Одной из важных задач психотерапии является овладение социальными навыками, позволяющими клиенту выстраивать систему поддержки, создавать близкие доверительные отношения с другими людьми, которые будут для него безопасными и «питающими». Клиента необходимо побуждать выстраивать отношения за пределами терапевтического кабинета – например, в группах самопомощи, психотерапевтических группах, сообществах по интересам и т. д. Он может также получать энергию через символические фигуры, например, Бога, отцовский архетип и т. д.
Когда клиент рассказывает о пережитой в детстве трудной ситуации, вы можете предложить ввести в этот рассказ образ клиента-взрослого, авторитетных людей, волшебных помощников, поддерживающих его-ребенка.
Хорошо зарекомендовала себя работа с кистью руки: терапевт предлагает клиенту рассмотреть свою руку и убедиться, что это ладонь взрослого человека; сравнить ладонь клиента с ладонью терапевта, с ладонью ребенка и т. д. Иногда мы даже просим написать на ладони возраст клиента, чтобы «заякорить» его представления о себе как о взрослом человеке, способном справляться с ситуацией. При необходимости мы напоминаем, что клиент может посмотреть на ладонь и вспомнить, сколько ему лет, где он находится. Когда клиент рассказывает о своих детских переживаниях, мы предлагаем взять руку себя-ребенка в свою ладонь, исцеляя детскую боль своим прикосновением. Важно следующее: мы не ассоциируем клиента с родительской ролью, с которой в этом случае связаны травмирующие переживания, – мы акцентируемся на том, что это я-взрослый помогает себе-ребенку.
В дальнейшем, когда клиент будет готов, можно проводить работу с его чувствами к отцовской фигуре (см. подраздел 1 «Много сложных и противоречивых чувств») и компенсацию отцовских функций (см. главу «Работа по формированию/восстановлению отцовских функций»).
Эти приемы не заменяют работы с травмой, скорее дополняют ее. Однако они являются необходимым звеном, они позволяют клиенту почувствовать себя устойчиво, собрать необходимые ресурсы и заручиться поддержкой внешнего окружения для перехода к работе с ядром травмы.
«Папа слабый»
До этого мы рассматривали проблемную фигуру отца в сильной позиции. Однако огромный пласт клиентских историй посвящен слабому отцу. Причины, по которым отец может восприниматься слабым, разнообразны.
В первую очередь это, конечно, психологически отсутствующий отец. Его позиция в семейной системе неустойчива, его роль непонятна, его функции недостаточны. Опыт взаимодействия ребенка с отцом беден, эпизоды участия отца в его жизни редки и однообразны, сведены к стереотипным действиям (пригрозить, дать денег, заставить выполнять домашние дела и т. д.). Несмотря на внешнее благополучие такой семьи, в ней нарушена системная иерархия, папа не воспринимается как устойчивая фигура наравне с мамой, находится либо в подчиненном положении, либо и вовсе ощущается за пределами семейной системы.
Следующая причина – дисфункциональная семейная система, в которой мать, как правило, гиперфункциональна. Она сверхконтролирующая и сверхопекающая, деятельная и спасающая. В этом случае гипофункциональную, слабую, зависимую роль может брать на себя отец. В качестве причины его слабости могут выступать болезни физические и психические, разнообразные зависимости, социальная дезадаптация (много лет не работает, живет за счет жены), судимости и т. п. В любом случае мужчина здесь занимает неравноценную, иждивенческую позицию в семье, смещается с родительского места в системной иерархии.
