от недостатка кислорода, то ли от гнева, а, может быть, всего сразу. Она напрягала мышцы изо всех сил, но тщетно. Кто-то держал, был близко. Слишком близко. Подкатила паника. Ая теряла связь с реальностью и опрокидывалась куда-то в темноту…
В темноту, где ее терзали. В темноту, где силы тоже были неравны. В темноту, откуда не было выхода.
Магия может убить…
В плывущем сознании возник образ Левина. Скрытая улыбка за рукой: «Молодец». Быть змеей, выпустить клыки — вот что мог маг. Вцепиться в глотку этой тьме.
Она маг, намного больше двойки.
Но враг так близко, его не видно, как его найти?..
Вдох. Ая сосредоточилась на ощущении темноты и дезориентации. Нормально, все нормально. Ведь на самом деле понятно: где верх, где низ, где начинается его тело, где кончается ее.
Выдох. Противник совсем рядом, его грудь касается ее спины. И даже слышно, где чья пульсирует кровь. Ая ощутила это очень явно, словно чужая жизненная сила стучала в ушах.
Еще вдох. Поток магии заструился в пространстве, в голове защекотало. Собрать как можно больше.
Выдох. Направить энергию в одну точку.
Магия может убить!
Аю вдруг осенило: это просто Кай.
Наверное, он подумал, что ненормальная успокоилась, поэтому слегка ослабил хватку. Но в тот же момент резко отпустил и рухнул назад.
Ая от неожиданности сама упала на колени.
Сзади послышался какой-то сдавленный звук, словно стон, но очень тихий. Она обернулась и увидела, как парень в панике шевелил руками по шее. Хаотичные нервные вздохи. Взгляд погружен куда-то вглубь себя. Должно быть, Кай пытался понять, не утратил ли возможность дышать.
Ая, опираясь о стену, поднялась. Голова чуть кружилась, но наконец-то ничто не сковывало, и было четкое понимание, где она и кто.
— Слабая? Никчемная? — голос Аи дрожал. — Защитись от этого, это же просто магия… Магия от убожества.
От секундного чувства превосходства все подскочило внутри. Противник даже не заметил, рассчитывал только на физическую силу! Захотелось выпустить звук торжества, но это показалось недостойным. Так сделал бы Кай, но не Ая.
Она не собиралась причинять ему серьезный вред. Нет, она бы не смогла. Даже учитывая наглость, Германо был просто мальчишкой. Да и вообще кому бы то ни было не стоило причинять настоящий вред…
Но ты хотела.
Ая развернулась, сделала шаг, чтобы первой покинуть это место. Но тут почва снова ушла из-под ног. Колени и локти загудели от удара о пол. Ая испугалась: неужели перестаралась, и магический импульс потряс собственное тело?
Нет, что-то сдавливало лодыжку.
Снова опостылевший Кай. Распластался на полу сзади, упрямо держа ее ногу.
«Какого черта…» — подумала Ая.
В этой немой сцене раздался грохот. Дверь словно открыли с ноги.
— Чем вы тут занимаетесь?! — прогремел голос Вадима.
Мужчина критично оглядел два тела, растянувшиеся на полу, и хмыкнул. Ая прикинула, как со стороны все это выглядело: два идиота, ползающие паровозиком по комнате. Все превратилось в какой-то цирк. Попыталась отбрыкнуться от надоедливого партнера, но он не сдавался.
Пару секунд Вадим просто смотрел на ее попытки, уперев руки в бока, словно наседка, раздумывающая, что делать с сорванцами. Затем молча поднял Кая за шиворот. Тот, хоть и сжал протестующе его руку, вырываться не стал и свою цель отпустил.
Морион вывел пошатывающегося парня, держа за край кофты, и напоследок глянул на Аю суровым взглядом, мол, с тобой разберемся потом.
Дверь захлопнулась. Послышался щелкающий звук затвора, а затем — удаляющиеся шаги и недовольный бас.
Теперь Ая наконец-то была одна. И заперта.
Она лежала, положив голову на ковер, растворяясь в выкристаллизовавшейся тишине. Ворс щекотал щеку. Сердце бешено стучало.
Постепенно ритм пришел в норму, и по телу разлилась усталость. Снова захотелось плакать. Теперь Ая могла себе это позволить, но глаза оставались сухими. Вместо этого появилось желание встать и вытошнить из себя все, изодрать этот ковер в клочья!
Но она так и оставалась безвольно лежать. Словно у нее отняли тело, отняли разум.
Магия может убить.
Она… что она только что пыталась сделать?
Неизвестно, сколько прошло времени и шло ли оно вообще. Ае казалось, что она пролежала целую вечность, но тьма за окном не уходила. В какой-то момент показалось глупым так валяться. И Ая поползла в ванную, лишь затем, чтобы приподняться, опереться о холодную раковину и посмотреть в свои глаза: «Кто ты?».
Ты.
Немые зрачки напоминали два колодца. Пустые, темные, окруженные снегом.
Это просто материя, которой Ая могла управлять. Моргнуть и забыть. Просто орган. Никого там не было.
Что было, так это время подумать. Никто не спешил отпирать Аю, заглядывать, спрашивать, как дела.
По полу были разбросаны какие-то папки, бумажки, из коробки вывалились книжки в мягкой обложке. Одна из них надорвалась. На листах с черно-белыми квадратными полями остались следы подошвы, без сомнений, грубая лапища Кая.
Ая хотела было поднять все, потянулась собирать вещи, но взгляд зацепился за изображения шахматных фигур среди клеток. Внезапные воспоминания о словах на крыше заставили поморщиться: иногда приходится жертвовать пешками.
Почему так просто было причинить кому-то боль?
Ая оттолкнула бесполезный мусор в сторону, загоняя под кровать, и бессильно поползла обратно к двери, хотелось убраться подальше.
Ее беспокоило, что сделает Кай. Расскажет, что она ходила к полиции? Это лишь его догадки, но они могли подпортить и так сомнительную версию Аи. Придется оправдываться, Левин не захочет ей доверять, и тогда… не получится найти доказательства. Ведь она за этим здесь.
И что она устроила? Снова глупость на эмоциях. Почему нельзя было договориться с Германо? Объяснить, он ведь тоже курсант, должен быть за закон… И она спасла его от Жана, он ей должен. Он мог бы помочь с Левиным, ведь они связаны, трудно действовать так.
Но рассказать парню про планы УКЭ — правильно ли? Разговор с капитаном должен остаться в секрете.
Кай мог выдать Аю морионам, выдавать прямо в тот момент, как она думала об этом, разговаривать с Левиным где-то там за стенкой. Но перед глазами возник образ, как парень кричал, выжигал ее взглядом: «Думаешь, я не хочу вернуться?!». В нем говорила настоящая злость.
Пытаясь обидеть, унизить, уничтожить Аю, он выдал себя. Свои настоящие чувства. Он не превозносил морионов, не считал это место стоящим, хоть и послушно тренировался, спал, ел среди них и даже напрашивался на какие-то задания. Это просто способ выживания. Как у нее.
Нет, подумала Ая, ему здесь самое место. Он этого заслуживал. Пусть гниет, подыскивает себе другую пару. Она выберется,
