— Ты сдалась? — трясущимся от страха голосом повторяю свой вопрос, приближаясь к девушке вплотную. Опустившись на колени прямо перед ней, я осознаю, что один неверный шаг, и мы обе полетим в зияющую пустоту, познавая неизвестные нам глубины, да и миры тоже. Раз и навсегда. Вместе.
— Посмотри вниз! — обращается ко мне своим неживым голосом, как у робота, а я покорно без лишних пререканий выполняю ее просьбу, разглядывая окружающую нас водную гладь, которую освещает лишь искусственный свет здешних фонарей. — Видишь ту темную глубь? — кивнув, хватаю блондинку за холодную руку, прикрыв глаза от страха под бешено колотящееся сердце, что в скором времени проломит мою грудную клетку. — Те небольшие, но завораживающие круговороты шепчут мне что-то, а я не могу расслышать их. Но это его голос. Его! Джозефин, мне так хочется шагнуть в пропасть и наконец-то оказаться в объятиях стихии, холода и желанного мной покоя…
Хлоя, опустив голову, прикрывает глаза, по которым ручьем начинают скатываться горькие слезы. Приглядевшись в свете ночных фонарных огоньков, я вижу, что это не слезы, а кровь… И вдруг, дернув за руку, она начинает тащить меня за собой в пропасть…
— Что ты… Нет! — не успеваю сформулировать свою мысль до конца, так как перестаю ощущать под собой почву, начинаю словно парить в воздухе на невидимых крыльях.
— Это-о-о… — пролетая мимо огней и застывшего города, до меня доносится родной голос, который сейчас не только слышим, но и ощутим своим теплым прикосновением по моим щекам. — Это сон, детка…
Ощущение резкого приземления, и я, сделав вдох, подрываюсь с кровати, пытаясь отдышаться.
— Иди ко мне. Тихо, тихо! Все хорошо. Я рядом, слышишь? — целуя в мокрые волосы, Хьюго обнимает мое трясущееся тело, реагирующее буквально на каждое его невесомое прикосновение. Тем не менее, брюнет еще крепче прижимает меня к своей голой твердой и горячей груди, ласково и трепетно поглаживая спину, пробираюсь пальцами под его же рубашку, надетую на мое обнаженное тело.
— Прости, но в последнее время воспоминания так и душат меня, буквально каждую ночь, — все еще с тяжелым дыханием тараторю собственную мысль, выдавливая из себя каждое слово что есть мочи, ибо я сейчас вовсе обессилена.
— Ты во сне звала Хлою… Это та самая блондинка? Подруга твоя?
— Да, это она. Снилось, как она однажды чуть не покончила жизнь самоубийством. Только вот во сне все закончилось несколько иначе. Мы обе свалились с моста в пропасть, — нервно ухмыльнувшись, вновь набираю полную грудь воздуха, приводя дыхание более и менее в норму. Лицо моего брюнета становится чересчур озадаченным, видать, пытается переварить услышанное. Интересно, правильно ли я поступаю, что делюсь такими личными, такими чужими историями с парнем в поисках утешения?
— Это всего лишь кошмар. Эй, — задумавшись, он легко хватается пальцами за мой подбородок и приподнимает лицо. — Посмотри на меня!
Взглянув в его бездонные изумрудные глаза, которые в данный момент выгладят несколько обеспокоено, возможно, из-за моего состояния, Хьюго пользуется моим замешательством и трепетно целует в лоб, задержавшись пухлыми губами на несколько секунд в неподвижном положении.
— Фолегар, — выдыхаю скопленный кислород, практически придя в нормальное расслабленное состояние.
— Обожаю, когда ты так меня зовешь, — Хьюго проводит холодным носом вниз по моей шее, попутно целуя бьющуюся венку и спускаясь все ниже к ключице, которая точно также не остается без внимания его чувственных прикосновений горячими губами.
— Тебе хорошо? — продолжая осыпать мою шею и грудь жаркими поцелуями, спрашивает низким от возбуждения голосом.
— Хорошо… Очень хорошо, Хьюго-о, — притягиваю его голову к себе поближе, оттягивая густые волосы, а он, воспользовавшись моей уязвимостью, резко одним ловким движением рук, сдирает с плеч рубашку, оголяя уже тяжело вздымающуюся от накативших чувств и ощущений грудь. Он покрывает ее при этом сильными, немного больными, но безумно чувственными и страстными поцелуями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я, как могу, стараюсь дышать ровно. Да хотя бы просто дышать. Так хорошо, что не передать словами. Чувствуя каждый поцелуй, поглаживание и жаркое дыхание, оставленные на воспламененной коже, силы предательски начинают покидать тело, превращая его в растаявшее мороженое, находящееся на адской жаре.