Еще один нередкий вариант – сдавшийся отец. Как правило, это мягкий, доброжелательный мужчина, который не привык давать отпор женщине, в первую очередь, конечно, своей матери. Мы рассказывали об этом в разделе о мужских сценариях. В конфликтных ситуациях они предпочитают уступать жене, соглашаться с ее требованиями, порой в ущерб своим интересам. Казалось бы, это хороший, достойный подражания пример поведения супруга и отца. Однако в этом случае теряются важные для отцовской фигуры функции. Такие мужчины не ставят своим супругам здоровых границ, отчего те, в свою очередь, усиливают свои посягательства на личную территорию мужа. В результате этого у членов семьи теряется важное ощущение защищенности, источником которой является сильная мужская фигура, устанавливающая границы. Постепенно создается впечатление, что в семье главная жена, а муж на вторых ролях, из-за чего нарушается семейная иерархия. Следствием становятся проявления сопротивления и пассивной агрессии у мужа, который не выражает свое недовольство открыто. Зато, словно по закону сообщающихся сосудов, растет недовольство жены, которая смутно ощущает подвох в происходящем, но не может установить его причину. Ведь муж хороший.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Для ребенка такая семейная ситуация считывается как сюжет про злую всемогущую маму и доброго, но слабого отца, где мать находится опять-таки на властной, сильной позиции, а отец смещен с родительской роли практически на детскую.
Крайним проявлением слабой позиции отцовской фигуры является «инфантильный папа». Это ситуация, когда мужчина не сепарировался от своей родительской семьи, сам психологически не вырос и продолжает в своем браке претендовать на «детский статус». Женщина в такой паре часто говорит, что у нее «на одного ребенка больше». Дети в такой семье вместо отца получают приятеля и товарища для игр, но теряют родительскую фигуру.
? Что делать психологу
Таким образом, все клиентские истории про слабого отца – это проблема нарушения супружеских отношений родителей и, как следствие, семейной иерархии. В результате чего папа теряется для ребенка как родительская фигура, которой можно доверять, на которую можно опираться. У клиента может возникать в связи с этим много сильных и противоречивых чувств, о работе с которыми мы подробно говорили вначале.
Кроме того, здесь отлично работает стандартная стратегия, которой посвящена вся глава: необходимо проявление фигуры отца в поле психотерапии, поиск ресурсного опыта взаимодействия, восстановление семейной иерархии и компенсация, при необходимости, отцовских функций. Подробнее о других системных проблемах мы поговорим далее.
Системные проблемы
В этой части мы поговорим о проблемах, которые возникают не столько в отношениях клиентов с отцом, сколько на уровне отношений в семейной системе: между мамой и папой, мужским и женским родом и т. д. Поскольку папа и мама являются для ребенка важными фигурами, образующими его первичную семейную систему, то и отношения между ними влияют на всю дальнейшую жизнь ребенка.
«Мама с папой ругаются»
Конфликты – это неотъемлемая часть совместной жизни людей. Семья, в которой родители время от времени не конфликтуют между собой, – утопия. Тем не менее относиться к конфликтам в паре или семье можно по-разному, и по-разному с ними обходиться.
Разумеется, здесь речь пойдет не о разовых ссорах и текущих житейских конфликтах, которые вспыхивают и улаживаются к обоюдному удовлетворению сторон, а о тех случаях, когда клиенты приходят к нам с длительной историей конфликтных отношений между родителями, когда ссоры или замалчивания существовали на протяжении продолжительного периода и вели к ухудшению семейной атмосферы и даже разрушению семьи.
Очень важно различать конфликт и ссору, поскольку эти понятия в бытовом сознании оказываются слеплены. Конфликт – это противоречие в потребностях, желаниях и интересах участников. Противоречия между людьми, даже самыми близкими, естественны. Однако для определенных семейных систем конфликт переживается как угроза – личности, отношениям, семье в целом. Исходя из этого, существуют две основные реакции на него:
• избегание;
• эскалация.
Избегание
Когда проявление конфликта кажется невозможным из-за предполагаемых катастрофических последствий. Предмет конфликта может быть не столь существенным, однако для членов семьи само его наличие угрожающе, поскольку их прошлый опыт переживания конфликтов был разрушительным. Возможно, это детский травматический опыт у супругов, в свою очередь бывших свидетелями чудовищных ссор родителей. Или даже события, трагически повлиявшие на жизнь предыдущих поколений, в основе которых лежал конфликт членов семьи между собой, с другими людьми, властями и т. д.
