что, если они каким-то образом все же смогут меня арестовать? Что, если я попаду в тюрьму? Это может затянуться на годы. Даже если этого и не случится, если я пройду через все это, но впоследствии могу больше никого не встретить. Что, если Дэнни был моим последним шансом на любовь, счастье, семью? Что
случилось со мной? Как я могла быть такой глупой, такой легковерной? Я должна была заметить хоть что-то, что
должно было меня насторожить. Как же я не разглядела?»
Внезапно мне пришла в голову мысль, что, если Дэнни спал с другими женщинами, он мог подхватить какие-то инфекции. Мне нужно обязательно пройти обследование. Нужно найти клинику, где я могла бы рассказать о том, что подозреваю мужа в изменах, возможно, многочисленных. Альберт снова заскулил и начал тереться головой о мои джинсы, но я не обратила на него внимания, так как мне в голову внезапно пришла еще одна мысль.
«Как я планирую справиться с финансами, если Дэнни действительно мертв, если он не вернется? У меня достаточно денег, чтобы платить за аренду дома, но чтобы накопить на первоначальный взнос, чтобы купить свой дом, построить безопасное будущее… Теперь все кончено». Слезы медленно покатились по моим щекам, и без того мокрым от дождя, который теперь усилился, заливаясь мне за воротник и повисая каплями на ресницах. Я часто заморгала и подняла голову. Навстречу мне шла улыбчивая пожилая женщина, ее седые волосы выглядывали из-под ярко-красного платка, слезящиеся глаза с любопытством смотрели на меня.
– Давай, Альберт. Пошли, – прошептала я, дернув поводок.
Мне отчаянно захотелось поскорее оказаться дома, подальше от людей и дождя.
Как только мы вошли в дом, я позвонила Еве.
– Черт, Джемма! А ты уверена, что это Дэнни?
– Я абсолютно уверена. Хотя сержанта полиции это не сильно заинтересовало, он попросил копию, чтобы сохранить ее в файлах. Я просто не знаю, что делать дальше, Ева. У меня нет идей, и я чувствую, что схожу с ума. Что мне делать? Что же делать, черт возьми?
Я снова заплакала, мой голос дрожал.
– О, дорогая, мужайся. Я вернусь к тебе в пятницу вечером. Продолжай все обдумывать. Ты, должно быть, что-то упустила, мы обе могли упустить. Не сдавайся. Мы найдем способ доказать, что ты не причинила Дэнни никакого вреда. Мы справимся, Джем. Нам больше ничего не остается. Это все, что нам нужно сделать. А поиски убийцы – это уже дело полиции. Так что забудь об этом, хорошо? Сосредоточься на главном, договорились? Тогда у нас все получится.
Слова Евы меня успокоили. Я положила трубку и еще долго неподвижно сидела в комнате, слушая, как дождь барабанит в окна. Стемнело, и в комнате стало прохладно. Что я упустила? Чего недостает? У меня было ужасное ощущение, что время на исходе, а у меня все еще не было никаких идей. Абсолютно никаких.
Глава 22
В офисе было тихо, но в воздухе витало ощутимое напряжение. Сержант Фрэнки Стивенс, который только что вернулся со встречи с Джеммой О’Коннор в спортивном комплексе в Клифтоне, рапортовал Хелене о том, что произошло, но та слушала его невнимательно. Ее внимание было полностью поглощено событием поважнее.
Допросную комнату уже готовили для человека, который объявил себя серийным убийцей, и это могло быть самым большим триумфом в ее карьере. Джордж Долан – человек, который пришел накануне в полицейский участок и заявил, что это он убил пятерых человек, рассказал принявшим его офицерам, что он был родом из Бристоля, но часто переезжал, поэтому постоянного места жительства у него не было. Он часто ночевал у друзей или подрабатывал вышибалой в ночных клубах и барах.
В полицию он пришел в состоянии сильного алкогольного опьянения, постоянно спотыкался, говорил невнятно, поэтому его поместили на ночь в камеру, чтобы он проспался. В ходе проверки его личности было установлено, что за ним числится целый ряд арестов за агрессивное поведение, включая шестимесячный тюремный срок за нападение на человека возле ночного клуба.
Когда после завтрака протрезвевший Долан давал показания о совершении убийств, новости уже успели разлететься, и это не давало Хелене покоя.
– Поэтому я попросил этого парня в спортивном комплексе, на самом деле очень симпатичного, прислать мне копию видеозаписи. Но, честно говоря, я почти уверен, что это вообще бесполезно. Изображение нечеткое, там трудно что-либо разобрать, – говорил Фрэнки.
– Э-э-э… симпатичного? О чем ты только думаешь, сержант Стивенс! – сказала Хелена с улыбкой. – Ладно, спасибо. Эту задачу можно считать выполненной. Но, похоже, Джемма О'Коннор перестает быть для нас приоритетом. Господи, Фрэнки, я так нервничаю.
– Вы? Серьезно?
Он выглядел искренне удивленным, и она приподняла брови.
– Да, серьезно! Я ведь тоже живой человек. И если этот парень Долан действительно… ну…
– Да, понимаю вас. Это будет грандиозно, – сказал Фрэнки. – Удачи вам, босс. Вы справитесь! Детектив Кларк будет с вами?
Она кивнула:
– Да. Вон он пьет уже шестнадцатую чашку кофе. Мне Шарлотта вчера дала успокаивающий травяной чай, пахнет ужасно, еще хуже на вкус и совсем не помогает. А Девон – само воплощение спокойствия, и это после поглощенного в таком количестве кофеина, как тебе это нравится?
Она махнула рукой, и Фрэнки обернулся, чтобы посмотреть на Девона, который сидел за своим столом, опершись локтями о столешницу, скрестив пальцы и закрыв глаза.
– Да, выглядит умиротворенным, – согласился Фрэнки. – Ну еще раз удачи! Мы все будем с нетерпением ждать. Кстати, когда я приехал, пресса уже толпилась снаружи. Их там куча. Все выкрикивают свои вопросы о серийном убийце, который находится у нас. И откуда они только узнали?
Хелена вздохнула и сказала:
– Вездесущие сволочи! Хотя утечка информации была неминуема. Вчера вечером, когда сюда явился Долан, здесь была куча всякого народа, и все слышали, как он провозгласил себя бристольским убийцей. Уже через десять минут информация была в социальных сетях. Мы не успели ничего сделать, Фрэнки.
– Гадство, – прокомментировал он.
– Действительно, – согласилась она.
Но все это того стоило, если Долан и правда был тем, кого они ищут. Если. Истории с таким резонансом, так широко освещенные в прессе, привлекающие к себе столько внимания, часто притягивали сумасшедших, которые в пьяном угаре брали вину на себя, лишь бы попасть на первые полосы газет. Но обычно, когда они трезвели утром, их показания менялись. Долан же по-прежнему стоял на своем.
«Пожалуйста, будь им. Будь тем самым убийцей!» – думала Хелена.
Через час она уже сидела напротив него за столом. Девон расположился справа от
