С постели Нольвен раздался сонный голос:
— Ничего себе, такая рань, а ты уже при параде. Готовишься встречать наше новое растение?
— Вроде того, — улыбнулась я. — Дрегарт сегодня идет с нами. Я хочу познакомить его с Мерой.
— Ого, — Нольвен стряхнула с себя сон. — Будет интересно.
— Я надеюсь, что нет, — передернулась я. — Хотелось бы, чтобы это было скучно, чопорно и без искры.
Моя лисонька только захихикала и спросила, давно ли я знаю Меровиг Конлет.
— Я верю в лучшее, — сдержанно произнесла я и добавила, — ну и надеюсь повлиять на ситуацию.
— А, — глубокомысленно отозвалась Нольвен. — Знаешь старую мудрость? Не можешь остановить — возглавь.
И, подмигнув мне, подруга взяла чистую одежду и вышла из комнаты. А я осталась рассеянно листать журналы и старательно не думать о том, как пройдет знакомство Меры и Дрегарт. Помимо этого, я еще более старательно не думала о том, что так и не знаю, кто же я для капитана. Ведь кто он для меня — кристально ясно.
В итоге, я так глубоко задумалась, что не успела ни волосы заплести — всего лишь выпустить гребень из шкатулки, ни журналы нормально сложить. Да еще и учебники из сумки на пол выпали, но времени уже не оставалось — завтрак дело такое, опоздал и все. Слишком холодно, чтобы бутербродики на улице жевать!
— Не забыть бы учебники собрать, — проворчала я, когда мы с Нольвен подошли к дверям столовой. — Если они не по графику выйдут из строя… Что-то мне не хочется получить взыскание от библиотекаря.
— Да уж, — кивнула Нольвен.
Взяв подносы, мы получили свой завтрак и сели к парням за стол. В этот же момент Дрегарт улыбнулся, пожелал мне доброго утра и, нагнувшись, поднял с пола горшок с… С на редкость невзрачным цветком. Ничего, абсолютно ничего общего с тем, что я видела через призму восприятия Лилея.
— Мэль, это тебе, — капитан явно был смущен внешним видом цветка, да еще и Фил не смолчал:
— Ты бы уж не экономил, дружище.
— Я попросила именно этот цветок, — отрезала я. — Спасибо. Спасибо.
— А вы, — Фраган сделал какой-то неуловимый жест пальцами, — да?
— Мы нашли друг друга, — спокойно ответил Дрегарт. — И к чему бы это ни привело, я счастлив уже сейчас.
— Ага, — кивнул Фраган. — Ладно, понял, вопросов задавать не буду. Сегодня как обычно, потренируемся?
Я опустила глаза вниз, а Нольвен напротив, посмотрела прямо на нашего капитана, который сдержанно ответил:
— Боюсь, что сегодня не выйдет. Днем — точно нет. Сегодня мы с Маэлин и Нольвен пьем чай у квэнни Конлет.
Филиберт уронил вилку, ругнулся и полез ее доставать. А Волькан радостно улыбнулся:
— Поздравляю, а то я вначале не понял, в каком смысле вы нашли друг друга. Ну, в смысле, мало ли, может вы где-то нашли или… Ой, что-то я совсем заговорился, извините.
— Да уж, и мои поздравления прими, — с кривой улыбкой произнес Фил.
Вот только мне его улыбка совсем не понравилась. Не очень-то это было похоже на настоящую радость.
— А что это хоть за цветок? — заинтересовалась Нольвен, — я никак не могу припомнить ничего подобного.
— Это незабудка, — хмыкнул Фраган. — Одно время все боялись, что за сдохшие цветы будет серьезное взыскание. Так в общежитии появилась дежурная лопата, которую прятали от коменданта с большим рвением нежели стратегический запас вина.
Я подозрительно посмотрела на горшок, где росло что угодно, кроме куста незабудок. Нет, голубые цветочки были, но…
«На ложный лилейник точно не похоже», успокоила я себя.
После завтрака Дрегарт проводил нас до дверей на женский этаж и, передав мне увесистый горшок, уточнил:
— Встречаемся внизу, через полчаса?
— Да, — кивнула я.
Приподнявшись на цыпочки, я коснулась губами его щеки и быстро скрылась за дверьми. Посмеивающаяся Нольвен догнала меня уже у дверей и доверительно сообщила:
— Твой капитан пришиблен милотой.
— А?
