Он внезапно понял, что скучает по густому ворсу ковров, устилающих пол под босыми ногами, по запаху благовоний, постоянно витающему в воздухе, по ярким цветам, стоящих в вазах на полу, и по лимонаду, который мама приносила ему на веранду, когда он учил уроки там. В его воспоминаниях дом всегда ассоциировался с уютом, теплом и чувством защищенности, которое улетучилось, когда матери на его глазах не стало.
Раньше Киаран гнал от себя воспоминания о родительском крове, потому что они казались ему болезненными и фальшивыми, пропитанными предательством отца и гибелью матери. Сейчас же он внезапно понял, насколько место, где он чувствовал себя любимым и защищенным, отличалось от дома, где выросла Аудроне.
Даже самые красивые убранства и раритетные предметы искусства казались ему ничем иным, как «откупом» за секреты, которые хранили эти помещения. И пусть они были обставлены с любовью к роскоши и с определенным вкусом, фальшь будто сочилась ото всюду, куда попадал Киаран. Теплые полы из белого мрамора казались холодными, стены, выкрашенные в разные цвета — слишком темными, высокие расписные потолки — давящими на плечи, а цветы в вазах — чересчур экзотическими.
Киаран понял, что Аудроне не показала ему ни свой рабочий кабинет, в котором он уже побывал в ее воспоминаниях, ни библиотеку, которую она однажды упомянула вместе с именем жениха номер два. Киаран не счел уместным ее об этом спрашивать. Возможно, Аудроне и вовсе не ходит больше в те помещения, не желая прокручивать в голове отвратительные картинки из прошлого. Как и сам Киаран больше никогда не появлялся рядом с домом, в котором погибла его мать.
— Моя комната, — Аудроне распахнула перед ним дверь и пригласила войти.
— Я живу на третьем этаже, а ты на первом. Как мило, — Киаран не скрывал сарказма.
— Не расстраивайся, — Аудроне едва не засмеялась. — Я не стану закрываться на замок.
Киаран осмотрелся и улыбнулся. Он как будто попал в квартиру, которую Аудроне арендовала в особняке матери. Здесь были гостиная, гардеробная, спальня, уборная и веранда с видом на пляж. Стены везде светлые, мебель хоть и резная, но не такая вычурная, как в других помещениях, полы деревянные, лакированные, несколько разноцветных ярких ковров на них. Киаран остановился у картины с изображением поля с луитанскими вальками и перевел взгляд на одинокую вазу с алыми цветами на прикроватной тумбочке.
Аудроне подошла к нему со спины и приникла всем телом, обвив руками талию.
— Нравится? — спросила она.
— Да. Здесь даже дышится свободней.
Киаран поднял глаза и оценил темный-бордовый балдахин, присборенный у высоких опор каркаса кровати. Мысленно, он уже представил, как опустит его и скроет их с Аудроне от окружающего мира.
Она, словно заглянув в его мысли, тут же прижала ладонь к его паху и начала массировать. Киаран медленно отстранился и отошел на несколько шагов.
— Прекрати! — предупредил он. — Сейчас у тебя секса не будет!
Аудроне обиженно надула губы.
— После ужина приедет Тартас и немного пошаманит, — Киаран понизил уровень громкости. — А после, если ты будешь хорошо себя чувствовать, я с радостью исполню все твои фантазии на этой кровати со спущенным балдахином.
— Прямо все? — она активно заморгала.
— Абсолютно, — пообещал Киаран.
— Ловлю на слове! — Аудроне подошла к нему и снова обняла.
* * *
Сюзанна явилась в столовую в коктейльном платье и с высокой прической. Киаран было подумал, что после ужина она собирается посетить какое-то мероприятие, но как только над столом пролетел дрон и снял короткое видео, адмирал тут же распустила волосы и вальяжно откинулась на спинку стула.
— Надеюсь, желтой прессе понравятся ваши домашние спортивные костюмы, — заявила она. — Завтра вечером в музее истории состоится благотворительный ужин. Мы все на него приглашены. Киаран, утром к тебе приедет модельер. Он будет подгонять под тебя национальный дженерийский костюм. У тебя, Аудроне, с самого утра визит к косметологу: с твоим цветом лица необходимо срочно что-то сделать. Ты ешь, — «мать» указала на обилие тарелок с закусками на столе, — пока меня слушаешь.
Аудроне воткнула вилку в кусок курицы и поднесла его ко рту.
— После косметолога Вион займется твоим маникюром и педикюром, — продолжала говорить Сюзанна. — Потом примерка и подгонка платья на вечер. Затем по расписанию парикмахер и визажист. Выезд на мероприятие в шесть. Мой помощник уже составил расписание для вас на предстоящую неделю и выслал его на ваши аккаунты. Позже ознакомитесь, — Сюзанна положила в себе в тарелку салат.
Повисло молчание, прерываемое скрежетом ножа о тарелку.
— Где твои манеры? — «мать» вперила в Аудроне недовольный взгляд. — Разучилась есть в приличном обществе?
— Не думала, что сейчас мне стоит изображать из себя кого-то, кем я не являюсь, — ответила Аудроне.
— Не зли меня, — предупредила Сюзанна. — Лучше с жениха пример возьми. Спина ровная, локти приведены, салфетка на бедре, приборы по тарелке не скрежещут. Я полагала, что его придется учить этикету, а не нанимать преподавателя для тебя!
— Обещаю вести себя достойно, мама, и не порочить твою репутацию.
Приборы Аудроне грациозно запорхали над тарелкой, бесшумно препарируя кусок курицы в сливочном соусе.
— То-то же, — прищурилась Сюзанна.
Остаток ужина провели в новом эпизоде молчания. Как только Сюзанна закончила трапезу и удалилась, Аудроне с облегчением выдохнула и сгорбилась на стуле. Казалось, будто она очень устала и вот-вот упадет лицом в тарелку.
— Хочешь, сейчас же в комнату пойдем? — предложил Киаран.
— Ты не доел, — покачала головой Аудроне.
— Я больше не хочу, — соврал Киаран и встал.
Он подал ей руку и, глядя, как Аудроне пошатнулась, вставая, подхватил ее за талию.
Тартас приехал час спустя. Аудроне к этому моменту успела задремать. Киаран впустил его в комнату и со стороны наблюдал, как равнериец, одетый в обычные джинсы и толстовку с капюшоном, осматривает Аудроне, водя руками вокруг ее тела.
— Ты знаешь, что с ней? — спросил Киаран, когда Тартас достал амортир и сел на пол у кровати.
— Небольшое ухудшение, с которым мы справимся, — лаконично ответил Тартас и прижал металлическую палочку к виску.
Красивые звуки заполнили помещение. Они успокаивали и вселяли надежду, что все закончится хорошо. Киаран присел на кровать рядом с Аудроне и откинулся на подушки. Слушая звуки амортира Тартаса, он и сам не заметил, как закрыл глаза и уснул.
* * *
Час спустя Тартас закончил сеанс лечения, встал и взглянул на два спящих тела. Аудроне свернулась калачиком у Киарана под боком, а тот обнял ее и прижал к себе.
Если бы кто-то запечатлел эту сцену в фотографии, а потом представил бы ее на какой-нибудь выставке, название
