Кипя от злости, я ушла и даже не спросила, не нужно ли Мэйбл чего-нибудь принести после работы.
Да как этот Йен только посмел?.. Наглый гад! Казалось, меня изнасиловали, а ведь он ко мне даже не прикасался. То есть прикасался, конечно, но не в этом смысле.
Боберт был детективом. Наверняка сумеет подсказать, как быть и что делать. Наваять заявление – это одно. А наваять заявление на психопата, который еще и коп, – совсем другая история.
До кафе я дошла, не чувствуя от злости холода. Ну и одежек на мне было столько, что не сосчитать. А сосчитать пришлось, когда я раздевалась на складе.
Едва я вошла через черный ход, меня тут же встретил райский аромат. Причем райский в буквальном смысле. На ум пришло одно слово. И очень может быть, этому слову я по-настоящему поклонялась в прошлой жизни. В этом слове заключалась вся разница между жизнью, наполненной радостью и счастьем, и жизнью по макушку в унынии и мыслях о самоубийстве.
Чили…
Избавившись от большей части верхней одежды, я пошла за стойку включить кофеварку. Куки еще не пришла, иначе кофе уже был бы готов.
Пока я шла к своей цели, из кухни вышел Рейес и прислонился плечом к косяку, тем самым не давая вращаться двери. Я напряглась и глянула на него, но только потому, что совсем не смотреть в его сторону было бы еще страннее.
Вытирая руки полотенцем и глядя на меня горящими от гнева глазами, Рейес поинтересовался:
- Сегодня податься в суицидники не желаешь?
- Может быть. – Ей-богу, у моих действий просто шикарные последствия.
- Ну, я-то хоть имя свое помню.
Я оскорбленно ахнула. Неужели он опустился до того, чтобы ударить по больному месту?
Я шагнула ближе:
- Да неужели? Зато я-то хоть человек!
Наверное, перед тем как такое говорить, надо было осмотреться по сторонам, но Рейес, похоже, не имел ничего против.
Несколько долгих секунд мы играли в гляделки, а потом он потянулся за чем-то в кухню и вручил мне тарелку:
- Веселого Рождества.
Он приготовил омлет и энчиладу с красным и зеленым чили. В рождественском стиле. Рот тут же наполнился слюной. Еще чуть-чуть, и из уголка губ бы потекло.
- Спасибо, - внезапно оробела я.
- Это тоже тебе. – Снова протянув руку за дверь, Рейес сунул мне под нос нож для стейка.
Я нахмурилась. Для энчилады нож мне не понадобится.
- На случай, если захочешь закончить то, что начала вчера.
- То, что нужно, - процедила я и выхватила нож. Еще одно противное последствие в дневник наблюдений.
Честно говоря, мне даже очень хотелось закончить начатое. Просто ужасно хотелось.
Я влюбилась. Хотя еще тридцать секунд назад не понимала, как сильно. А поняла в тот самый момент, когда мои глаза увидели Рейеса. Каким бы сердитым, уязвимым или непостижимым он ни был, от одного его присутствия разжижались кости, а сердце наполнялось теплом и чувством защищенности. Для меня он был как святилище. Как приют во время дикого шторма. За гранью известного и неизвестного, за пределами прошлого и будущего, я знала, что могу на него положиться. Что этот мужчина в нужный момент всегда окажется рядом.
Все это жило где-то в глубине потерянной памяти. Очнувшись в переулке, я знала, как говорить, ходить, искать что-то в интернете. И я очнулась влюбленная, словно эта любовь была вплетена в мою ДНК. Уже тогда я любила Рейеса Фэрроу. Вот почему меня так к нему тянуло. И ничего поделать с этим нельзя.
Не говоря уже о том, что он спас мне жизнь. А ведь он спас! Не может он быть злым. Тот крылатый ангел совершенно точно хотел меня уничтожить, а Рейес (пусть я и не помню всех подробностей) меня защитил. Не знаю как, но он боролся с небесным созданием. Ради меня. И его даже ранили!
Вот только ангелы тоже не злые. Может быть, все не так просто. Может быть, нельзя все и всех поделить на добро и зло. Может быть, в промежутке существует бесконечное количество серых оттенков.
Но все это не важно. Не важно, кто Рейес такой, откуда пришел и как, черт возьми, превращается в дым. Потому что вместе с огнем, дымом и всем остальным он мой, и точка. Прямо здесь и сейчас, пусть даже молча, я заявляю на него свои права.
- Простите, я опозда…
В кафе замороженным торнадо ворвалась Куки, но, увидев нас с Рейесом, тут же остановилась, деликатно откашлялась и убежала на склад снимать верхнюю одежду. Забрав свои подарки, я продолжила прерванный путь к кофеварке, но не удержалась и попробовала кусочек. Когда Куки появилась снова, я мычала от удовольствия, пережевывая второй кусок.
- Это то, что я думаю?
- Если у тебя на уме обалденная аутентичная энчилада, то да.
- То-то мне показалось, что я запах учуяла. Правда, подумала, что просто размечталась.
- Держи. – Рейес передал Куки еще одну тарелку через раздаточное окошко.
Ошеломленно вздохнув, Куки взяла тарелку с таким видом, словно ей вручили бесценное сокровище.
Так у нас и прошло все утро. Мы обе тайком пробовали кулинарные шедевры Рейеса (само собой, когда он не видел) и обслуживали столики (правда, только потому, что иначе нас бы уволили).
Приходил мистер Пи с мертвой стриптизершей. Заказал, как обычно. Гаррет тоже заскакивал, тоже заказал, как всегда. Почтил кафе своим визитом и Ош. Заказал, правда, то, чего не было в меню, но тут тоже ничего странного. Все остальные места были заняты женщинами. Слова «утренний наплыв» приобрели совершенно новое значение. Видимо, нанять Рейеса и правда было хорошей идеей для бизнеса. Вот только у меня остались ссадины от вчерашней попытки сбежать от безголового всадника и от побега галопом домой сразу после инцидента с Рейесом. Теперь эти ссадины пульсировали и нечеловечески пекли. Однако Дикси была права: парень умеет готовить. Так что парочку ушибов я как-нибудь перетерплю, если взамен буду получать безлимитное количество чили и всего, что к нему причитается.
Когда пришел Боберт, я попросила его разузнать побольше о мистере Йене Джеффрисе. Наверняка я не первый объект его одержимости. Если он и раньше преследовал женщин, должны были остаться какие-нибудь записи, даже если официально не выдвигали никаких обвинений.
А еще я рассказала Боберту о том, как мне перезвонила женщина-агент из ФБР.
- Она настоящий профессионал, - сказал он. – Обещала перезвонить мне, если что-нибудь прояснится.
- А вдруг я все испортила, Боберт?
- Джейни, - он накрыл мою ладонь своей, - ты все сделала правильно. Может быть, тот факт, что ты заметила нечто подозрительное, поможет спасти жизнь целой семье.
В ответ я неуверенно кивнула.
К одиннадцати пришли Фрэнси и Эрин, которым тоже на обед перепало по порции уже знаменитой энчилады. Фрэнси покраснела с ног до головы. Потом еще полчаса у нее из носа текло, но она упрямо держала марку. Чтобы впечатлить Рейеса, само собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
