Остатки нагрудника быстро таяли на полу.
Мертвая голова в последний раз лязгнула челюстями и замерла.
Хигс продолжал кричать: из прожженных ран на одежду лилась сукровица.
Лифт с грохотом остановился, створки дверей со скрипом разъехались в стороны.
Крик оборвался; десантник осел на пол.
«Ну зачем…» — Мысли Рипли путались. Она подхватила теряющего сознание Хигса на руки и поволокла.
Она не знала, откуда взялись у нее на это силы, и на сколько их хватит: боль за Ньют жгла ее изнутри. Если бы она была сейчас одна, она, конечно, кинулась бы ее искать, но теперь на нее свалилась новая ответственность. Кроме нее спасти Хигса не мог никто.
Спотыкаясь и пошатываясь, она потащила его мимо старых проржавевших бульдозеров и грузовика.
Комплекс трещал по швам, молнии метались, не переставая. Откуда-то летели куски металла и обрывки проводов; бешеный ветер сносил их в сторону.
По небу двигалось что-то непонятное. Ветер и забившие глаза слезы не позволяли Рипли разобрать, что именно.
Бишоп, сидя за пультом управления челнока, включил программу посадки.
«Похоже, я подоспел вовремя», — отметил он.
Как в бреду, почти механически, Рипли взбежала по едва ли не под ноги легшему пандусу. Веса Хигса она не замечала — теперь он казался ей легким как перышко.
Она была в таком состоянии, которое робот назвал бы включением аварийной программы — в ней включились все внутренние резервы.
— Прекрасно. Вы успели, Рипли, — прозвучал ей навстречу голос искусственного человека…
40
«Неужели Ньют действительно больше нет?» — спросила себя Рипли, и от боли у нее потемнело в глазах.
«Нет, так не должно быть! Так нельзя!»
— Бишоп!
— Что такое?
— Сколько времени до взрыва?
— Двадцать минут…
— Мы никуда не улетаем… Ты понял, Бишоп? Тебе придется высадить меня и подождать…
Хигс приоткрыл глаза. Сознание то и дело покидало его, но последние слова он расслышал уже хорошо.
— Рипли, — негромко позвал он.
Рипли собирала винтовку, заряжала гранатомет и пристегивала запасные обоймы.
— Что?
— Рипли, я верю, что она осталась жива, но пойми, мы ничего не можем для нее сделать. Нужно лететь.
— Нет! — крикнула она. — Бишоп, останови…
Хигс негромко застонал, не то от боли, не то от бессилия ее удержать.
Челнок летел между конструкциями комплекса, повылезавшими из осыпавшихся стен. Главный корпус треснул почти пополам, образовав пролет, достаточный для того, чтобы челнок мог свободно пролететь через него.
Молнии, казалось, совершенно спятили — все пространство вокруг было исчерчено голубыми зигзагами.
— Все. Дальше не идем. Останавливаемся здесь, — Рипли указала на платформу напротив лифта под номером «27».
41
Лифт трещал. Комплекс гудел. Что-то непрестанно сыпалось.
Станция агонизировала — ее последние минуты были мучительными. Рипли застывшим взглядом провожала межэтажные перекрытия. Она еще продолжала разбираться с оружием, но делала это уже машинально.
«Пристегнуть… перекинуть через плечо… закрепить».
Возможно, такие мысли были бы и у Бишопа, окажись он на ее месте. Дело, дело, дело…
Покрытые синяками и налипшей копотью руки быстро и точно, как манипуляторы автомата, свинчивали, крутили, вставляли.
«Хватит ли зарядов?.. Должно хватить!»
Лицо Рипли превращалось в маску. Предстоящий бой — если ее ожидал бой — должен был стать в ее жизни чем-то особенным. Может быть, апогеем ее существования, может — крахом.
«Скорее всего, они унесли ее на корабль. Туда, к кокону, точнее — к тому, что от него осталось».
Еще несколько движений… Кажется, все…
Рипли проверила вооружение еще раз. Вся экипировка была в полном порядке.
«Так, сперва огнемет…»
От нетерпения мышцы гудели.
Да, в этот момент Белоснежкой ее не назвал бы никто.
Нулевой уровень… первый… второй…
Ее надо искать где-то в районе третьего уровня. Не надо было улетать! ..
Рипли холодно сердилась на себя за то, что не сразу сообразила остановить челнок. Состояние Хигса, ее собственный шок — теперь из-за этого оставалось так мало времени… — Всем, всем… спокойный женский голос информационного канала центрального компьютера резко контрастировал с последними стонами умирающего комплекса. — Необходима немедленная эвакуация с планеты; до взрыва комплекса осталось пятнадцать минут… Пятнадцать минут на то, чтобы все вышли из опасной зоны…
Она уже переживала когда-то этот момент: тревога, ожидание взрыва, этот мерный голос, равнодушно обещающий смерть… Все это было.
Когда? Во сне? Наяву?
Неважно.
Рипли стиснула зубы. Она вспомнила. Очень похоже на ситуацию тогда, на ее корабле. Но — ничто не повторяется: тогда ей просто следовало бежать, она была хозяйкой себе. Сейчас удрать она не имела никакого права.
Ньют погибает, потому что доверилась ей!
Ньют — единственное близкое существо в этом мире.
Если ее не будет, незачем вообще спасаться.
Лифт с лязгом и скрежетом остановился. Рипли выстрелила в приоткрывшуюся щель — никто не упал с потолка и не зарычал: дорога была свободна.
Третий уровень.
Рипли бросила взгляд на личный маркер. Локатор слабо пищал — Ньют была далеко.
Где-то неподалеку послышался грохот обвала: комплекс продолжал разрушаться.
«Безумие… Чужой давно мог задушить ее, но и без этого Ньют имела десятки шансов погибнуть под каким-нибудь обвалом. Да и кто сказал, что пятнадцати оставшихся минут достаточно для того, чтобы ее отыскать?..»
«Нет, ты не имеешь права думать об этом! Ньют жива! Жива!!!»
Рипли быстро дошла до ближайшего угла, выпустила в потолок, потом за угол струю пламени из огнемета, замерла на миг, ожидая реакции, и повернула.
Писк на локаторе маркера усилился: она шла по верному пути.
«Она жива!..»
Рипли убеждала себя, сжав до боли зубы: одна мысль о том, что ей придется найти маленькое мертвое тельце, заставляла ее обмирать.
«Ньют жива!!!» — твердила Рипли, не в силах поверить себе до конца.
Снова поворот, снова струя огня.
Рипли поняла вдруг, что больше не боится за себя. Пусть нападают, рвут на части, жрут живьем — но лишь тогда, когда девочка будет в безопасности. До этого она не имеет права погибнуть.
Где-то сзади шумно закрылся лифт.
Синие молнии, время от времени выскакивая из столбов пара, слепили глаза.
Рипли шла по шаткому мостику мимо какой-то шахты. Она не помнила, чтобы это место хоть раз мелькнуло на мониторах за время изучения комплекса.
В шахту валились и валились металлические балки и плоские железные листы. Шум от их падения был настолько глух и далек, что шахта казалась бездонной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
