И светящиеся скелеты, дрогнув, отступили на Черную Дорогу. Вслед бегущим прозвучали последние выстрелы, оставившие на антрацитовой трассе немало костров чистого голубого огня — так сгорало родовое дворянство.
Впрочем, потомки Змеи быстро ушли от пуль, укрывшись в соседних Тенях. Они стремительно возвращались в Хаос и уже считали себя в безопасности, но им еще предстояло пройти через реальность, где стояло войско Блейза. Здесь врага поджидали козырнутые из Авалона и Амбера пушки и солдаты с винтовками. Грянули залпы, волны серебряной картечи понеслись вдоль Черной Дороги, сметая скелетов, серокожих, богомолов, кентавров, рогатых наездников, двуногих козлов с волчьими харями. Спастись удалось немногим.
— Фауст придумал порох для Хаоса?! — почтительно спросил Блейз.
Вервольф покрикивал на солдат, устанавливавших на холме громадную паровую гаубицу дримландского производства. Между делом герцог объяснил амберитам, что пороха нет, но орудие все равно будет стрелять, причем изобретение сделано смертными подданными Нирваны.
— У меня появилась идея, — шепнул Корвин на ухо Бенедикту. — Почему бы нам не попробовать атомную бомбу? Какие бы идиотские законы ни действовали в этом крыле Мироздания, вещество все равно состоит из атомов, а ядра все равно должны делиться, выделяя бездну энергии
— Не сегодня! — отрезал старший брат. — Но мы обязательно попробуем. Без посторонних.
Они переговаривались совсем тихо, чтобы слова не достигли барабанных перепонок Вервольфа. Нирванец появился у стен пограничной твердыни Хаоса без приглашения, но привел с собой пехотную колонну и три гаубицы. Сын варварского царя попросил Рэндома разрешить полевые испытания нового стенобойного снаряда. Король охотно дал согласие, и теперь амбериты с интересом ждали результатов. Когда орудия были расставлены на позициях и запылали дрова в топках паровых котлов, к сыну неожиданно козырнулась Геката с небольшой свитой.
На правах старого знакомого Корвин представил царицу Рэндому и спросил, намерена ли она лично участвовать в битве.
— Я же не амазонка, — засмеялась гостья. — Хочу посмотреть, как мой мальчик будет крушить эти стены.
— Зрелище, весьма полезное для душевного спокойствия, — согласился Рэндом и деликатно добавил: — Ваше величество, мы слышали про пленение герцога Мефисто. Нет ли новых известий о его судьбе?
— Новостей пока нет, — довольно равнодушно сказала Геката. — Но я полагаю, Дара захочет убить его.
— Я попрошу Мерлина освободить Мефа, — мрачно произнес Корвин.
— Вряд ли это поможет. — На лице нирванской царицы появилась неожиданная улыбка, — Но мы все равно благодарны тебе за участие.
Ее реакция удивила Корвина, и он сказал, склонив голову:
— Вы так спокойны, когда Мефисто в смертельной опасности.
— Кажется, Фау говорил вам, что членов нашей семьи очень трудно убить, — заметила Геката. — Практически невозможно.
Рэндом заметил с легким осуждением:
— Ваша семья слишком сильно верит в собственную неуязвимость.
Пожав плечами, Геката процедила не без вызова:
— До сих пор никому не удалось убить моих детей. Хотя желающих хватало.
Она отвернулась, демонстрируя, что не желает продолжать эту тему. Догадываясь, что царица в глубине души переживает за сына, Корвин оставил монархов молчать вдвоем, а сам сдал Карту Бенедикта и попросил:
— Бен, проведи меня.
Из Козыря высунулась рука, и Корвин, ухватив ладонь старшего брата, шагнул на плоскую, как стол, возвышенность, на которой стояли орудия и пыхтели паровые котлы.
— Оригинальная идея, — вполголоса сообщил Бенедикт. — Они воспользовались энергией, которая действует во всех Отражениях.
Гаубицы с грохотом швырнули снаряды-зажигалки по навесным траекториям, которые завершались внутри крепости. Над стенами показались струйки дыма, потом выглянули языки пламени. После второго залпа пожаров стало больше. Амбериты полагали, что Вервольф будет стрелять, пока весь город не превратится в огненный океан, однако нирванец приказал артиллеристам навести все гаубицы на участок стены, расположенный прямо перед позицией батареи.
Когда прогремели еще три залпа, часть стены обрушилась. Вервольф удовлетворенно завыл — получилось очень похоже на волка — и приказал канонирам снизить прицел, чтобы быть готовыми к отражению атаки. Амбериты были потрясены, если не возмущены осторожностью герцога. Принцы наперебой требовали продолжать расстрел крепости, чтобы увеличить проломы и открыть путь штурмовым колоннам. Снисходительно поглядев на союзников, Оборотень насмешливо пояснил:
— Противник наш мыслит примитивно, поэтому я заранее знаю, что он предпримет на каждом этапе сражения.
Он рассказал, как совсем недавно, преследуя напавших на Дримландию тварей, вышел к другой пограничной крепости Хаоса и разрушил гаубицами стену на довольно большом протяжении. Осажденные демоны безрассудно вышли из ворот, намереваясь погасить паровые котлы, как они сделали это в Дримландии. Однако Вервольф ждал такой контратаки и ударил прямой наводкой по живой силе. После этого крепость можно было брать голыми руками.
— И чем же все кончилось? — полюбопытствовал Блейз.
— Я разнес ту крепость по камушку, и к Нирване присоединилось еще два Отражения, — похвастался герцог.
— Почему же ты думаешь, что противник повторит такую контратаку? — спросил Рэндом.
— Потому что они всегда действуют по одному шаблону и наверняка постараются лишить нас артиллерии. У них просто не остается другого выхода… Ну, вот и началось.
Напротив артиллерийских позиций распахнулись крепостные ворота, выпустив несколько сот рыцарей и других существ, способных владеть оружием. Амбериты зааплодировали. Дождавшись момента, когда защитники крепости заполнят все поле перед укреплениями, Вервольф приказал открыть огонь.
XI
Герцог Мефисто водворен в темницу, где сравнительно недавно томился принц Корвин. Мандор внимательно изучает предметы, найденные при нирванце. К его удивлению и негодованию, среди конфискованного имущества нет ни легендарного колдовского меча по имени Серитойох, ни медальона-спайкарда, ни Козырной Колоды. Лишь пропитанные слабыми чарами разрушения легкий клинок и булавка — оружие наемного убийцы, но не воина.
На всякий случай Мандор просит Кула вывернуть карманы. Оттуда появляются плитки жевательного табака, дешевый серебряный амулет в виде русалки, несколько монет неизвестной чеканки, набор отмычек.
Отпустив великана, Мандор погружается в размышления. Похоже, пленный Мефисто сумел воспользоваться тупостью разбойника и выкинул самые ценные вещички, чтобы не достались Хаосу. Или же Кул нашел колдовские принадлежности и припрятал где-то в Тенях. Но в таком случае приходится предположить, что варвар значительно умнее, чем кажется. В такое трудно поверить, поэтому Мандор отбрасывает пустые подозрения и тихо грустит об утраченных трофеях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
