А меж тем спутник начал разоблачаться. Пиджак он откинул под ноги, явив чародейке не только широкую грудь под атласной рубашкой, но и ножны, что крепились на спине.
— У тебя с собой настоящий меч? — решила уточнить девушка, разглядывая под новым углом кавалера.
— Нет, — огрызнулся он, со скрежетом вынимая небольшой меч, — мне пять лет и я хожу на балы с игрушечным.
— Зачем тебе он вообще понадобился?
— Вот именно за этим! — Эрик крутанул блондинистой головой, волосы, ещё недавно аккуратно уложенные, растрепались. — Знал бы, ещё и арбалет в подштанники запихнул.
Элис смотрела на молодого человека и мысленно терялась в диагнозах: шизофрения или мания преследования. Нормальные люди не протаскивают на балы оружие. Хотя нормальные и не попадают демон знает куда.
— А у тебя ничего не найдётся? — градоправительский сын с сомнением прошёлся взглядом по ее фигуре. — Ну там метательных звёздочек в панталонах, взрывных ядов в декольте?
— Ты ещё намекни на ножи за резинкой чулок! — оборвала ведьма, тряхнув юбкой.
А место где они оказались все больше внушало недоверие. За границей слуха чудились шорохи, скрипы, постанывания. За пятном света мелькали не заметные глазам тени. От каждого такого серого мазка, девушка передергивала плечами. У неё не были большого опыта по попаданию в ловушки. И тем более по вызволению из оных. Надо сначала разобраться что это за место, а потом уже ломиться с тараном на выход.
Если их затянуло в портал, значит должно было выкинуть куда-то. Но финальной точки не обозначилось. Арка схлопнулась, ещё не сформировавшись. Элис подозревала, что такая метаморфоза возможна только когда телепорт не имеет конечной точки. Как дверь в кладовку без окон. Зайти можно, находиться можно, но выйти только в ту же дверь. Это как…
— И все-таки… Мы где? — перебил позвоночник дельной мысли младший Бернар, за что Алисия готова была вцепиться в шею, но вместо этого огрызнулась.
— В демоновской звезде! — она вновь попыталась вспомнить ход своего расследования, но ее опять дернули.
— Никогда бы не подумал, что ты такая… — Эрик крутанул свободной рукой, — ранимая.
— Угу, ведьмы все такие… То сердце раним, то печень отобьём…
Из темноты вынырнула костяная рука, дернула девушку за предплечье, и округу разорвал нечеловеческий вой. Защитная татуировка пылала алым на запястье ведьмы, а чудище обожгло огнём. Ага! Вот как работает таернахат Грегори. Тогда почему на зомби не сработал? Или тогда ей ничего не угрожало?
— Хм… — задумчиво протянул Эрик, — а это пожалуй лучше ядов в декольте будет.
Элис благодарно скривилась. А из темноты вынырнуло… На первый взгляд это был скелет собаки, которую недавно упокоили, а она не поддалась и восстала. С местным бестиарием у младшей Гордон были такие же беды, как у некроманта с любовной магией. Даже не смотря на то, что оный некромант каждое утро гонял ее по полигону, подсовывал иллюзии местной нечести, этот конкретный экземпляр узнать не удалось. Отчасти из-за темноты, но по большей степени из-за того, что градоправительский сынок рубанул наотмашь, и голова зверя покатилась под юбку чародейки, забрызгав подол.
— Чего встала?! — разворачиваясь вокруг своей оси, прошипел Эрик. — Давай кастуй заклинания или хочешь чтобы нас тут…
«Что нас тут» Алисии узнать не довелось. Раздался жуткий вой, затем скрежет когтей. Мужчина весь напрягся. А со стороны, где лежал обезглавленный труп «собачки», послышалось чавканье и рычание.
Лучшим союзником в непростых ситуациях для ведьм всегда был страх. Под его плодотворным влиянием создавались гениальные проклятья, варились забористые зелья из мухоморов и писались все научные труды. Вот и сейчас до девушки дошёл смысл, что если ничего не делать-следующими жрать будут их.
