меня, и я окутываю себя
Оплетающим Побегом. Ядро горячо жжёт грудь, словно сейчас вырвется наружу. Новая ступень даёт мне всплеск сил.
Лёгким Шагом прорываюсь сквозь преграду, и, скользя по воде, мчу к Джиану. Меч со свистом проходит мимо меня, едва не развалив корпус на две части.
Мир вокруг меркнет, звуки вязнут в плотной пелене. В этом мраке ярко пульсирует ненависть в глазах Джиана и желание прикончить меня любой ценой. Но я вбиваю её обратно в его глотку, вместе с обломками зубов.
А следом мой кулак вгрызается в солнечное сплетение оппонента, подбросив его ввысь. Кровь вперемешку со слюной, вырывается из его рта. Прыжок, перехватываю его и силой вбиваю в каменную твердь. Лопатки Джиана ломаются, и его взгляд меркнет. Болевой шок.
Мой кулак замирает у побелевшего лица аристократа.
Мощная аура накрывает всю арену. Я с трудом поворачиваю голову в сторону ложи мастеров. Дыхание с хрипом вырывается из горла, всё плывёт перед глазами. Ноги едва держат, и я бросаю последние крупицы Ки, чтобы не дать себе упасть.
— Я увидел достаточно! — встаёт незнакомец, сидевший рядом с патриархом Карнато. — Бой окончен! Рен, я желаю поговорить с тобой лично!
По арене пробегает нарастающий шум.
Глава 26
Давление ауры становится настолько ошеломляюще сильным, что быстро приглушает даже самых шумных. Эта пульсирующая энергия кажется мне смутно знакомой. Выходит, именно этого адепта я видел тогда в долине? Значит, он либо победил в той дуэли, либо она закончилась ничьей.
Его Ки разливается подобно бурному потоку. У многих зрителей перехватывает дыхание, но основной удар приходится на меня. Чувствую, будто целая гора легла на мои плечи. От подошв по каменным плитам арены бегут трещины. Держусь на голом упрямстве и последних крупицах сил. Лучше потеряю сознание, чем сдамся. Этот мир признаёт только силу…
Несколько долгих мгновений он давит всей своей чудовищной мощью, а затем ослабляет натиск. Зрители вновь начинают шуметь и кричать. К поверженному Джиану торопливо бегут лекари. Мастера поднимаются вслед за незнакомцем и что-то оживленно обсуждают за его спиной, пока тот не сводит с меня пристального взгляда.
— Я Драсс Фен, — даже в этом оглушительном шуме его голос звучит чётко и властно. — И у меня к тебе будут вопросы. Приведи себя в порядок и найди меня! — последнее звучит, как приказ, а не просьба.
Звуки вокруг затихают, словно подчиняясь его воле. Передо мной открывают ворота, и один из учеников центрального павильона, дружелюбно поприветствовав, отводит меня в небольшую комнату в недрах арены, где лежит всё необходимое, чтобы смыть с себя кровь и грязь, а также чистый комплект одежды. Через десять минут меня уже сопровождают в главную ложу.
Высшие чины секты вместе с патриархом так бурно переговариваются, что даже я улавливаю обрывки их разговора.
— Вы видели, какой у него необычный стиль? — говорит седовласый старик, по виду которого сложно определить возраст. — Безудержная мощь истинного адепта Нефритовой Черепахи!
— Да, но при этом он был невероятно быстр, — отвечает ему другой мастер, покосившись на меня, как на диковинку.
— Неужто его этому научила любимица Канга из тренировочного лагеря? — вскидывает бровь третий.
— Не знаю, но у этого парня есть все шансы стать Цилинем, — задумчиво кивает какой-то мастер.
Высокий, даже чуть выше меня, Драсс Фен, всё это время задумчиво смотрит на арену, погруженный в собственные размышления.
— Приветствую тебя, Рен, — ко мне выходит патриарх Карнато и, лукаво улыбаясь, обводит рукой разгромленную арену. — Мы видели, на что ты способен. Твои техники владения оружием великолепны, хоть и не лишены изъянов. С нами со временем ты станешь гораздо сильнее…
— А какая древесная стихия! — поддакивает один из молодых мастеров, чьи волосы едва тронула седина. — Если потребуется совет…
— Патриарх, — поворачивается Драсс Фен, оборвав говорящего.
Он обводит всех, даже Карнато, пустым взглядом. В его глазах читается безразличие, ему явно скучно в их обществе, и он даже не пытается это скрыть. Лишь когда он смотрит на меня, я замечаю едва уловимые искры интереса.
— Если позволите, патриарх, я хотел бы поговорить с этим мальчишкой наедине, — скупо улыбается он.
— Конечно, — патриарх слегка кивает. — Только не спугни его, а то я знаю, каким ты можешь быть настойчивым. Делай, что хочешь, но не упусти этого мальчишку.
— Благодарю.
Драсс Фен отвечает неглубоким поклоном и, двигаясь в мою сторону, добавляет:
— Сам разберусь.
Должно быть, этот мастер имеет уникальное положение в секте, раз может так своевольно общаться с самим патриархом.
Он подходит ближе и кивает в сторону лестницы, ведущей к арене.
— Пойдём, прогуляемся, — не дожидаясь ответа, практик начинает спускаться вниз.
Поклонившись остальным мастерам, я благодарю их за предложения и поддержку, а затем спешу за Драссом. Его пульсирующая, словно маяк, аура ощущается издалека.
Мы покидаем территорию арены, пройдя через лабиринты внутренних помещений, и выходим в заросли леса. Густые дикие деревья смыкаются вокруг нас, едва пуская по узкой тропинке. Здесь мне на помощь приходит Оплетающий Побег, позволяя расчистить дорогу.
Следуя за мастером Драссом, я вижу лишь его спину либо ощущаю ауру. Приходится ускориться. Дикий тропический лес, повинуясь моей технике, расступается, но даже так я не могу нагнать могущественного адепта, пока не выхожу на небольшой песчаный пляж.
Мастер вновь не смотрит на меня. Его взгляд скользит по потокам неудержимой стихии, рассекающей долину на множество клочков земли. Он хлопает по песку, подняв облачко пыли, и говорит:
— Садись, расскажи свою историю.
Приняв его предложение, я опускаюсь рядом и начинаю говорить. Драсс Фен изредка поглядывает на меня, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Я опускаю некоторые детали, но стараюсь быть честным. Мой немногословный собеседник выглядит задумчивым.
Время от времени я вплетаю в свою историю вопросы, адресованные мастеру. Он отвечает не на все, оставаясь холодным и отстранённым. Больше всего его интересует мой необычный стиль, в котором сочетаются мощь Нефритовой Черепахи и скорость Лазурного Потока. Сходство с которым он не упоминает, но всё и так очевидно. То, как я дрался на арене, навело его на определённые мысли, и теперь Драсс Фен хочет и сам видоизменить свой боевой стиль.
— Я знаю, что смогу весьма неприятно удивить своего давнего соперника, — отстранённо замечает он.
После, встрепенувшись, переводит взгляд на меня.
— Ты и вправду заинтересовал меня, Рен, —
