– Тебе случайно не нужен кот? – набравшись храбрости, спросил Тимка.
– Такой как Александр? – уточнила девочка.
Он кивнул. Марья долго и пристально изучала кота, будто и впрямь оценивая, насколько ей нужен именно этот зверь, потом сказала:
– Нет. Ни случайно, ни как еще.
Тимка приуныл. В два глотка допил холодный гадкий кофе, вскрыл для Александра упаковку сливок.
– Не переживай, – подбодрила его Марья. – Я знаю, кому он может понадобиться. Есть одна художница, живет тут недалеко. Иди к ней, она кошек любит.
– Где живет? – мигом оживился Тимка. – Какой у нее адрес?
– Адрес не скажу, – вздохнула девочка, – потому что сама не знаю. Идти надо так: вон по той косой тропке до конца, там начнется широкая дорога, а по обеим сторонам дома. Все высокие кирпичные, а один маленький, всего в пять этажей. Там два входа, тебе в дальний. Поднимешься на последний этаж, художница под самой крышей живет. На площадке увидишь две двери, звони в ту, что слева, где черный дракон нарисован, а над входом колокольчик.
– Угу, все запомнил. – Тимка про себя повторил указания Марьи, подхватил Александра и почти бегом устремился через парк.
– Хоть бы спасибо сказал… – проворчала девчонка, с интересом обнюхивая кофейную чашку.
Дом художницы Тимка нашел не сразу. Пришлось порядком поплутать: один раз он сбился с тропинки в темном парке, другой – слишком рано выбрался из-под сени деревьев и вышел не на ту улицу. В конце концов удача улыбнулась мальчику. Разыскав маленький кирпичный дом, он нырнул во вторую парадную и принялся, пыхтя и отдуваясь, карабкаться на последний этаж. Александр весил ужасно много, зато покорно позволял себя тащить, не вырываясь и не царапаясь. Уже стоя перед деревянной дверью, где на щелястых досках проглядывал выведенный черной краской драконий силуэт, Тимка сообразил, что не знает имени художницы, к которой пришел в гости. Но отступать было поздно! Мальчик потянул за бархатный шнурок, привязанный к язычку медного колокольчика.
Дверь распахнулась бесшумно и сразу. Тимка от неожиданности дернулся в сторону и выпустил Александра. Тот шлепнулся на бетон лестничной площадки и с возмущенным мявом прыгнул в дверной проем, неожиданно ловко протиснувшись между ногами хозяйки квартиры. Мальчик растерянно поднял взгляд. На пороге стояла, улыбаясь, невысокая девушка с раскосыми глазами, в расшитом драконами шелковом халате. С двух сторон от нее статуэтками застыли белоснежные кошки, стройные, изящные, с хвостами знаком вопроса. Еще одну кошку девушка держала на руках и рассеянно гладила длинные шелковистые пряди, тоже ослепительной белизны.
– Вы ко мне? – вежливо спросила хозяйка. Голос у нее оказался приятный и мелодичный.
Тимка кивнул.
Девушка посторонилась, пропуская его в квартиру. Тимка, робея, вступил в полутемную прихожую. От множества ароматов закружилась голова: хозяйка пахла жасмином и корицей, висящие на вешалках плащи и пальто – кожей и мокрым ворсом, чужие ботинки, когда мальчик нагнулся, чтобы снять кроссовки, одарили крепким гуталиновым духом, но все их перебивал резкий запах растворителя, шедший из комнаты. Хозяйка терпеливо ждала, пока гость справится со шнурками. Кошки безмолвными стражами сидели у ее ног. На Тимку пристально смотрели четыре пары глаз: зеленые – кошачьи и черные – человеческие.
«Наверное, она китайка… китаянка…» – пронеслось в голове. Тимка понимал, что миндалевидный разрез глаз не точный признак и значит лишь то, что обладательница его принадлежит к народам Востока, но про китайцев мальчик слышал больше всего и знал, что их много.
Он отодвинул занавес и прошел в комнату, смущаясь и старательно пряча от хозяйки дырку на правом носке. На мгновение Тимка вынужден был зажмуриться и даже прикрыть глаза рукой – так здесь оказалось светло. А еще мальчика поразило то, что в квартире не было кухни! Кухня – очень важное место, недаром мама в основном там всегда и сидит, и гостей там встречает, и Болеслав Григорьевич, как только руки помоет, сразу спешит туда. В доме незнакомой художницы оказалось всего две комнаты, не считая прихожей и каморки, что пряталась за тонкой фанерной дверкой недалеко от входа.
Тимка замер, стесняясь дальше пройти, за спиной негромко постукивали друг об друга цветные палочки бамбукового занавеса. Александр сидел тут же, обведя хвостом лапы. Мальчик нагнулся, взял кота на руки.
Кругом сияли свечи. На подоконнике огромного окна, подменившего собой противоположную стену; на полу среди плетеных соломенных ковриков, грозя пожаром легкомысленной хозяйке; на холодильнике, умостившемся возле выхода; на столе, даря уютом его темное дерево; на каждой стеллажной полке среди книг и фарфоровых безделушек; наконец, на диване, по синей обивке которого, точно мостик над водами, проложили тонкие, почти прозрачные досочки, служившие им опорой.
– Здорово! – признался Тимка, моргая. – А кошки ничего тут не повредят?
Хозяйка только махнула рукой и весело рассмеялась.
– Ну что ты! Они могут пройти по проволоке не хуже любого канатоходца.
Точно в подтверждение ее слов короткошерстные близняшки двумя тенями скользнули во вторую комнату. Ни один огонек не дрогнул там, где пушистые лапы коснулись пола.
Художница смотрела на Тимку, продолжая улыбаться. Отыскав причину, мальчик улыбнулся в ответ: они стояли друг напротив друга, точно отражались в зеркале, и каждый держал на руках по мохнатому зверю.
– Меня зовут Нэти, – первой представилась хозяйка и, заметив изумленный взгляд Тимки, пояснила: – Вообще-то Анастасия, но друзья всегда сокращают.
Она выпустила кошку, и та, мазнув хвостом по Тимкиным ногам, степенно удалилась вслед за подругами. Как ни странно, все три никак не реагировали на появление в доме еще одного представителя семейства кошачьих. И, что еще изумительнее, Александр их тоже как будто не замечал.
– Можешь спустить его на пол, – разрешила девушка. – Устал держать, наверное?
Тимка решился наконец расстаться с котом. Александр, к его немалому удивлению, вел себя так, будто вернулся домой после долгого отсутствия: поспешил к миске, с наслаждением попил воды.
– Анастасия… – повторил нараспев ее имя мальчик. – А я думал, вы… – не договорив, он коснулся пальцами уголков глаз.
– Я в этом доме родилась! – объявила художница. – Тебя, верно, Марья прислала?
Тимка кивнул.
– Она заглядывала ко мне недавно, – предупреждая его расспросы, сказала Нэти.
– Мне кота бы пристроить, – жалобно попросил мальчик. – Ему жить негде, из дома гонят.
Нэти ласково посмотрела на устроившегося между свечными огарками Александра. Кот с важным видом вылизывал лапу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
