— Как жестоко, — восхитилась Мера. — Ладно, новый сварится. Идемте в гостиную.
— Не знаю, могу ли я, — с прохладцей произнес алвориг Нортренор. — Дело-то семейное.
— Нейтан, мы не могли сломать стену, — тут же рассердилась Меровиг. — Нас бы поймали. Но мы достанем для тебя эти пакостные фолианты.
— Не представима вся бездна моих страданий, если книги будут уничтожены. Это могут сделать как Тенеаны, так и стражники, если им вдруг придет в голову обыскать особняк, — скорбно произнес Нейтан.
Меровиг только вздохнула и поманила нас за собой.
В гостиной я села рядом Дрегартом, а бабушка и Нейтан заняли одно кресло на двоих. Ого, раньше они никогда не позволяли себе подобного!
— Я разработал один ритуал, — улыбнулся алвориг Нортренор, — он позволит нам сочетаться браком. По бумагам Мера останется женой алворига Конлета, но реально она будет моей супругой.
— А на бумаги нам давно плевать, — кивнула бабушка. — О, твоя подружка калитку открыла. Ну, подождем.
— Ее ты тоже отправишь кофейник ловить?
Мелкая обидка, засевшая где-то внутри, никак не хотела уходить.
— Тебе бы не понравилось, — спокойно сказала Меровиг, — присутствовать при этом разговоре.
— А Дрегарту понравилось? — прищурилась я.
— Видишь, в восторге сидит, — фыркнула Мера.
— Это было познавательно, — усмехнулся Гарт. — Многое стало понятным. Я расскажу, Мэль.
А я, зная, что он не может лгать, успокоено выдохнула.
— Так что, — заговорила я, когда в двери вошла Нольвен, — это Тенеаны делают особенные универсальные концентраторы?
Ответом мне стал ошеломленный взгляд бабушки:
— Как?!
Признаться, мне было приятно ее удивление. Но чтобы не заработать фирменное проклятье, я постаралась скрыть улыбку и сдержанно ответила:
— Мое предположение основывалось на рассказе алворига Нортренора. Да еще и ты добавила в копилку, когда сказала, что вы не смогли попасть в подвал.
— Мы бы смогли, — возразил Нейтан, — но мне не дали сломать стену. Одну хлипкую стену. Я бы потом собрал ее и никто бы не заметил.
— Только до возвращения Тенеанов оставалось меньше двух часов, — фыркнула Мера.
— Мне кажется, я очень много пропустила, — задумчиво произнесла Нольвен. — Очень много.
— Мы с алворигом Нортренором шваброй ловили кофейник, — хихикнула я, — пока Мера и Дрегарт секретничали в гостиной.
— А чего не подслушали? — непосредственно спросила лисонька.
— Так не вышло, — развел руками Нейтан.
— Посмеялись и хватит, — проворчала Меровиг. — Распустились совсем.
— От рук отбились, — хихикнула Нольвен и тут же ойкнула, — больно!
— То-то же, — наставительно произнесла Мера и извлекла из воздуха свою трубку. — Слушать будете? Новости изумительные. Мою любимый сорт скелетов, так сказать.
— С большим количеством тухлого мяса, — со вздохом произнес алвориг Нортренор.
Попыхивая трубкой, Меровиг начала рассказ. Довольно будничным тоном она излагала такие чудовищные вещи, что мне становилось дурно.
— В доме твоих родителей, Мэль, мы, за одним исключением, ничего интересного не нашли. Так, пара фривольных книжек, несколько бутылок крепкого алкоголя…
— У отца есть бар, — нахмурилась я.
— Это тайник квэнни Конлет, — отмахнулась Мера. — Не перебивай. Теперь, благодаря найденным бумагам, мы знаем, что по инициативе семьи Конлет твой брачный договор расторгнуть нельзя.
— Мне еще показались странными зелья, которые алвориг Конлет хранит в своем баре, — задумчиво добавил Нейтан. — Вернее, каждое из зелий простое, но в таком составе… Не представляю, что можно лечить сочетанием зелий третьего, восьмого и первого круга.
Озадаченно посмотрев на алворига Нортренора, я подозрительно уточнила:
— Вы уверены? Просто третий и первый круг, как правило, блокируют друг друга в организме человека. А восьмой вступает в реакцию с ингредиентами третьего. Там, конечно, есть исключения, но…
— То, что зелья стоят на одной полке, совершенно не означает, что их употребляют вместе, — отмахнулась Мера. — Не надо усложнять, тем более, что все зелья под стазисом и разной даты выпуска. Гораздо более волнующие вещи ждали нас в особняке Тенеанов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Первое, что нас поразило, — согласился Нейтан, — это охранная система. Хорошо, что зелья было с избытком.
