни странно, но Кейн был почти уверен: убийца Джозефа и есть виновник нынешних неприятностей Джулианы.
Глава 19
Джулиана решительно покачала головой:
— Нет-нет, не верю! Если Кассандра и была замужем, мой дед не знал об этом. Уверена, что не знал. — Она была готова обсуждать любые другие теории, но категорически отказывалась верить в предательство деда, в такое вероломство. — Поверь, он действительно любил меня, — продолжала Джулиана. — Когда же я приходила к нему в библиотеку, он всегда был со мной очень ласков.
— Да, охотно верю, — кивнул Кейн. — Но любовь к тебе ничего не меняет.
— Ты не понимаешь!.. — воскликнула Джулиана. — Дед любил меня… по-настоящему. Ты же слышал, что сказал Фредерик? Дед настаивал на том, чтобы я оставалась в доме, он не хотел отдавать меня чужим людям. И он придумал для меня историю — чтобы я могла жить без клейма незаконнорожденной.
— Неужели ты защищаешь его?! — изумился Кейн. — Дорогая, почему? Ведь этот человек, судя по всему, был одержимый. Он думал только о книгах — более ни о чем. И деньги твоей матери могли принести ему дополнительно немало книг.
— Мы покупали их вместе, — возразила Джулиана. — Он научил меня всему, что знал сам, и мы сделались компаньонами и партнерами. Когда же он получал предложения от торговцев книгами, я зачитывала их ему вслух и высказывала свое мнение. Кроме того, я отвечала на письма. И распаковывала книги, когда их приносил посыльный. Пойми, он бы не справился без меня.
— Да, разумеется, — кивнул Кейн.
Он едва сдерживался; ему ужасно хотелось сказать, что такое партнерство очень напоминает рабство. Ох, неужели Джулиана не понимала, что этот старик был… эгоистичным монстром, а вовсе не любящим дедушкой, как она привыкла думать в детстве? И пусть даже Кассандра не была замужем, Фиттерборн все же потратил ее деньги! Более того, он и пальцем не пошевелил, чтобы обеспечить будущее своей внучки.
— Он был моим дедом, и он любил меня, — упрямо твердила Джулиана. Она повторяла эти слова как заклинание, и ей, похоже, казалось, что они от многократного повторения станут правдой.
«О бедные, введенные в заблуждение женщины!» — мысленно воскликнул Кейн; он уже не знал, какие слова найти, чтобы переубедить Джулиану, чтобы объяснить ей, что она ошибается.
Они уже несколько часов сидели в карете и всю дорогу горячо спорили. Когда же Джулиана чуть отодвинулась от него, Кейн взял ее за руку и почувствовал, что рука ужасно холодная, ледяная. С беспокойством посмотрев на нее, он спросил:
