о том, что если уж я успел среагировать, то он и подавно, черный кот отправился нести службу вниз по ступеням вертикального лабиринта. А мы, на цыпочках, за ним, вниз, вместе с нисходящими потоками воздуха и неся на себе дурные предчувствия.
На спуске пока не было ловушек или поджидающих монстров, мой слух, действительно обострившийся проклятием до такой остроты, что стал мешаться стук собственного сердца и шум крови в теле, не улавливал никаких посторонних звуков, свидетельствующих о погоне или поиске. Девушка спускалась за мной, прикрывая мне спину и себя Щитом.
Наверное, мы шли уже там, где ни разу не ступала нога человека. Медленно, неторопливо, готовые в любой момент сойти с тропы вниз и затеряться в лабиринтах дополнительных помещений, прорезанных в земной толще иномировыми существами.
Глава 23
С тихим мелодичным хрюкающе-храпящим звуком на меня вновь попытались влезть с ногами, но в очередной раз безуспешно. Первая, удачная попытка, послужила причиной, по которой я проснулся от нервного, прерывистого сна. Пришлось крайне аккуратно снимать с себя умаявшуюся в ноль вторженку, перекладывая её на расстеленный плащ и выдавая в цепкие руки спящей укоризненно смотрящего на меня Мишлена, но это удовлетворило Тернову всего на какой-то час. Затем вновь начались посягательства на меня, уже слегка отдохнувшего и занятого изучением карты.
В походно-боевом ордере мы спустились всего на 5 «этажей», услышав идущие снизу мужские голоса и надсадное пыхтение упорно поднимающихся по лестницам людей. Или нелюдей, так как мы, уйдя на один из этажей, не рискнули пронаблюдать за проходящим мимо отрядом. Проходит и проходит, как завещал дед Соломон. Как прошёл, мы (я) долго вслушивались в эхо голосов тех, кто целеустремленно пёр на самый верх. Видимо, проверять дохлых ящеров.
— Мне нужно отдохнуть, — тогда сказала Кристина, не сумевшая сразу подняться на ноги после сидения на полу и вслушивания во тьму.
Вот мы и отдыхали.
Карта. Теперь у меня было куда больше времени и возможностей её внимательно осмотреть и понять. В целом, сообщившие мне ключевые моменты люди ни на гвоздь не повернули против истины, но я тогда был слегка занят, собирая рюкзак, от чего слушал недостаточно внимательно. Теперь перед моими проклятыми глазами рисовалась слегка иная картина, позволяющая иначе интерпретировать сказанное мной ранее.
Комплекс не был достроен. Точнее, то чудище, которое пилили тут цверги Барадьевых, ни разу на бункер или подземный город не было похоже, скорее на привольно раскинувшуюся подземную транспортную систему горизонтально-вертикального типа в форме гигантского «куба». По граням этого «куба» как раз и шли подземные спуски, похожие по своей сути на здания с несколькими пустующими лифтовыми шахтами. Очень амбициозный проект, что и говорить. Мне было совершенно непонятно, зачем Руси или императору такой монстр, но, если подумать — а многое ли я о этом мире понимаю? Вдруг весь этот «куб» ничто иное как будущее метро, но с проложенными в большой глубине полостями, где могли бы формироваться новые иномировые порталы? А московские ревнители имели бы возможность их с удобствами зачищать… Лаборатории, опять же, можно тут завести, а эти «небоскребы»-спуски — так это же вылитые тюрьмы! Перекрыл внизу и вверху, регулируешь подачу воздуха, вот тебе и идеальная тюряга!
В общем, гадать можно было долго. Хотя, а что мне оставалось делать в этой темноте? Разве что отбиваться от спящей Кристины, явно запомнившей, что где-то рядом вместо жесткого пола, прикрытого плащ-палаткой, должно быть что-то теплое и мягкое (то есть я).
— «Фелиция, готовь схему один. Будем работать „звездами Альстара“, если что»
— «Ты собираешься показать черной ведьме… это?», — с сомнением в голосе спросила даймон.
— «После того айсберга — можно», — скривился я, — «Нужно иметь козырь»
«Звезды Альстара» были еще одним излюбленным заклинанием у колдунов мира Эмберхарта, вынужденным постоянно скрываться, бегать, а то и вступать в схватки с теми, кто пришел их сажать на кол и греть на костре. Само заклинание представляло из себя создание нескольких снарядов фиолетовой энергии, частично способных самонаводиться на цель. Несмотря на откровенно боевую природу, попадание «звезды» по человеку было отнюдь не смертельным, просто грозя полётом на несколько метров и сломанными ребрами. Прекрасная возможность дешево и сердито переломать несколько преследователей, а потом либо удрать, либо добить.
Самое оно для такого мирного, доброго и вооруженного человека как я. Добить мы всегда успеем.
— Что? Где я? Мишлен? — сонное бормотание просыпающейся девушки позволило отвлечься от мыслей.
— Мы в верхней трети гигантского спуска под землю, — любезно просветил я Тернову, — Впереди много опасностей и ступенек.
— Ступенек… — в голосе повторившей это боярыни промелькнула дрожь, — А что это за свет, Кейн?
— Какой свет? — напрягся я.
И не зря. Убежище мы себе выбрали хорошее, проходную длинную залу, из которой можно было уйти вниз, вверх, вправо, влево, да хоть к черту на рога, но вот минусом оказалось то, что, полагаясь на слух, гарантирующий, что рядом нет ничего живого, я слишком увлекся картой и не увидел отблеска на стене, который тут же заметила проснувшаяся Кристина! Отблеска не от нашей лампы!
Мне в оправдание только и осталось прошипеть коту укоризненное «Ты-то куда смотрел?!», пока Кристина быстро и дёргано подхватывалась с походного ложа. Кот, выпучив глаза, сам неверяще пялился на источник света, но вину точно признавать не собирался. Вооружившись и выставив перед собой Щиты, мы очень осторожно двинулись проверять источник света.
Светило из-за приоткрытой двери.
Двери.
Её раньше тут не было. Вообще не могло быть в принципе, всё, что мы видели, пока сюда добирались, было совершенно одинаковым — небрежно отшлифованный камень, полосы светящейся окультуренной плесени, ступени, коридоры, помещения без малейших следов не то, что отделки, а вообще… всего. Мы были посреди царства камня, воздуха и тьмы, а уж все окрестности нашей лежки я обшарил в первую очередь, дверей тут быть не могло. И не было.
Но вот. Оно существует.
Честно признаться, я открывал эту дверь уверенным почти на сто процентов, что виноват в происходящем мой гримуар. Готов был при этом почти ко всему…
…но не к наглухо клишированной сцене, где в совершенно пустой комнате внезапно горит камин, перед которым стоит спинкой к нам кресло, в котором кто-то сидит. Камин. Метрах в двухста-трехста от поверхности. Великолепно…
— Прошу вас, молодые люди! Не надо стрелять! — именно с такими словами из кресла поднялся мужчина, держа руки, украшенные целым набором крупных перстней с камнями, вверх, — Я всё-таки спас вам жизни! Несколько раз, если уж вести счет такой малости!
Он
