Лучник словно взорвался, выпустив сразу четыре стрелы, а следом торопливо метнул огненную, что глубоко вонзилась в тело дракона и там, судя по дикому реву, причиняла ужасные мучения. Ирина бросила снова самый большой шар огня из тех, что могла делать. Ютланд понял, что откат кончился, группа с драконом дерется уже долго, а он успел нанести всего три-четыре удара…
Дракон ревел, хрипел, разбрасывал их ударами хвоста, Никониэля подминал под себя так усердно, что Ютланд слышал скрежет доспехов. Зверя осыпали стрелами, магическими ударами, Страшнозол рубил с такой скоростью, что руки с мечами сливаются в блестящие полосы.
Ютланд свирепо бил палицей по морде, по лапам, слышал хруст костей и с лютой радостью понимал, что дракон с перебитыми костями не станет гоняться за людьми…
Он взмок, со всех сторон слышал хриплые вскрики, и совсем неожиданно дракон взревел в смертельной муке, вскинул морду, рухнул, а там, пару раз дернув задними лапами, застыл. Из многочисленных ран продолжает вытекать оранжевая кровь, что совсем скоро превратилась бы в огненную, похожую на расплавленный металл.
Никониэль подобрал щит и, привычно закрывшись, подошел к чудовищу, осторожно попинал ногой.
– А мы его все-таки завалили, – сказал он, как показалось Ютланду, в удивлении. – И все пока целы.
– Так мы ж орлы, – ответил Страшнозол бодро. – Щас укоротим ему когти… да и зубы… и пойдем дальше гонять всякую нечисть.
Ютланд опустил дубину и переводил дух, колени подрагивают от пережитого, сердце стучит, все еще не веря, что кончилось так резко. Все четверо деловито осматривали убитое чудовище. Страшнозол вытащил из сумки молоток и лупил дракона по зубам, Деониссимо острым кинжалом вырезал когти из передних лап, даже Ирина усердно чиркала узким лезвием в самом низу живота чудовища, там журчит, собираясь в кожаный мешочек не то кровь, не то что-то еще важное для снадобий.
Никониэль первым отошел от поверженного дракона, остро посмотрел по сторонам.
– Хватит, – сказал он нетерпеливо, – а то еще и шкуру снимать вздумаете.
– Хорошо бы, – вздохнул Страшнозол. – Она и на латы хороша, и сапоги из нее…
– Поторапливайтесь, – сказал Никониэль строже. – Иначе до Болотной гати не доберемся.
Ютланд спросил у Деониссимо:
– А разве мы не…
– В болотной, – подтвердил тот, – но, знаешь, надо все-таки вглыбь, понял? Ветераны считают, что Болотная гать по-настоящему начинается с Крагла.
– А он где?
– Увидишь…
Никониэль рыкнул повелительно, щит на левой руке в боевой позиции, меч в правой, так и двинулся, хлюпая влагой по усыпанной жирными листьями земле. Остальные, торопливо распихивая добычу по сумкам, пошли быстро следом.
Ютланд только начал догонять вожака, как за спиной Страшнозол сказал настороженно:
– Впереди Жарагар-палач!..
– Значит, – сказал неунывающий Деониссимо, – мы уже совсем близко к Краглу.
– Жарагар-палач, – спросил у него Ютланд. – Чем от отличается от того Жарагара?
Деониссимо ответил покровительственно:
– Жарагар-палач покрепче простого Жарагара. Понял? В общем, палач и сильнее бьет, и быстрее, а еще эти твари охоту на людей сделали единственным занятием. Это темные маги! Они наши внутренности как-то используют для своих кошмарных обрядов…
За спиной раздался сердитый голос чародейки:
– Заткнись!
– Так я еще и не начал, – сказал Деониссимо.
– Все равно заткнись, – велела Ирина, – а то я сама прибью тебя раньше, чем меня вывернет.
– А если…
Он прервал себя на полуслове, быстро наложил стрелу и натянул лук. Ютланд ожидал, что ударит сразу четырьмя стрелами, однако после щелчка тетивы с нее сорвался огненный прут и метнулся в темные заросли.
Там вскрикнул и окутался темным облаком получеловек, таким он показался Ютланду, сам сизо-серый, укутанный с головой в темный плащ. Ирина ударила огненным шаром почти одновременно с Деониссимо, а Никониэль вышел вперед и постучал рукоятью меча по щиту и металлической груди, обращая внимание чудовища на себя.
Жарагар окутался совсем черным облаком, Никониэль закашлялся и отступил. В это время Страшнозол прыгнул со спины и быстро-быстро ударил крест-накрест узкими мечами.
Жарагар, что должен был тупо драться с Никониэлем, резко развернулся. Страшнозол застыл, глядя в страшные демонические глаза. Жарагар прошипел нечто лютое, вскинул руку, закованную в стальной шипастый наруч. Хищно блеснули острые, как бритвы, когти, способные раскроить грудь так же легко, как мечом.
Ютланд прыгнул сбоку и с силой ударил палицей. Голова Жарагара метнулась в сторону, он пошатнулся и сделал несколько невольных шагов, стараясь удержать равновесие. Ютланд бросился следом и ударил еще дважды. Подбежали Никониэль и Страшнозол, заблистало лезвие большого меча ратоборца, сверкнули узкие клинки разбойника. Жарагар только начал приходить в себя, когда острые клинки рассекли ему шею, разрубили плечи, а через минуту и вовсе отрубили голову.
Страшнозол дрожащей рукой вытер пот со лба, оглянулся на Ютланда большими глазами.
– Спасибо, малец… Если бы не ты…
Никониэль сказал одобрительно:
– Он хорошо себя показал. Я в этом черном тумане ни черта не видел!
Издали донесся напряженный голос чародейки:
– Тихо!.. Дальше в тумане что-то есть.
Стрелок выругался:
– Рано, у меня откат.
– И у меня, – ответила Ирина сухо. – Вся надежда на Никониэля.
– И Юта, – добавил Страшнозол. – Теперь у нас двое идущих впереди. Вот уж не ожидал…
Из глубин леса донесся леденящий душу рев некой громадной твари, явно голодной, раздраженной и направляющейся в их сторону, такое Ютланд, как и любой артанин, умел определять, как и многое другое, по голосу.
Никониэль тоже явно все понял, сказал быстро:
– Все в сторону!.. Уходим, уходим… Быстро!
– Неужели, – прошептал громко Деониссимо, – это сам Крагл?
– Тихо, – шикнул Никониэль.
Ютланд бежал вместе со всеми, потом присели за невысокими кустами и ждали, а вдали послышались мощные чавкающие звуки, храп, сопение. Из тумана выступило огромное блестящее тело. Ютланд сперва подумал на отполированную ветрами и дождями скалу, бывают такие круглые, как птичьи яйца, камни, однако зверь выдвинулся весь, и он со страхом смотрел на чудовище, выше его втрое-вчетверо, красное, как покрытое ржавчиной железо, массивное и вместе с тем поджарое, плотно сбитое, с острым гребнем на спине ярко-зеленого цвета, похожим на покрытое болотной ряской заточенную сталь.
Лапы толстые, как стволы деревьев, с массивными острыми когтями, каждый с нож на поясе Никониэля, а чудовищная голова на длинной и гибкой, как у коня, шее, такой же толстой, покрытой кожей. Ютланд с тревогой понял, что ее не пробить стрелами Деониссимо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
