– Прошу дорогих гостей пожаловать, наверху есть свободные места.
После этого вышел какой-то здоровенный парень, который взял у Сунь У-куна поводья и увел коня во двор.
Стараясь держаться в тени от света фонаря, Сунь У-кун повел за собой Танского монаха прямо наверх. Им отвели очень уютную комнату с удобной мебелью. Все уселись возле окна, которое Сунь У-кун поспешил открыть, и стали любоваться ярким светом луны, озарявшим комнату. Пришел слуга с зажженным фонарем. Но Сунь У-кун не впустил его, задул огонь в фонаре и сказал:
– Луна светит так ярко, что фонарь не потребуется!
Едва слуга спустился вниз, как явилась девушка-служанка с четырьмя чашками свежего чая. Сунь У-кун принял у нее чай, но в комнату не пустил. Затем пришла старуха и стала сбоку, у входа.
– Откуда изволили прибыть, дорогие гости, – начала она расспрашивать, – и какие товары везете?
– Мы пришли из северных стран, – бойко отвечал Сунь У-кун. – Есть у нас добрые кони для продажи.
– Уж больно ты молод, чтобы торговать конями, – недоверчиво заметила женщина.
– А вот у нас старший, – продолжал Сунь У-кун, – его фамилия Тан, а это – третий брат, его зовут Чжу, а тот – четвертый. Его фамилия Ша, а меня зовут Сунь. Я – второй брат.
Женщина засмеялась:
– Родные братья, а с разными фамилиями!
– Совершенно верно, фамилии у нас действительно разные, а живем все вместе. Нас всего десять братьев. Мы, четверо, прибыли сюда первыми, чтобы подыскать помещение. А шестеро остались за городом на ночлег, так как они ведут целый табун лошадей, а с табуном неудобно поздно являться в город. Мы хотим снять помещение, переночевать, а завтра с утра они явятся в город, и мы начнем продавать коней; как только распродадим, отправимся обратно.
– Сколько же у вас коней в табуне? – полюбопытствовала женщина.
– Всех, считая и жеребят, сто десять! – ответил Сунь У-кун и глазом не моргнув. – Все они из той же породы, что наш белый конь, только масть у них разная.
– Ты, видно, опытный купец, господин Сунь, – улыбнулась женщина. – Знаешь, к кому обратиться, прямо ко мне пожаловал. В других гостиницах тебя бы и не приняли, тесно у них. А у меня двор просторный. Конюшня большущая, есть резки для соломы и корыта для пойла, сена и фуража хватит даже на несколько сот лошадей. Я согласна принять всех вас, но с одним условием: я уже много лет держу гостиницу, все меня знают и уважают. Моего покойного мужа звали Чжао. К несчастью, он давно умер. Моя гостиница называется: «Гостиный дом вдовы Чжао». Порядок у нас такой: сперва договориться по-подлому, а уж потом обходиться по-благородному, то есть сперва условиться о плате за постой, а уж потом рассчитываться. Обслуживание у нас ведется по трем разрядам.
– Ты дело говоришь, – перебил ее Сунь У-кун. – Что же это за три разряда? Ну-ка, объясни! Я только знаю такую пословицу: «Товары бывают в разной цене, а постояльцев ценят всегда одинаково».
– У нас здесь принято обслуживать по высшему, среднему и низшему разрядам, – начала объяснять хозяйка. – Тем постояльцам, которые пожелают первый разряд, ежедневно подается стол из пяти разных блюд и пяти разных плодов со всевозможными лакомствами, рассчитанный на двоих; по желанию постояльца приглашается певичка, чтобы веселила и ублажала. По этому разряду с каждого постояльца взимается плата в размере пяти цяней серебром за каждый день постоя, считая и помещение.
– Подходяще! – рассмеялся Сунь У-кун. – У нас за пять цяней даже певичку не пригласишь!
Не слушая его, хозяйка продолжала объяснять:
– По среднему разряду полагается общий стол для всех, но можно заказывать разные фрукты, вина, если задумаете играть в застольную игру. Без певички плата за второй разряд два цяня серебром в день.
– Тоже недурно! – заметил Сунь У-кун. – Ну, а третий разряд?
– Мне даже неудобно говорить перед столь достопочтенными гостями, – застыдилась хозяйка.
– А ты говори! Чего там стесняться! – подзадорил ее Сунь У-кун. – По крайней мере мы сможем выбрать подходящий разряд для каждого из нас.
– По третьему разряду никакого обслуживания не полагается, – сказала хозяйка. – Что останется в котле, то постоялец и ест, пока не наестся досыта, а там возьмет сам себе сенца, постелит на полу, где ему удобнее, и спит. Когда рассветет, заплатит несколько грошей, сколько в силах уплатить, и ладно, ни в какие споры с такими постояльцами у нас не вступают.
– Вот счастье для меня! – вскричал Чжу Ба-цзе. – Мне, старому Чжу, только этого и надо! Подойду к котлу, наемся вволю, залягу спать – и наплевать мне на все!
– Братец! Что ты говоришь! – остановил его Сунь У-кун. – Неужто мы, скитаясь по разным странам, не заработали нескольких лянов серебра, чтобы пожить в свое удовольствие!
Обратившись к хозяйке, он сказал ей:
– Устрой нас по высшему разряду! Хозяйка очень обрадовалась и сразу же принялась хлопотать:
– Подайте лучшего чаю! Живо приготовьте все, – крикнула она прислуге.
Спустившись вниз, она продолжала суетиться:
– Режьте кур! Режьте гусей! Готовьте приправы! Забейте свинью и барана! Если не съедят, останется на завтра! Припасите лучшего вина! Рис берите самый чистый! На блины отсыпьте лучшей белой муки!
В комнате, где находились наши путники, было слышно каждое слово.
– Как же нам быть? – тихо спросил Танский монах, наклонившись к Сунь У-куну. – Она велит резать кур и гусей, забить свинью и барана, а кто из нас посмеет прикоснуться к скоромному? Ведь мы же дали обет поститься!
– Я придумал, как поступить! – воскликнул Сунь У-кун и, подойдя к двери, затопал ногами, чтобы привлечь к себе внимание.
– Хозяюшка Чжао, – крикнул он, – поднимись-ка к нам!
Хозяйка поспешно вбежала наверх.
– Что прикажешь, господин? – спросила она.
– Сегодня никакой живности резать не надо, – решительно сказал Сунь У-кун. – У нас нынче постный день.
– А вы постоянно поститесь или по месяцам? – испуганно спросила хозяйка.
– Ни то, ни другое, – спокойно ответил Сунь У-кун. – Наш пост называется: «Пост дня «Гэн-шэнь». Сегодня как раз день Гэн-шэнь и мы должны поститься. Как только минует час третьей ночной стражи, начнется следующий день – Синь-ю, и можно будет разговляться. Так что ты, хозяюшка, уж лучше завтра режь скотину, а сейчас приготовь нам чего-нибудь постненького, мы тебе все равно заплатим по высшему разряду.
Хозяйка еще больше обрадовалась. Сбежав вниз, она стала отдавать новые распоряжения:
– Не режьте птицу! Не режьте скотину! Достаньте древесных грибов! Несите молодые побеги миньского бамбука, бобовый сыр, лапшу! Сбегайте на огород за свежими овощами! Готовьте мучной суп! Месите тесто для клецок! Сварите еще риса! Заваривайте душистый чай!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