Ощутив обнаженное тело мужчины, укрывшее со всей силой мое, чувствую, как заряд тока моментально проходится по всем конечностям, взбудоражив тело настолько сильно, что приходится закусить нижнюю губу, чтобы не застонать слишком громко от накативших разом эмоций. Мы настолько вышли из-под контроля, что пожар, окутавший нас своей дикой и безудержной страстью, чуть не спалил переплетенные воедино тела, двигающиеся ритмично в такт друг другу, подстраиваясь под сбившееся дыхание. И, безусловно, души, смотрящие непрерывно друг на друга сквозь расширенные зрачки обезумевших глаз: синих и изумрудных, словно небо и земля…
Проснувшись от невероятного запаха свежесваренного кофе, без проблем разомкнула глаза, потягиваясь блаженно в уютной, еще такой теплой постели. От резких воспоминаний о жаркой ночи кожа моментально покрывается мурашками. Протирая глаза, успеваю отметить, что в квартире Хьюго ничего особо не изменилось с последнего раза. Я как будто всю жизнь провела здесь. Запах… Такой родной и уже столь привычный.
Дверь спальни этого красивого мужчины слегка приоткрыта. Но я толком не успеваю обратить свое внимание на зеленоглазого, крутящегося у кухонной плиты парня, так как все мое внимание отвлекает от не совсем приличных мыслей внезапный стук в дверь. Все же встретившись взглядом с Хьюго, вижу, как он резко разворачивается и идет открывать входную дверь, подмигивая, а я же, в свою очередь, впопыхах начинаю собирать разбросанные вещи по полу, молниеносно натягивая их на обнаженное тело.
— Кого еще принесло сутра пораньше?! — слышу краем уха его возмущенный голос.
— Открой и узнаешь, — усмехнувшись про себя, выбегаю из комнаты, чтобы взглянуть на нежданного гостя. Или же званого…
Выглянув в коридор, я вижу… Вот так сюрприз. Это же та самая рыжеволосая девушка. Точно! Мы тогда еще гуляли с Джеймсом в парке, встретив случайно Хьюго, а потом… эту девушку. Нервно выдохнув, выпрямляю осанку, крепко сжимая челюсть и переключая все свое сосредоточенное внимание то на пришедшую гостью, то на Фолегара, явно не ожидавшего ее появления судя по удивленной физиономии и слишком округлившимся глазам.
— Привет, милый. Ой, у тебя гости. Прости, я не знала, — переключившись взглядом с парня на меня, улыбка ее враз сходит на нет, оставляя на хитром лице лишь злой прищур глаз, что не сводят с меня своего пристального внимания.
Обращаю внимание на Хьюго, который так и стоит, как вкопанный на месте, а внутри меня почему-то уже каждый новый проглоченный глоток воздуха начинает быстротечно выжигать все внутренности, словно каленое железо, вызывая вместе с внутренним жаром и дрожью слабость тела одновременно.
— Доброе утро, — решаю первая прервать неловкое и слишком уж затянувшееся молчание, подав свой голос, тем самым нарушая эту неловкую тишину.
Маршалл резко оборачивается в мою сторону, словно оживает от раздавшегося, наконец, голоса, вспомнив о присутствии здесь двух дам.
— Детка… — неуверенно обращается ко мне, но тут же оборачивается обратно, в упор уставившись на прибывшую гостью, — Так, Алисия, я не понял. Ты чего приперлась? Тебя звал кто-то? — слишком неожиданно как для меня, так и для этой Алисии чересчур громко начинает свой «дружеский» разговор этот любовничек, как коршун, набрасываясь и пожирая разгневанным взглядом побледневшую в один момент девушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты чего? Ты же сам мне сказал тогда в клубе, что ждешь меня у себя, соскучился, — прокручивая последние события в голове, понимаю, вероятно, это было уже после того, как я его попросила оставить меня в покое и покинуть дом. В тот самый вечер… Соскучился…
— Я был пьян. Так что свали отсюда, шлюха! — мои глаза заметно округляются от услышанного.
