Лисов и корреспонденты журнала уехали, а через некоторое время в журнале "Советский воин" появилась двухстраничная статья "Под куполом парашюта", приуроченная ко дню создания ВДВ и рассказывающая о тренировках спортсменов – парашютистов в N-ской войсковой части.
Прочитав статью, Анатолий страшно удивился, что она полностью выдумана корреспондентами и там приводились слова, которые Отян не мог говорить, и, больше того не знал того, что там было написано.
Например, в статье говорилось, что быстроходные катера используют подводный парашют в качестве тормоза и Отян об этом рассказывает солдатам. Но он об этом узнал только из статьи и больше того, к тому времени никогда на море не был и катера не то, что быстроходного, а и пассажирского не видел.
Вот эта статья:
Под куполом парашюта
Самолет набирает высоту: 1500… 2000… 3000 метров.
Аэродром выглядит зеленым ковриком с вытканным посредине кружком.
Мастер спорта младший сержант Анатолий Отян отделяется от фюзеляжа и, широко раскинув руки, падает.
Но можно ли назвать это падением? Вот он развернулся, сделал круг вправо. Новый разворот – круг влево. Изумительно четкая
"восьмерка". Плавный кульбит: парашютист идет вниз головой, как бы ныряет в облачко, кажущееся с самолета вспенившимся гребнем волны. И вот уже снова правый, левый развороты; парашютист нацеливается на посадочный круг и будто скользит по невидимому скату небосвода. Высота скрадывает скорость снижения, и кажется, что спортсмен "прогуливается" по воздушному океану. Нет, это не падение, это полет. Человек парит в воздухе, как птица.
А ведь совсем недавно считалось, что падение при затяжном прыжке неуправляемо.
Вслед за Отяном прыгают перворазрядники старший сержант И.
Оршанский, рядовой А. Карпенко и другие.
Точнейших расчетов, большого мастерства требует от парашютиста управляемое падение. Новички окружили младшего сержанта Отяна.
– Поначалу, – говорит он, – все в воздухе будет обманчивым.
Глянете на секундомер и покажется, что он остановился. Не верьте, это причуды скорости.
В самом деле, даже секунды в стремительном падении кажутся невероятно долгими; стрелка, быстро пробегавшая циферблат на земле, в воздухе словно замедляет свой бег. По неопытности новички начинают тормошить головку секундомера и бывает, что действительно останавливают его.
– В воздухе действия спортсмена регламентируются не секундами, а долями секунд, – предупреждает воинов Мастер спорта. Все движения поэтому нужно доводить до автоматизма еще на земле.
Тому, кто впервые увидит наземные тренировки парашютистов, они покажутся странными – люди лежат на траве и будто плавают: поджимают, выкидывают ноги, разводят руки, сгибают и разгибают их в локтях и кистях. И все это не просто мускульная разминка. В воздухе руки и ноги становятся чувствительными рулями. 'Неправильного разворота кисти достаточно, чтобы, потерять равновесие и устойчивость. Сила воздушного сопротивления огромна. Так и норовит она положить спортсмена на спину, завертеть его "штопором".
Но опытные спортсмены умеют укрощать норов воздушной "пучины".
Началось вращение – парашютист прогибается, раскидывает ножницами ноги, вытягивает одну руку вверх, другую – в сторону. Воздушный поток тут же кладет парашютиста лицом вниз. Вращение прекращается, но скорость начинает резко возрастать – значит, тело приняло вертикальное положение. Спортсмен плавно выводит руки вперед, и воздушный поток снова кладет его на грудь. Неожиданно стало разворачивать в сторону – парашютист противодействует этому поворотом ладони
Слушают новички и удивляются: можно ли выработать плавность, если действия регламентируются даже не секундами, а долями их?
– Можно, – заверяет их Отян. – Нужна только систематическая,. упорная тренировка.
– А громоздкое обмундирование при падении не мешает? – любопытствует кто-то из солдат.
– Если оно не слишком тяжелое, то даже помогает, – отвечает
Мастер спорта.. – Больше объем – сильнее сопротивление. Удобны для плавания ласты – так же удобны для управления падением массивные перчатки и унты. Но беда, если обмундирование плохо подогнано, – предостерегает слушателей младший сержант.-Кто плавал на кораблях в шторм, знает, какие разрушения могут причинить не закрепленные на палубе предметы. Воздушный океан, пока сидишь в самолете, кажется штилевым, а выбросился – и в ту же секунду
"штормит".
…В небе вспыхнули шелковые купола. Приземляется вторая партия спортсменов.
– Следите за лидером! – говорит своим слушателям Отян. – Смотрите, как управляет он парашютом.
Пока спортсмены, плавно покачиваясь, приближаются к посадочному кругу, младший сержант рассказывает о том, какие возможности таит в себе шелковый купол. Еще сам Котельников, испытывая свое изобретение на мчавшемся автомобиле, почти остановил машину, раскрыв парашют, как парус.
Парашют, распущенный под водой, останавливает катер. Прыгая на воду, спортсмены нередко пользуются парусными свойствами парашюта
– не гасят его, и он подтаскивает их по ветру к берегу. Если же ветер, подхватив, потащит основной парашют в море, спортсмен раскрывает запасной парашют в воде, и тот служит ему надежным
"якорем".
…Самолет выруливает на беговую дорожку. Взлет. В воздухе – третья партия парашютистов. За их прыжками будут следить с земли с помощью зенитных труб. У одной трубы – Мастер спорта майор М. Г.
Гринберг, у другой – полковник В. Г. Щербаков. Широко известны в армии имена этих энтузиастов парашютного спорта.
За плечами Щербакова-1126 прыжков, около тысячи воспитанников, многие из которых стали уже мастерами и рекордсменами. Гринберг – ветеран парашютизма, один из зачинателей затяжного падения. На его счету – 1119 прыжков и тоже около тысячи воспитанников, среди которых есть рекордсмены страны и мира. Офицеры тренируют команды, которые на первенстве Вооруженных Сил будут выступать как спортивные соперники. Это, однако, не мешает им проводить совместные тренировки. Гринберг следит за воспитанниками Щербакова, Щербаков
– за воспитанниками Гринберга. Свежий глаз скорее подметит недочеты, особенно, если это глаз тренера высокой квалификации.
Управление падением, управление парашютом – как нужны эти навыки десантнику. Самые наиточнейшие штурманские вычисления сноса не обеспечат парашютисту такого точного приземления, какое обеспечит ему его умение управлять в воздухе своим падением и парашютированием. Управляющий падением парашютист не сядет на купол товарища, не запутается в стропах его парашюта, не растеряется, если попадет в восходящий воздушный поток, всегда развернет, направит парашют в нужную сторону, ускорит при надобности скольжение вниз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
