так противно? Я села, инстинктивно прикрыв грудь, и вопросительно на него посмотрела. От неизвестности не знала, куда себя деть. Что случилось, я там такая не красивая, я ему противна? Ему не понравился мой запах? Но ведь я мылась…
– У тебя на копчике родинка в форме ромба?
От его голоса мне захотелось мгновенно убежать и скрыться куда-нибудь. Я и не знала, что он может быть таким. – Я, кажется, задал вопрос!
Я вздрогнула.
– Д-да… – еле слышно прошептала.
– Значит все, что говорил Крепенин, это правда…
Он отпустил голову и руками сжал простынь так, что та начала рваться.
А до меня стало доходить, что случилось. Ублюдок видел меня тогда в душе, он рассмотрел мою необычную родинку и рассказал об этом Егору…
– Егор, я…
– Пошла вон, отсюда, шлюха!
Его крик оглушил меня, а хлесткое и отвратительное слово "шлюха" болью отозвалось в груди. Но я не собиралась отступать, он должен мне поверить, я не спала с этим козлом!
– Егор! Ты должен выслушать меня!
– Я не собираюсь тебя слушать! Убирайся, пока я не выбросил тебя на лестничную клетку голой. Собирай свои шмотки и уходи!
Нет, я не могу потерять его, я ведь его так люблю…
– Нет, нет, Егор, пожалуйста.
Я схватила его за руку, и быстро заговорила, смотря в его злые глаза:
– Я с ним не спала, он все врал, он и в университете всем наврал! Ты должен мне верить, я ведь девственница Егор. Ты же сам мог убедиться, буквально через несколько минут, если бы довел дело до конца.
– Ах, ты еще хочешь, чтобы я довел дело до конца? А ты меня часом не заразишь чем-нибудь, а? А то не известно, с кем ты еще трахалась, пока я в больнице лежал!
От яда в его голосе и злой усмешке на губах, мне стало еще больнее.
– Егор, ну зачем ты мне говоришь все эти гадости, опомнись, пожалуйста, ну пожалуйста, ты должен мне поверить…
Я все никак не отпускала его руку. Надеясь, что он услышит меня, что он поймет, что обнимет сейчас и извиниться и поцелует. Ведь я люблю его, действительно по-настоящему люблю…
Он резко отдернул свою руку и как-то странно посмотрел на меня.
– Знаешь, а почему бы и нет, чем я хуже Крепенина, я тоже хочу тебя трахнуть.
Он повалил меня на спину, и сдернул с силой трусики, придавив своим телом. Мне совершенно не понравилось, то, что он сделал, тем более, когда стягивал трусики, кажется, поранил мне кожу.
– Егор, я.…, я так не хочу…
И я попыталась оттолкнуть его от себя.
– О, теперь не хочешь? – он сдавил мои предплечья, до боли, и приблизившись к моим губам, зло прошипел, – Крепенину сосать в общественном туалете ты хочешь, а со мной не хочешь? Не достоин, что ли? Или он больше заплатил? Может тебя в ресторан нужно сводить? Как там твой брат говорил, к чему ты привыкла?
С каждым его, словом мне становилось все больнее и больнее. Откуда в нем столько злости, столько гнева?
– Егор, остановись, пожалуйста…– уже начала шептать я, потому как в горле встал комок, и я понимала, что еще чуть-чуть и расплачусь.
Но он не слушал меня, Егор раздвинул мне ноги и резко вошел.
Я и не думала, что будет так больно и противно. Нет, я не закричала и даже не заплакала. Я закусила себе губу до крови и зажмурилась.
А Егор замер и не двигался, затем все же осторожно вышел из меня и наконец-то освободил.
Я не в силах была лежать. Соскреблась с кровати, нашла трусы начала их надевать. С ужасом понимая, что по бедрам потекла кровь.
– Тоня…
Но я не могла уже его слушать, и уж точно не могла находиться в его квартире хоть одну минуту. Я понимала, что могу заплакать, а если я заплачу, то …нет, не при нем, только не здесь… дома…
Я судорожно натягивала джинсы, на промокшие от крови колготки. Надела бюстгальтер, натянула водолазку, сапоги. Думать ни о чем не хотелось, только не сейчас, только не здесь. Сосредоточилась на поиске своей одежды.
– Тоня, пожалуйста…
Я не могла ему ответить, если бы ответила, то расплакалась бы, но я не хотела при нем плакать, вот приду домой и по плачу…
Справившись с застежкой на сапогах, я быстро пошла в коридор и нашла там свое пальто, шапку, сумку и шарф. Я слышала его шаги, он пошел за мной. Но смотреть на него не могла. Дома… дома я обязательно поплачу…
– Тоня, не уходи…
Нашла в сумке ключи от его квартиры и положила на стульчик в прихожей. Открыла замок на двери, и осторожно закрыв дверь, побежала по ступенькам, напрочь забыв о лифте. Но соображать было сложно. Очень сильно хотелось добраться до дома и попасть в душ. В промежности саднило, и я вся была мокрая. Прекрасно понимая, что сесть не получится, пошла на троллейбусную остановку.
Кое-как доехала до дома, стоя в общественном транспорте. Слезы уже текли, и я пряталась в самый дальний угол, отвернувшись к стене.
Пришла в пустую квартиру и залезла под душ, сидела очень долго, все никак не могла прийти в себя. Когда все же вылезла, поняла, что безумно хочу увидеть брата, хочу, чтобы как в детстве, пожалел, обнял, поплакать на его плече. И я не выдержала и позвонила, но трубку взял не он.
– Аллле. – ответили мне женским голосом с надменной интонацией.
Я растерялась…
– Простите, а Игоря можно?
– И кто же его спрашивает?
Сказать, что девушка была недовольна, значит, ничего не сказать, своим голосом она готова была убивать.
– Это его сестра Тоня.
– Ах, сестра…, – даже смешно стало, голос мгновенно потеплел, и в нем появились ласковые нотки, – ой а Игорюша в душе, вам срочно, я сейчас позову…
– Нет, нет, не нужно, все в порядке я ему позже перезвоню…
И я выключилась.
Телефон зазвонил вновь, я хотела уже взять трубку, думая, что это Игорь, но это был Егор. Я отклонила вызов, но он начал слать СМС-сообщения и тогда я совсем его выключила.
Ирония судьбы, еще несколько часов назад мне было наплевать на Игоря, где он, что с ним, для меня центром вселенной была я и мои отношения с Егором. А теперь я понимаю, что очень хочу увидеть брата, а сделать этого не получится, так как он банально занят. У него ведь своя собственная жизнь… девушка. Причем я сама мечтала,