— Зато сразу стало ясно, что все старания не зря, — хмыкнула Мера. — И тут мы возвращаемся мысленно к Тальмелиту.
— Культурная отсылка? — удивилась Нольвен. — Ему даже на истории уделяют всего два абзаца.
— Потому что вам дают только общие знания, — отмахнулась Меровиг. — Нет, Тальмелита мы вспоминаем в политическом разрезе. Кто-нибудь из вас знает, отчего Сагерт считается частью Срединной Империи, хоть мы и не подчиняемся имперским законам?
Я почувствовала острое желание стать невидимой. Однажды бабушка уже спрашивала нас об этом, а после строго-настрого приказала изучить период Упадка и подготовить доклад. Остается надеяться, что Мера об этом забудет.
— А ведь я говорила, — сердито произнесла бабушка, — изучите период Упадка! Но нет, им бы ерундой заниматься. А вы, Дрегарт, что-нибудь об этом знаете? Или ваш уровень образования тоже прискорбно низок?
— Не думаю, что у Мэль есть недостаток образования, — спокойно и даже чуть равнодушно ответил Дрегарт. — Период Упадка начался через несколько лет после уничтожения Тальмелита. Перед смертью маг успел проклясть своих убийц — их дети рождались слабыми и не доживали до совершеннолетия. Восемь сильнейших кланов медленно захирело и угасло, два боевых ордена остались в прошлом и Империя заявила права на Север. Они не смогли воевать — слишком холодно, слишком много нежити и не будем забывать о Тенях и Духах. Но унизительный договор все равно был заключен.
Духи. Я поежилась, опасные твари с изнанки, что постоянно вырываются с Разлома на морском дне. И только Тени людей, добровольно ушедших на изнанку мира, защищают нас от духов. Со стороны Империи было как-то глупо зариться на Сагерт. От нас больше проблем, чем пользы.
— Грубо, сухо и кратко, — кивнула Мера. — Но все по делу. А кто помнит родовые имена героев?
— Мера, — укоризненно произнес алвориг Нортренор, — ты выбрала неподходящее время для урока истории.
— Тенеаны были среди тех восьмерых, — медленно произнесла Нольвен. — Мы после заключения помолвки все-все про этот род вызнали. Ну, из того, что можно было узнать, не вскрывая их особняк.
— И кабинет главы рода, — сказала Мера.
— И кабинет главы рода, — согласилась Нольвен.
— И сейф, — мечтательно улыбнулся Нейтан.
— И сейф, — со вздохом согласилась Нольвен.
А я вдруг поняла, что Мера и Нейтан идеальная пара. Они похожи и не похожи одновременно, имеют схожие, хоть и противозаконные увлечения, и, главное, они любят друг друга.
— Ладно, — усмехнулась Меровиг, — ты слишком мягок, но что поделать. Да, Кастор Тенеан был среди тех героев. Он схлопотал проклятье наравне со всеми и, по началу, картина была такой же, как и с другими — слабые нежизнеспособные дети и магия, утекающая сквозь пальцы. Но они выжили. От большой семьи остались жалкие крохи и до сих пор у Тенеанов рождается не больше двух детей.
— Я прикидывал и так, и эдак, — вступил Нейтан, — на сегодняшний день ни один известный мне ритуал не смог бы перебить проклятье Тальмелита. Но! Но в особняке Тенеанов мы нашли книги за авторством этого мага. Нашли выписки из его рабочих дневников, так что, вполне вероятно, что Кастору удалось блокировать проклятье.
— И возникает вопрос, почему он не помог остальным, — тихо сказала Мера. — Почему? Я могу лишь предположить, что способ был настолько отвратительным, что он просто не рискнул никому о нем рассказать. Есть вещи хуже смерти, хуже уничтожения рода. Есть поступки, которые нельзя совершать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я поежилась и обхватила себя руками за плечи:
— И что теперь будет?
— Ничего, — Мера пожала плечами. — Это не ваш бой, девочка моя. Ваша задача выиграть турнир и не наделать глупостей. В частности, я приказываю тебе ни в коем случае не оставаться с Тенеаном наедине. И не ходи одна.
