* * *
На следующий день эта разграничительная линия была подтверждена в директиве Ставки Верховного Главнокомандования.
* * *
Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Украинского фронта на проведение наступательной операции южнее Берлина и установление разграничительной линии с 1-м Белорусским фронтом
№ 41060 3 апреля 1945 г. 21.00
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью разгромить группировку противника в районе Коттбус и южнее Берлина. Не позднее 10–12 дня операции овладеть рубежом Беелитц, Виттенберг и далее по р. Эльба до Дрездена. В дальнейшем, после овладения Берлином иметь в виду наступать на Лейпциг.
2. Главный удар силами пяти общевойсковых армий и двух танковых армий нанести из района Трибель в общем направлении на Шпремберг, Бельциг.
На участок прорыва привлечь шесть артиллерийских дивизий прорыва, создав плотность не менее 250 стволов от 76-мм и выше на один километр фронта прорыва.
3. Для обеспечения главной группировки фронта с юга силами 2-й Польской армии и частично сил 52-й армии нанести вспомогательный удар из района Кольфурт в общем направлении Бауцен, Дрезден.
4. Танковые армии и общевойсковые армии второго эшелона ввести после прорыва обороны противника для развития успеха на направлении главного удара.
5. На левом крыле фронта перейти к жесткой обороне, обратив особое внимание на Бреславльское направление: гв. армию сменить и использовать для наступления на главном направлении.
6. Установить с 15.04.45 г. следующую разграничительную линию с 1-м Белорусским фронтом: до Унруштадт прежняя и далее оз. Енедорфер-Зее, Гросс-Гастрозе, Люббен. Все пункты, кроме Люббен, для 1-го Белорусского фронта включительно. Ответственность за обеспечение стыка прежняя.
7. Начало операции согласно полученных Вами лично указаний.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин Антонов[152] * * *
16 апреля войска 1-го Белорусского фронта и 1-го Украинского фронта перешли в наступление. Началась Берлинская операция Красной Армии, одна из наиболее ожесточенных и кровопролитных во всей германо-советской войне. 18 апреля перешел в наступление 2-й Белорусский фронт. Его действия имели большое значение для взятия Берлина, но непосредственного участия в овладении городом войска этого фронта не принимали.
Превосходство в силах 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов над противником было подавляющим. Однако преодоление заблаговременно подготовленной многослойной обороны и овладение гигантским городом в условиях умело организованного и стойкого сопротивления вермахта было крайне сложной задачей.
Это стало ясным уже в первые дни наступления, когда 1-й Белорусский фронт не смог преодолеть главной полосы обороны противника в установленные сроки и понес большие потери особенно в районе Зееловских высот.
* * *
Небольшой комментарий А. Б. Мартиросяна. Длительное время об этом не было принято говорить. Во-первых, из-за того у что в целом-то штурм Берлина завершился не просто колоссальным успехом, но именно же Великой Победой и безоговорочной капитуляцией Германии. Во-вторых, потому что пришлось бы хотя и в самых тактичных выражениях, но вслух говорить об удивительно (мягко выражаясь) неудовлетворительном руководстве боями за Зееловские высоты (эти бои представляли собой начальную фазу Берлинской операции), а ведь ими руководил «маршал Победы» Г. К. Жуков. В результате на многие десятилетия доступ к информации на эту тему был закрыт. Да и сама она преподносилась только в лубочном стиле.
Когда же под конец прошлого века рассекретили цифры потерь в Берлинской операции, то многим стало не по себе. Оказалось, что в ходе Берлинской операции (16 апреля — 8 мая) потери составили 361 367 человек убитыми и ранеными.
* * *
Для сведения читателей: среднесуточные потери (убитые и раненые) 15 712 чел. в Берлинской операции являются самыми высокими среди всех наступательных операций наших войск в войне. Для сравнения: в ходе контрнаступления под Москвой общие потери — 10 910 человек, под Сталинградом — 6392; на Курской дуге — 11 313; в Белоруссии — 11 262 человек.
