— Хочешь посмотреть город? — переспросил Чэннинг, когда Мэгги рассказала ему о том, как бы ей хотелось провести свободный день.
— Что ж, неплохая идея.
— Все кругом восторгаются Сиэтлом, — продолжала она, обрадовавшись, что он не против, чтобы она отправилась на материк. — Я ведь и правда еще почти ничего не успела увидеть. Чэннинг улыбался, допивая кофе.
— Отлично. Проведем в городе целый день, а потом пообедаем в ресторане.
— Что? — испуганно переспросила Мэгги.
— Я уже забыл, когда у меня последний раз был выходной. Так что, решено?
— О?
— Ты, кажется, не очень рада? Разве тебе не хотелось, чтобы я поехал с тобой?
— Я только подумала… возможно… — Мэгги взглянула ему в глаза и подумала, что, наверное, и правда люди, становясь близкими, могут читать мысли друг друга.
— Но я задумала пройтись по магазинам, — сказала она, надеясь, что ему не захочется болтаться по лавочкам на Рэньер-сквер или, скажем, присутствовать при том, как она покупает предметы женского туалета.
— Я бы хотел услышать что-то более определенное, — заметил Чэннинг. — Ты, вероятно, хочешь поехать одна?
Мэгги неопределенно пожала плечами.
— В конце концов, мы живем в свободной стране.
— Я так и понял, — сказал Чэннинг, нахмурившись, и отодвинул чашку. — Ты уверена, что это единственная причина?
— А что?
— Вот я и спрашиваю.
— Я действительно хочу немного побыть одна, — произнесла Мэгги, стараясь говорить как можно мягче. «Прости меня, что я лгу, — хотелось закричать ей, но ты поймешь потом, что у меня есть для этого очень важная причина». Знаешь, мне надо о стольком подумать, — добавила она, — понимаешь?
Чэннинг задумчиво кивнул.
— Кажется, да.
Когда через несколько секунд Мэгги встала из-за стола, он снова озадачил ее, сказав:
— Прошу тебя, будь осторожна. Знаешь, это последнее происшествие в туннеле… в общем, я беспокоюсь за тебя.
— Обязательно, — ответила Мэгги, приятно удивленная тем, что он о ней беспокоится, чувствуя себя еще более виноватой из-за того, что приходится его обманывать.
— Возьми с собой Брехта — так будет лучше.
— Но…
— Ему тоже необходимо почаще выбираться в город. Есть возражения?
Мэгги через силу улыбнулась. Ей снова предстоял нелегкий денек.
Глава 54
— Знаете, — обратилась к своему спутнику Мэгги после того, как они уже часа полтора бродили по городу, — здесь недалеко есть одно кафе, там такие булочки с маком — умереть можно. Брехт поглядел на нее с сомнением.
— Мы только что прошли мимо самой лучшей кондитерской в Сиэтле. Может, вы не заметили, пока покупали все, что попадалось вам на глаза. Мэгги замахала руками.
— Уж тут вы мне можете поверить, — сказала она, — в этом я разбираюсь. Слушайте, давайте я вам куплю штучку — попробуйте. Вы любите с маком? Или, может, с черникой?
— Danke schon,[2] но я не собираюсь портить себе аппетит всякими глупостями.
«Зато испортить мне день этот человек готов всегда», — подумала Мэгги.
С той минуты, как они вместе сошли на берег, он не отставал от нее ни на шаг. Наверное, прохожие думали, что за ней неотступно следует ревнивый муж или переодетый офицер безопасности. Пожалуй, если бы это было в его власти, Брехт посадил бы ее в коробку с крепкой, плотно закрывающейся крышкой, чтобы не болтаться с ней по улицам, таская ее покупки.
Мэгги напомнила себе о том, что Чэннинг, а не Брехт решил, что ей нужен сопровождающий.
Возможно, несмотря ни на что, у него оставались какие-то подозрения. Спорить с телохранителем было бессмысленно, а значит, ей оставалось только как-нибудь выкрутиться, чтобы осуществить задуманное.
Время, конечно, дорого. А она и так уже потратила его зря, бродя по площади Пионеров и думая о том, как ей отвлечь Брехта.
Мэгги решила, что для начала стоит зайти в кафе. Она помнила, что там есть очень удобно расположенный телефон. Даже у Брехта едва ли хватит смелости отправиться за ней в дамскую комнату.
— Не хотите взять булочки с собой? — спросил Брехт, когда Мэгги скользнула за столик возле самой витрины.
— Я хочу кофе, — как ни в чем не бывало ответила она. — Почему бы нам тут немного не посидеть?
— Как угодно, мадам.
Брехт устроился напротив и расстегнул пиджак. Мэгги заметила, что оружие, как всегда, при нем.
— Я бы хотела кое-что спросить, — сказала она, когда официантка, приняв заказ, отошла.
— По-моему, это ваше обычное состояние, — ответил Брехт.
Мэгги показала пальцем на его пиджак, а вернее на то, что он носил под ним.
— А вы с этим никогда не расстаетесь, — спросила она, — как с карточкой «Америкэн Экспресс», которую положено всегда брать с собой?
— Кто знает, когда человеку может понадобиться защита?
— А как насчет службы безопасности в аэропорту? Там ведь едва ли принимают эту маленькую штучку за фен?
— Верно, — согласился Брехт, — не принимают.
— Ой, простите, — обратилась Мэгги к официантке, которая подошла к ним с кофейником, но еще не успела его налить. — Вы не могли бы принести мне пенопластовый стаканчик?
Она заметила, что Брехта удивила ее странная просьба.
— Некоторые считают, что пенопласт портит вкус кофе, но я привыкла, принялась объяснять Мэгги, не теряя надежды заморочить ему голову. — В Бостоне я всегда пью именно из таких. Иногда образуются странные привычки, правда?
— Вы скоро собираетесь вернуться? — спросил Брехт.
— Куда? В Бостон?
— Ну вы же оттуда приехали.
— Честно говоря, я пока далеко не заглядываю. — Если бы Мэгги ответила сейчас честно, то призналась бы, что нашла наконец единственное место, где ей хотелось бы остаться навсегда — с Диреком. — А почему вы спрашиваете?
Мэгги подозревала, что прошлой ночью Брехт не раз проходил мимо спальни Чэннинга и догадался о том, что там происходило.
Она заметила, что Брехт посмотрел на часы.
— У вас есть еще дела? Пожалуйста, не думайте, что вы обязательно должны сидеть тут из-за меня.
— Из-за вас, мадам, я нахожусь сегодня в городе.
— Но мне не хочется, чтобы вы скучали…
— Скучать мне не приходится с того дня, как вы приехали.
— Ну что ж, буду считать, что это комплимент. А вы не могли бы перестать называть меня «мадам»? А то мне начинает казаться, что я работаю в неком заведении в порту, в начале века.
Брехт молча кивнул.
— Вообще-то не могу сказать, что я настоящая ценительница кофе, — сказала Мэгги, высыпая в стаканчик сахар из пакетика и наливая изрядное количество сливок. — Никогда не могла понять людей, которые пьют черный.