— Стоял и улыбался, — перевела Нольвен. — Я так за тебя рада! И сейчас порадуюсь еще и за Лилея!
А я только вздохнула. Мне бы хотелось порадоваться за лисоньку, но, кажется, этого еще долго не случится. Нольвен особенная, слишком яркая и свободолюбивая. И я как-то даже не могу представить, кто бы мог ей понравится. Наверное, вначале она должна свести этого кого-то с ума, чтобы у мужчины был стимул добиваться моей подруги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Три, два, один, — прошептала Нольвен и резко распахнула дверь.
Стрекот и свист, изданные Лилеем, были оглушительны. Он выскочил из своего горшка и, распушившись до невозможности, рванул к нам. Так что нам пришлось поспешно заскакивать в комнату и закрывать дверь, чтобы не привлечь излишнего внимания.
Лилей окружил горшок всеми своими оставшимися листочками и принялся что-то уверенно стрекотать и посвистывать. К моему стыду, я испытала настоящее облегчение, когда поняла, что эта «незабудка» хоть и не похожа на те мелкие голубые цветы, что растут в саду у Меры, а все ж таки это самое обычное растение. Ну, если бы оно было необычным, то мы бы заметили, верно? Оно бы пошевелилось или как-то отреагировало на Лилея? Ох, надеюсь.
— Ты тоже боялась, что мы заведем еще одного оригинального друга? — со смешком спросила Нольвен. — Просто у тебя на лице такое облегчение написано.
— Как и у тебя, — фыркнула я. — Помочь?
Лилей в этот момент пытался оттащить горшок со своим новым другом (подругой?) к своему подоконнику. Встрепенувшись, он развернул ко мне свои цветоносы и медленно их склонил. Кивнул, что ли?
— Ты кивнул сейчас? — оторопела я и увидела, как он протягивает ко мне длинный узкий листочек.
Присев на колени, я позволила Лилею коснуться моего виска и уловила хоть и простые, но очень четкие мысли: «Спасибо. Расту. Свет и вода. Синему тоже. Друзья. Буду пить кровь».
От последней фразы меня прошибло животным ужасом. Я представила, как мы с Нольвен покупаем для друга кровь, а ему нужно все больше и больше и вот однажды нам приходится выйти на дело и… И только через полминуты я поняла, что Лилей имеет ввиду кровь Идрис Лавант. Выдохнув, я потерла кончик носа и, взяв руки и горшок с Синим и самого Лилея, встала. Устроив друзей на подоконнике, я поставила между двух горшков кувшин с водой.
— Вы с нами или остаетесь? — ко мне подошла Нольвен.
Лилей стрекотнул и запустил корешки в горшок Синего. Пошебуршил землю и тут же запустил другой корешок в кувшин, осушив его в один миг.
— Ну не при нас же, — фыркнула моя лисонька. — Мне кажется, воды им нужно больше оставить.
— Ага, — кивнула я. — И что-то мне подсказывает, что надо везти горшок побольше. Семейного размера, так сказать.
— Интересно, после всего это… Черенкования, у нас будут крестники? Хаос, представь, что нам нужно будет пристроить юных дарований в нежные руки. Или построить оранжерею.
Поперхнувшись смешком, я отошла к шкафу и принялась изучать полки. Что может заменить второй кувшин?
— Я из ванной принесу, — негромко сказала Нольвен и вышла из комнаты.
И через минуту вернулась с тазиком, полным воды. Поставила его на пол, поближе к подоконнику и, взяв опустевший кувшин, вновь вышла, чтобы вернуться и поставить наполненную посуду обратно.
— Может, мне остаться? — засомневалась лисонька.
— Кувшин с водой, таз с водой, — нахмурилась я. — И общая продуманность и хитрость Лилея — не засохнут. Да и не будет нас всего ничего. Сегодня уходим, завтра вечером возвращаемся.
— И то верно. Но что-то не спокойно мне, не спокойно.
Я посмотрела на Лилея, который оплел собой весь горшок и теперь нежно посвистывал, и пожала плечами:
— Я думаю, что все будет хорошо. Главное, чтобы никто не покидал комнату. Но ребятам явно не до прогулок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Бросив последний взгляд на подоконник, я вышла из комнаты. Через пару мгновений за мной последовала и Нольвен. Правда, подруга чуть подзадержалась и, догнав меня, объяснила:
— Зачаровала дверь. Мы узнаем, если ее откроют.
— Может, иногда лучше не знать? — спросила я.
