— Я ездила в Лондон. — Она чуть приподняла подбородок, на ее лице появилось удивленное выражение. — И мне действительно жаль, что я причинила тебе беспокойство. Но, Герберт, откуда появилась такая излишняя заботливость? Я всегда прихожу и ухожу, когда мне вздумается, и тебя еще ни разу не волновало, где я нахожусь. Почему сейчас все изменилось?
— Потому что я… — Герберт неловко переступил с ноги на ногу. — Потому что Бентли сказал, будто вы в опасности. — Он сразу пожалел о своих словах, но было уже поздно.
— Я? В опасности? — Бранди покачала головой. — Нет, Герберт, ты, должно быть, что-то не так понял. Я знаю, Бентли попросил тебя присмотреть за мной сегодня, но это была простая формальность — он так поступил лишь из уважения к Квентину, который убежден, будто я в любую минуту могу выкинуть нечто невообразимое. — Она погладила обветренную щеку садовника. — Уверяю тебя, мне ничего не грозит, разве что получить несколько царапин во время рыбалки или, самое худшее, упасть с Посейдона. — Она прикусила губу. — И все же мне ужасно не по себе, что я заставила тебя так волноваться.
— А зачем вы вообще поехали в Лондон? — спросил Герберт.
— У меня было небольшое дельце.
— Дельце, говорите? Небось, захотели повидаться с лордом Квентином?
Щеки Бранди покрылись яркими пятнами. Неужели не осталось ни одного человека, кто не знал бы о ее чувствах к Квентину?
— Нет. Разумеется, нет, — принялась отрицать она. — Я даже не уверена, что Квентин все еще в Лондоне. По-моему, он уже должен быть в Котсуолде.
— В таком случае почему вы не подождали его, прежде чем мчаться в Лондон? Он бы мог поехать с вами. Неужели у вас такое важное дело, что его нельзя было отложить на денек?
Пальцы Бранди крепче сжались на записной книжке, пока она обдумывала, что можно сказать, а что лучше утаить. Видимо, ее молчание насторожило Герберта.
— Вы что, все время были в Лондоне? — спросил он с сомнением.
— Да… в общем-то.
— Что значит это «в общем-то»? Бранди растерянно заморгала, ей был непривычен допрос Герберта.
— Это означает, что по дороге домой я заехала в Колвертон. Надеялась, что Квентин уже вернулся. Очевидно, ошиблась. Бентли, кажется, тоже не было. — Она помолчала. — Бентли, случайно, не заезжал сегодня вечером в Изумрудный домик?
— Нет. — Герберт нахмурился. — Хотя я все равно бы его не заметил. Слишком был занят тем, что искал вас по всей округе. — Он прокашлялся. — Мне казалось, Бентли собирался в Беркшир навестить друга.
— Только на один день. — Бранди вздохнула, — Не важно. Поговорю с ним завтра. На рассвете поеду в Колвертон.
— Хм. В таком случае вам лучше пойти отдохнуть. Насколько я знаю вас, вы все равно не заснете от волнения. Подниметесь с птицами и уже будете в карете до первых лучей солнца, Я тоже пойду отдохну. — Он зевнул и повернулся, чтобы уйти. — Вся эта беготня утомила меня. — Помолчав, он предложил: — Если хотите, я сейчас загляну в каретный сарай и велю Лейксу подать карету на рассвете.
— Что? Ах нет, спасибо, Герберт. Лучше я возьму коляску и буду править сама.
Он кивнул:
— Тогда спокойной ночи.
Бранди поймала его руку:
— Мне действительно очень жаль, что я умчалась, не предупредив тебя. Это было глупо и неосмотрительно с моей стороны. Пожалуйста, не сердись. В следующий раз обещаю в точности тебе рассказать, куда еду.
— В следующий раз? — проворчал он.
Услышав, что голос садовника потеплел, Бранди улыбнулась:
— Да, мой друг. Со мной всегда будет следующий раз. — Она взялась за дверную ручку. — Спокойной ночи.
Герберт секунду смотрел на закрывшуюся дверь, затем повернулся и направился к лесу.
Четверть часа спустя Бранди скользнула под простыни, так и не отделавшись от чувства вины. Хорошо, конечно, оставаться молодой, но пора когда-то и повзрослеть — жизнь того требует.
Сегодня она подвела Герберта.
Сколько часов он провел, беспокоясь о ней! Не важно, что у него не было оснований для беспокойства и что случилось это впервые. Важно то, что он чувствовал себя в ответе за нее, а она не подумала об этом и под влиянием минуты умчалась прочь, как ей того захотелось. Нет, виновата только она. Придется научиться думать, прежде чем что-то сделать, и быть внимательной к тем, кого она любит.
Переход к взрослению проходил даже труднее, чем она представляла.
Бранди устало зарылась в подушку. Свою вину перед Гербертом она как-нибудь загладит. Решить, чем заняться в ближайшее время, было легко. После утреннего визита в Колвертон она вернется сюда, пройдет в сад и поможет Герберту пересадить герань.
А вот найти решение, как поступить в будущем, оказалось сложнее.
Веки стали тяжелыми, но тревога не прошла, а даже усилилась. Прежде чем погрузиться в сон, она хотела выработать окончательный план того, как ей повзрослеть, и начала мысленно составлять перечень вопросов, которые задаст джентльменам на собрании у мистера Хендрика, а еще ей предстояло продумать завтрашний разговор с Квентином.
Через секунду она уже спала.
Яркий луч солнца заплясал на лице Бранди и шаловливо разбудил ее. Она открыла глаза и заморгала, пытаясь отогнать остатки сна.
Первая ясная мысль, пришедшая к ней, — что уже поздно, очень поздно. Вторая мысль была о том, что Квентин, несомненно, дома. Резко сев в постели, Бранди поискала глазами часы, чтобы подтвердить свою догадку, и получила подтверждение.
Десять часов.
Уже десять?
Пробормотав проклятие, она вскочила с постели, не зная, куда бежать. За всю жизнь она ни разу не просыпалась так поздно. Правда, вчера действительно выдался трудный день и она очень устала, но сейчас не время было искать оправдания.
Бранди натягивала одежду, а сама лихорадочно меняла план из-за этой новой неприятности. Она возьмет коляску и помчится в Колвертон и всю дорогу будет молить Бога, чтобы Квентин не успел еще ни с кем поговорить. Хотя, конечно, последнее маловероятно. В отличие от нее Бентли никогда не просыпает. А мистер Хендрик? Насколько она знает, встреча с Дезмондом, о которой вчера шла речь, происходит прямо сейчас, и в Колвертоне, а не в Лондоне.
Она пыталась вспомнить, упоминал ли поверенный, где назначена встреча. Не упоминал.
Проклятие. Если Квентин и мистер Хендрик сейчас оба находятся в Колвертоне, тогда Квентин уже все знает.
Грядут большие неприятности.
Бранди замерла, натягивая второй чулок. Мысль о мистере Хендрике породила новые вопросы. Успел ли он разослать письма? И если да, то что ответили джентльмены?
Последний вопрос перевесил все остальные тревоги. Она просто обязана знать. Поэтому не важно, какой прием ее ожидает, она поедет в Колвертон.