Она присела на землю. Сложно назвать рассыпчатую чернильную пыль землей, но чародейка старалась. Провела пальцами, пытаясь расслышать, что шепчет это место. Либо оно было глухо, как камердинер тётки Кло, в моменты, когда от него требовалось участие, либо все тут давно и навечно мёртво.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Склоняясь к последнему варианту, Алисия стала шептать простое охранное заклятие. Медленно, почти не отрывая палец от земли, она чертила обережный круг. На это уходил демонов объём резерва. Почти сомкнув концы, она расслышала недовольный оклик:
— Да ты будешь колдовать? — мужчина неловко оступился и на него дёрнулось мертвое тело, читай упырь, но наткнувшись на услужливо выставленный клинок, повисло на оном. — Или ты только икотой разбрасываться мастерица?
— Быстро в круг! — рыкнула девушка, стараясь не отвлекаться на воспоминания об их знакомстве. И это оправдалось. За мужчиной сигануло подобие той твари, которую дожирали соплеменники, но наткнувшись на охранный барьер, взвыло, отброшенное назад. Элис разочарованно цокнула языком: куда влетел монстр черта истончилась.
Велев воинственному кавалеру носиться по кругу, чтобы граница разрушалась равномерно, Элис призадумалась. По всему выходило, что они попали в пространственный карман. Только вот выйти из него не факт что получится. Что там говорил дракон? Пять или семь лучей должно быть у пентаграммы? И заклятие на крови? Или магия крови?
В нежелании рисковать ведьма чертила на земле семиконечную звезду. Получалось косо и криво. Ещё и места не хватало. Она итак рисунок отмерила ровно на одного человека, на руки прыгнет блондину. Только ещё и этот самым вертлявый блондин то и дело маячил поблизости, норовя затереть подошвами ботинок руны.
Расправившись с наземной живописью, Алисия оглядела плод трудов своих и выходило криво. Она засомневалась сможет ли такая пентаграмма в виде каракулей пьяного чернокнижника куда-либо их перенести, но выбора особо не было. Обернулась попросить меч, но взглянув на испачканное в крови нежети острие, содрогнулась. Даже если они выберутся отсюда, что она точно загнётся от сепсиса. Мужчина, истолковав ее взгляд неверно, скривился и собрался разразиться в лучших традициях рыцаря, которому в душу наплевали, оскорбив верный клинок. Девушка опередила:
— Дай меч, — она протянула руку, внутренне готовая к заражению крови, — мне нужна кровь…
Младший Бернар недоверчиво взглянул на пентаграмму, на ведьму, снова на пентаграмму и вытащил из-под штанины короткий нож.
Резать саму себя было страшно. Даже страшные чем тварюшки за границей круга. Но Элис напомнила себе, что она вообще-то ведьма. А ещё дочь дознавателя. И ассистентка некроманта. Поэтому зажмурившись для храбрости, она приложила клинок к левому запястье и надавила. Потом провела в сторону. И руку обожгло.
Со второй рукой дело застопорилась, левая-совсем не рабочая так ещё и кроточашая. Но пострадав, девушка добилась своего и, подсунув нож под опоясывающую вязь платья, сложила ладошки лодочкой. Стала ждать.
Кровь рубиновыми слезами заполнила места надрезов. Элис читала о сумасшедшей чародейке, которая заклятием крови положила половину деревни. Для этого ей пришлось начать резать себя от подмышечных впадин и до бёдер. Вот ведь где ненависть, располосовать себя любимую, чтобы отомстить.
За этим экскурсом в историю девушка проморгала момент, заклятие должно уже ложиться в рисунок на земле. Она спешно, нараспев, стала шептать слова заговора, все сильнее погружаясь в транс. Рассматривая себя со стороны, она заметила лихорадочный блеск в глазах, пересохшие губы, вену на шее, которая струилась багровыми отблесками. Привкус крови ощущался везде. Она ловила его в воздухе, смаковала на языке, слышала тягучую мелодию. Как капля по капле уходит сила. И этими каплями вместе с последний словом выплескивается кровь в центр рунного рисунка.
И ничего не произошло.
Элис повело в сторону. Она оступилась. Толкнула Эрика, который все размахивал мечом. Он обернулся, схватил ее за плечи. Что-то говорил. Но в голове лишь песня крови. Струилась и смеялась над глупой девчонкой. Она облизнулся губы и по-настоящему ощутила кровяной налёт.
— Ничего не вышло… — она не слышала своего голоса и просто говорила. Мужчина растерянно вглядывался в ее лицо. — Моя кровь… Она слабая… Ничтожная. Пространственные карманы создают сильные маги. Могут драконы или демоны. Но не ведьмы… Понимаешь?
