В полк Алексей Георгиевич добрался только на следующий день. Там его уже успели занести в список не возвратившихся с боевого задания.
…После гибели Степана Павловича Супруна 401-й истребительный авиационный полк особого назначения принял его заместитель Константин Константинович Коккинаки, ныне Герой Советского Союза, лауреат Ленинской премии, заслуженный летчик-испытатель, мировой рекордсмен.
С. П. Супрун и К. К. Коккинаки — старые боевые друзья. Они вместе воевали в Китае против японских самураев. Вполне понятно, почему Степан Павлович, приступив к формированию полка, попросил назначить своим заместителем именно Константина Константиновича, опытного, обстрелянного воздушного бойца.
Под командованием К. К. Коккинаки полк сражался до тех пор, пока летчиков-испытателей не отозвали с фронта. За три месяца войны истребители 401 иап сбили пятьдесят четыре самолета противника. Немало ярких страниц в его боевую историю вписали Леонид Михайлович Кувшинов, Василий Ефремович Голофастов, Евгений Ульяхин и многие другие воздушные богатыри.
Глава тринадцатая. Летающие танки
430-й штурмовой авиаполк особого назначения был создан на базе Научно-испытательного института Военно-Воздушных Сил Красной Армии. Командовать им назначили бывшего заместителя командира авиачасти боевого применения ВВС подполковника Николая Иосифовича Малышева. Его замом стал один из старейших летчиков-испытателей майор Александр Кузьмич Долгов. Политическое руководство возглавил батальонный комиссар Василий Иванович Пяткин. Выходец из авиационных техников, он перед войной закончил Военно-политическую академию и прибыл для прохождения службы в НИИ ВВС РККА.
Полк боевого применения, организованный по инициативе выдающегося инженера-летчика Александра Ивановича Филина, занимался разработкой новых методов использования самолетов, поступающих на вооружение ВВС. В апреле июне 1941 года, наряду с испытательной и исследовательской работой, летчики-испытатели этой авиачасти проводили переучивание летного состава строевых частей ВВС на только что созданные самолеты Пе-2, МиГ-3, Ил-2, Як-1 и ЛаГГ-3.
Прежде чем рассказывать о том, как начали использоваться бронированные самолеты на полях грандиозных сражений, необходимо кратко напомнить историю их создания. Генеральный конструктор Сергей Владимирович Ильюшин сконструировал штурмовик накануне 1941 года. Ил-2 с новым отечественным мотором А. А. Микулина — АМ-38 после нескольких проверочных полетов на заводе был передан на государственные испытания в НИИ ВВС. Испытывала его и занималась доводками бригада, возглавляемая квалифицированным летчиком-испытателем А. К. Долговым. Много потрудились и поволновались испытатели, прежде чем подписать акт с рекомендацией принять на вооружение штурмовик Ил-2.
Опытный экземпляр самолета был построен в двухместном варианте. Экипаж состоял из летчика и сидящего к нему спиной стрелка-радиста, который должен был защищать заднюю полусферу. Последнее, по замыслу С. В. Ильюшина, обеспечивало пилоту возможность не отвлекаться от штурмовки в условиях противодействия истребителей противника.
Но отдельные, влиятельные тогда в авиации руководители посчитали идею конструктора неправильной и потребовали серийные самолеты строить в одноместном варианте. Такое решение привело не только к излишним боевым потерям в начавшейся войне, но и к коренной ломке производства, когда Ил-2 стали опять выпускать двухместным…
* * *
Боевые действия 430-й штурмовой авиаполк начал в районе Орши. Первый вылет состоялся 5 июля. Командование Западного фронта получило сведения, что на аэродроме Бешенковичи отмечено большое скопление танков и автомашин. Кому принадлежит эта техника, нам или противнику, было неизвестно: связь с Бешенковичами отсутствовала. Где-то в том районе действовали и наши танковые части, но сведениями об их местонахождении командование не располагало.
Подполковник Н. И. Малышев получил приказ разведать механизированную группу и, если она принадлежит противнику, немедленно нанести по ней штурмовой удар.
Девятку повел майор А. К. Долгов, сам командир полка полетел десятым. При подходе к Бешенковичам "илы" снизились до бреющего полета. Машины неслись, едва не касаясь верхушек деревьев. Летчики увидели огромное скопление танков и бронемашин, выстроенных правильными рядами по всей площади аэродрома. На танках ясно различались немецкие кресты. Там и сям сновали солдаты в полном боевом снаряжении. По границам аэродрома были разостланы красные полотнища, видимо опознавательные знаки для своей авиации. Зенитная артиллерия противника молчала: бронированные "илы" еще не использовались в войне и гитлеровцы не знали их силуэтов.
Сомнений у командира девятки больше не оставалось. Он отдал приказ штурмовать аэродром. Стокилограммовые фугасные бомбы замедленного действия покрыли почти всю площадь летного поля. Каждый самолет имел их по четыре штуки. Потом пошли в ход тяжелые реактивные снаряды РС-82. Летчики открыли огонь из пушек и пулеметов.
Спохватившись, вражеские зенитчики повели стрельбу из всех видов оружия. На земле и в воздухе стало твориться что-то невообразимое. Девятка штурмовиков повернула на свой аэродром.
Командир полка, желая удостовериться в эффективности удара, еще раз прошел над целью. На аэродроме он увидел много очагов пожара: горела и взрывалась техника врага. Земля была усеяна черными точками — убитыми и ранеными фашистами…
Зенитная артиллерия противника поставила настолько плотный огневой заслон, что через него, казалось, невозможно проскочить даже маленькой птичке. Несмотря на это, вся штурмовая девятка благополучно вернулась на свой аэродром. Правда, некоторые самолеты имели повреждения. На машине подполковника Малышева, например, насчитали более двухсот пробоин. И все-таки она дотянула до дому. Удивительную живучесть продемонстрировали "илы".
Немецкое командование на следующий же день среагировало на первый удар советских бронированных штурмовиков. На аэродром Зубово, где базировались "илы", были совершены три массированных налета. Если бы не своевременная помощь истребителей 401 иап, полк Малышева мог бы серьезно пострадать.
430 шап продолжал боевую работу. Он вел воздушную разведку, штурмовал вражеские танковые колонны в районах Борисова, Шклова и Копыси.
На аэродром приехал артиллерийский командир и сообщил Малышеву, что одна наша стрелковая дивизия отступает в исключительно трудных условиях и несет большие потери. Артиллеристам, располагающимся неподалеку от аэродрома, приказано помочь ей, прикрыть ее отход. Было бы хорошо, если бы и летчики выручили пехотинцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