* * *
Причём большая часть из этих 361 367 человек полегло или получили ранения в боях за Зееловские высоты. Тут уж и непосвященному в военные тайны стало понятно, что советским войскам пришлось заплатить неимоверную цену за стремление своих военачальников захватить Берлин на четвертый, потом на пятый, потом на шестой день операции. За неподготовленные, без должной разведки и артподготовки, лобовые атаки. Когда же еще рассекретили и документы Берлинской операции, то и вовсе впору было взвыть. Однако все по порядку.
Замысел Берлинской операции в общих чертах был определен еще в ноябре 1944 года. Уже тогда, планируя наступление в Польше (Висло-Одерскую операцию), Ставка нацеливала 1-й Белорусский фронт на Берлин. Тогда же командующим 1-м Белорусским фронтом, которому, собственно, и должны были достаться лавры победителя, был назначен Г. К. Жуков. А командовавший этим фронтом на протяжении всей кампании 1944 года К. К. Рокоссовский был назначен командовать соседним 2-м Белорусским, цель которого не являлась исторической — завоевать северное побережье Германии.
Обрадованный успехами зимнего наступления в Польше, Жуков уже 26 января 1945 года доложил в Ставку, что вверенные ему войска 1–2 февраля с ходу форсируют Одер и будут «развивать наступление в берлинском направлении». Жуков явно недооценивал противника. После упорных боев его войска 3 февраля смогли зацепиться лишь за небольшой плацдарм западного берега Одера, в районе Кюстрина. Но это не охладило боевого пыла маршала, и 10 февраля он представил на имя Сталина план Берлинской наступательной операции, в котором, в частности, говорилось: 1. Противник производит перегруппировку войск группы армий «Висла» с целью организовать устойчивую оборону на подступах к Штеттину и на рубеже р. Одер. 2. Цель операции — сорвать оперативное сосредоточение противника, прорвать его оборону на западном берегу р. Одер и овладеть городом Берлином… …Наступление на Берлин могу начать 20.2.45.
Однако дальнейшие события показали всю несостоятельность скоропалительных намерений Жукова, хотя первоначально Ставка и не возражала по поводу его замысла, но по принципу «можешь — действуй». Так или иначе, но события показали не только несостоятельность первоначального плана Жукова, но и вынудили обратить серьезное внимание на более тщательную разработку нового плана операции. Как уже указывалось выше, в конечном итоге был выработан новый план операции с начальной датой 16 апреля. На направлении главного удара сосредоточивался мощный кулак из четырех общевойсковых и двух танковых армий.
Согласно директиве Ставки эти армии располагались «в линию». Причем ввод в сражение 1-й и 2-й гвардейских танковых армий предусматривался «после прорыва обороны противника для развития успеха в обход Берлина с севера и северо-востока». Однако Жуков традиционно пренебрег утвержденным Генштабом и Ставкой планом (а заодно и их мнением) и запланировал ввод танковых армий в прорыв «после овладения пехотой Зееловскими высотами», то есть решил поставить танковые армии во второй эшелон за общевойсковыми. Трудно вычислить, какими соображениями Жуков руководствовался при принятии такого решения. Ведь не мог же он не понимать, что попытка лобовой атакой взять хорошо укрепленные, господствующие над местностью высоты силами одной только матушки-пехоты не только не реальна, но и приведет к колоссальным жертвам среди личного состава войск. С большим трудом на такое можно было бы пойти, если предварительно, к тому же в соответствии с приказом Сталина от 10 января 1942 г. «0 сущности артиллерийского наступления», была бы проведена массированная артиллерийская подготовка, которая не только перепахала бы укрепрайоны гитлеровцев, но и попросту закопала бы, начисто подавив их сопротивление. Однако этого не было сделано даже на бумаге, о чем свидетельствует следующий приказ Жукова:
