в край охреневшие, но это не мешает им выполнять свою работу.
Устало оглядев их, я медленно поднял руки над головой...
...И активировал Вспышку.
Ослепляющая волна накрыла улицу, а когда бойцы с проклятьями и стонами проморгались, меня уже там не было. Две секунды, чтобы вытряхнуть из ближайшей полицейской машины водителя. Газ в пол, и я полетел по ночной улице, вытащив из кармана телефон и голосом забив в навигатор нужный адрес.
Ещё миг, и на соседнее сидение упала радиостанция. Следить за дорогой и параллельно переключать на ней нужные тумблеры было не просто, но это слово вообще имело мало общего с моей жизнью.
— База, приём.
— Васнецов, приём, как слышишь! Статус! — в ухе прозвучал взволнованный голос полковника.
— Миссия частично выполнена. Эвакуация в точке один невозможна. Двигаю в точку два. Обеспечьте пути отхода.
— Принял. Эвакуация доступна через... 32 минуты. Успеваешь?
— Да. Конец связи.
— Ни пуха. Конец связи.
К чёрту.
Радиостанция отправилась обратно в Карман, а я прокручивал информацию, добытую в конспиративной квартире ЦРУ. Надеюсь, этого хватит, чтобы опознать предателя.
А с тем ублюдком мы ещё не закончили. Я пустил ему кровь. В следующий раз подготовлюсь лучше, и он не уйдёт.
Машина наверняка отслеживается. Лишь вопрос времени, когда меня снова догонят. Нужно опередить полицию. Нужно успеть раньше.
Старинные улицы ночного Будапешта проносились с обеих сторон от меня, а в самом его центре медленно вырастало недостроенное здание из стекла и бетона.
Глава 31
Ещё четверть часа, и я протаранил закрытые ворота. Сбоку мелькнуло испуганное лицо сторожа. Натужно взвыл движок, и едкий дым повалил из-под капота. Машина дёрнулась, замедляясь с каждым метром и заглохла уже через несколько секунд.
Здесь возводили огромный небоскрёб, примыкающий боком к чему-то типа торгового центра. Высотное четырёхгранное здание были лишь частично застеклено, а верхние этажи и вовсе ещё не достроили. Среди маленьких европейских домов оно выделялось, как клоун на похоронах.
На строительной площадке даже в неурочный час кипели работы. Я видел десятки трудяг, работающие высотные краны, вилочные погрузчики, паркующиеся грузовые машины и цементовоз.
Атмосфера шумная и хаотичная ничуть не изменилась с моим появлением. Лишь несколько ближайших ко въезду работяг стали свидетелями аварии. Один из них достал телефон и начал снимать. Второй — ломанулся куда-то прочь. Возможно, искать начальника, чтобы свалить проблему на него.
Спешно достав из Кармана плащ, я накинул его поверх доспехов, чтобы хоть чуть-чуть снизить свою заметность. А сам бросился бежать к строительному лифту, один из которых примостился у торца небоскрёба.
Вокруг мелькали удивлённые лица. Шлем многих заставлял недоумённо коситься мне вслед. Какой-то важный тип в деловом костюме ожесточённо спорил с мужиком в строительной каске, державшим чертёж. Возможно, архитектором или прорабом. Тот при виде меня аж челюсти распахнул.
Впереди уже показалась коробка лифта, и прямо на моих глазах платформа, сука эдакая, отправилась вверх. Ещё и нагруженная доверху мешками с цементом, что снижало её скорость.
Пришлось мчаться на другой конец здания, а вдали уже слышался нарастающий перезвон полицейских сирен. В громкоговоритель что-то натужно закричали на венгерском, и работяги, буквально бросая всё, торопливо направились в сторону ворот. Похоже, моё присутствие, наконец, дошло до местного начальника.
Вылетев из-за угла, я поймал второй лифт, который быстро опускался сверху, набитый людьми, как сардинами в банке. Многие явно нервничали, а, завидев меня, и вовсе что-то закричали.
Как только он достиг земли, строители бросились врассыпную, отталкивая друг друга. Меня явно посчитали особо опасным преступником, почти маньяком.
Сзади что-то закричали, явный приказ исходя из интонации, но я наплевал и, влетев в кабину, вжал верхний этаж. Несколько пуль ударили по решётке, и земля начала быстро отдаляться. А там уже собралось почти полдюжины полицейских. Один что-то орал в рацию, второй — опустошил магазин в мою сторону.
Десятый этаж, двадцатый. В лицо ударил ослепительный свет и, нахмурившись, я отыскал полицейский вертолёт. Он кружил на солидном расстоянии, заливая меня сиянием прожектора. Скрипел мегафон, наверняка, что-то в духе «вы окружены, бросайте оружие».
Томительно тянулись секунды, наконец, платформа вздрогнула и остановилась на последнем этаже. Выбравшись, я торопливо огляделся и швырнул себе за спину осколочную гранату. Громыхнуло и платформу перекосило, а электроника жалобно заискрила. Ещё несколько секунд, чтобы автоматной очередью прострочить пульт управления вторым лифтом.
Дальше я бросился к временной лестнице, ведущей на самую верхнюю платформу — недостроенное перекрытие этажа. Всё это время за мной неотрывно следовал луч прожектора и такое пристальное внимание стало реально раздражать. Выхватив из Кармана снайперскую винтовку, я прицелился. Вертолёт как раз завис на месте. Грохот выстрела. Мимо. Через долю секунды ещё один, и фонарь разлетелся вдребезги, а пилот в панике начал набирать высоту, уводя машину подальше.
Теперь можно заняться делом.
Я спешно вывалил из Кармана обвязку, дрона и специальный прочнейший трос. Несколько секунд, чтобы влезть во что-то похожее на снаряжение альпиниста.
Подсоединить обвязку тросом к дрону и...
Устройство в виде чёрной сферы с двумя парами лопастей рвануло ввысь, постепенно разматывая шнур. А пара сигнальных гранат окутала меня облаком яркого дыма. Никифор говорил, что пеленгация пойдёт по дрону, но пусть лучше будет дополнительный приметный маяк. Заодно и меня скроет от внимательных глаз.
Железяка должна достигнуть высоты около ста пятидесяти метров и удерживать её до подлёта помощи. Кстати, о ней.
Вновь вытащив радиостанцию, я подал голос:
— База, приём. Занял точку два. Дрон выведен. Через сколько будет кавалерия?
— Васнецов, пташка в воздухе. Прибудет через... четыре минуты. Держись.
Шумел второй лифт — похоже, стрельба по пульту управления нихрена не помогла — снизу явно приближался отряд ТЕКа. Однако теперь я уже не мог отойти, будучи прицепленным к далёкому дрону. Поэтому оставалось только перезарядить свой барабанный гранатомёт и выпустить последний залп в сторону решётчатой створки. Бойцы будут явно в противогазах, поэтому слезоточивый газ им никак не помешает, но хоть видимость ухудшит.
Радиостанция отправилась обратно в Карман.
Казалось, что время остановилось. А ещё в голову начали закрадываться нехорошие мысли. Меня могли кинуть на съедение волкам. Кто гарантирует, что наш «крот» не имел доступа к подготовке этой операции. Случайное вмешательство, и эвакуация просто опоздала. Сумасшедшего Стальнова расстреляли ракетами? Да? Какая жалость.
Внутренним зрением я видел изумрудные фигуры, с каждой секундой приближающиеся к крыше. Полтора десятка, и,
