пытается это скрыть зачем-то. Это вполне взаимное чувство, только в отличие от нее, я никогда не делала попытки утаить это.
– Я услышала тебя, но не понимаю, о чем ты. ― Я качаю головой и, пожав плечами, отворачиваюсь к зеркалу, чтобы закончить с помадой.
Моя рука дрожит.
– Понимаешь. ― Она кивает и, судя по голосу, уверена в своей правоте. ― Райан знает, что ты спишь с его лучшим другом?
Вот теперь я начинаю паниковать по-настоящему.
Неужели Шейн не сдержался и все рассказал ей? Мне не очень в это вериться, но все же…
А вдруг?
– Ты что-то путаешь, Кристен. ― Я улыбаюсь так, будто она сморозила огромную глупость, посмотрев на нее снисходительно. ― Не знаю, с чего эта нелепость пришла тебе в голову, но между мной и Келлером ничего нет. Если ты не заметила, мы не слишком симпатизируем друг другу.
Мой тон слегка насмешлив, но при этом мои ноги дрожат от страха.
Ее темно-рыжие брови взлетают вверх.
– Я не говорила, что это Шейн, Мелисса. Но это и не нужно, правда?
Я моргаю: кажется, она загнала меня в угол и я сама ей в этом помогла.
Девушка просто сияет от удовольствия.
– Знаешь, Мелисса, а ведь по тебе так сразу и не скажешь.
С этими словами она бросает использованное бумажное полотенце в урну, берет свою сумку и выходит из туалета.
Я заставляю свои одеревеневшие мышцы двигаться. Мои руки стали дрожать еще больше. Я неловко бросаю помаду в рюкзак, одновременно с тем дыша сквозь стиснутые зубы.
У нее нет никаких доказательств!
Даже если она решит пойти к Раю и расскажет ему, это будет ее слово против моего! Он почти не знает ее и не поверит.
А мы с Шейном станем все отрицать, и…
Собственное отражение вызывает отвращение. Я больше не узнаю себя.
Когда я успела стать такой? В какой момент свернула не на тот путь?
Изменяю парню, который любит меня, лгу и придумываю, как буду выкручиваться, если он узнает о моем «грешке».
Боже!
Нужно покончить с этим. И не потому, что Кристен удалось меня запугать.
Я просто больше не хочу быть этим человеком в отражении.
* * *
Я настораживаюсь, когда вхожу в дом Райана и чувствую… запах подгоревшей выпечки?
Это так нетипично – здесь никто никогда не печет. Даже миссис Полонски в свои редкие визиты домой не делает этого.
Сразу после разговора с Кристен я приехала к Райану, потому что… потому что мне захотелось увидеть своего парня, хотя мы расстались в школе всего пару часов назад.
Возможно это влияние ситуации в женском туалете, но я вдруг поняла, что скучаю по нему. И я очень, очень сильно перед ним виновата.
Я не заслуживаю его. Рай достоин девушки, которая будет всецело принадлежать ему, а не разрываться между ним и другим парнем.
Но я исправлюсь. Я обещаю себе это весь путь до его дома.
Запах усиливается, чем ближе я подхожу к кухне.
Что же тут происходит?
Рай яростно машет прихваткой над противнем с почерневшими печеньями – или чем-то, что выглядит как они. А вот и источник запаха.
– Что ты тут устроил?
Я не могу сдержать изумление и улыбку, потому что разгоняющий гарь Райан – это забавное зрелище.
– О, привет! ― Он едва смотрит на меня, возвращаясь к своему занятию. ― Устраиваю полную катастрофу с печеньем, ― с досадой отвечает парень.
Я кладу рюкзак на стул и подхожу ближе: значит, я не ошиблась – это и правда печенье.
– Как ты вообще до этого додумался?
Рай перестает махать, взглянув на меня.
– Когда я валялся с травмой, то посмотрел несколько кулинарных передач, ― нехотя признается он. ― Мне было очень скучно.
Я понимающе киваю, стараясь не засмеяться. Мой сильный, уверенный в себе парень сейчас имеет очень растерянный вид.
– И там, у этих поваров в телеке все получалось так легко и просто. Я подумал, что даже я могу справиться с этим, взяв уже готовое тесто. Его нужно было только нарезать и поставить в духовку. Видишь?
Райан показывает мне упаковку из-под готового теста для печенья.
И правда – проще простого. Но у него что-то пошло не так.
– Ладно, давай я помогу тебе убрать все, ― предлагаю я, кусая губы, чтобы не улыбаться – Рай выглядит по-настоящему расстроенным.
– Рад, что ты приехала. ― Он подходит ко мне, заводит мои руки за спину и нежно, не спеша целует. ― Мне было паршиво, и вот ты здесь и все стало намного лучше.
Он вновь целует меня и на этот раз поцелуй длится дольше. Я раскрываю губы, впуская его язык в свой рот. Все так неторопливо, но многообещающе и я начинаю заводиться все больше, пока его язык ласкает мой.
Меня тревожит его подавленное состояние, и я сомневаюсь, что все дело исключительно в испорченном печенье.
В последнее время я уделяла ему недостаточно внимания (по очевидной причине), но и это я тоже исправлю.
Я сделаю все, чтобы наши отношения стали такими же, как прежде. Или еще лучше.
Сегодня я пришла в ужас, когда подумала, что могу потерять Райана из-за ошибочной связи с Шейном. Я дорожу нашими отношениями и не хочу все испортить.
– Я хочу тебя, ― шепчу в его губы, теснее прижимаясь к сильному телу. ― Сейчас, малыш.
Я кусаю его за челюсть, и его взгляд вспыхивает. Рай сжимает ладони на моей заднице и вновь целует: требовательно и собственнически.
Я стону, запуская пальцы в его густые волосы. В груди становится тесно: я люблю его. Я, черт возьми, правда люблю его!
Какого дьявола тогда творю, изменяя ему с Келлером?!
Как бы хорошо мне ни было с Шейном, это не стоит того, чтобы потерять этого невероятного парня.
– Сладкая моя, ― хрипло бормочет Рай, относит к обеденному столу и садит сверху. Сам устраивается между моих ног, и я быстро расстегиваю его джинсы, сгорая от нетерпения.
В итоге: он единственный, кто мне нужен.
ШЕЙН (2009)
«Нам надо поговорить», ― пишет Мел.
Черт, эта фраза никогда не сулит ничего хорошего.
Она редко пишет мне. Думаю, это что-то серьезное. Например то, что она хочет все закончить. Если это так – что тогда?
Я пытаюсь понять, что чувствую по этому поводу.
Ну, я точно переживу, если мы с Уоллес больше не будем трахаться. А это единственное, что у нас есть.
Так будет даже лучше. Я ведь и сам хотел, чтобы все прекратилось. Она только облегчит мне задачу,
