Нефритовой Черепахи. Несокрушимая воля и мощь подавляют противника, стоящего на его уровне, но после победы Рен спокойно беседует с поверженным противником и помогает ему встать.
Даже сам Карнато поражён: неужели странствующий простолюдин сумел так быстро понять волю его секты? Однако в его движениях присутствует грация и скорость, даже какая-то игривость, что не по нраву патриарху.
Только вот у Драсса Фена они вызывают неподдельный интерес. Он уже давно считает, что достиг пика в Нефритовой Черепахе, зашёл в тупик… Единственное, что его развлекает, — это схватки с Айкином Шуем, потомком основателя Лазурного Потока.
— Кто этот парень, патриарх?
Карна косится на собеседника, который с интересом следит за простолюдином, будто видит в нём какой-то недостающий элемент. Ответ, на давно мучивший его вопрос.
— Претендент на вступление в секту. Странствующий практик по имени Рен.
— Тот самый? — чешет аккуратную бороду Драсс. — Даже до меши дошли те слухи, что разнеслись по Хукоу. Он же первым выбрал Лазурный Поток? Тогда что делает здесь?
— Верно, но я решил дать ему шанс, чтобы он почувствовал разницу между нашими сектами. У любого есть право на ошибку, но только одно. Скажи, что ты о нём думаешь? — смотрит на преемника патриарх. — У него есть шансы против Джиана?
— Шансы у них примерно равны. Сила и упорство против денег и наследственных техник?.. — улыбается Драсс. — Это будет интересный бой.
* * *
Вот я и добрался не только до финала, но и до долгожданного шанса восстановить правду. Джиан встречает меня традиционной грязью после нашего объявления. Патриарх специально затягивает начало схватки, дав ему выговориться. Видимо, предыдущие победы сильно вскружили ему голову. Придётся мне спустить его с Небес на землю.
Как только патриарх объявляет начало, я бросаю Джиана на землю Оплетающим Побегом. Пока он бранился, как базарная бабка, я успел подготовить ему небольшое приветствие.
— Играться со мной вздумал⁈ — рычит оппонент, подскакивая и бросаясь в атаку.
Поначалу мы примеряемся друг к другу, используя только оружие. Медленные, но точные, а самое главное своевременные удары служат неплохой преградой для меня. Мой Лёгкий Шаг помогает атаковать с неожиданных ракурсов, позволяя пробиться сквозь грубую защиту.
Кастеты разминают бока Джиана, быстро охладив его пыл. Он становится аккуратнее и добавляет в серии ударов водную технику, наращивая объёмы стихии. Выкачивает её из канала, огородившего арену, и обрушивает на меня.
Наши стихии сталкиваются и сплетаются. Битва растёт в масштабах, затрагивая уже всю арену. Джиан, словно гигантский осьминог, обрушивает на меня многочисленные водяные щупальца. На первый взгляд безвредная стихия, оставляет борозды даже в каменных плитах. Обычного человека настрогает горкой неаккуратного мяса.
Я едва успеваю уйти в сторону, когда многочисленные струи проносятся вблизи от моей головы, врезаясь в пол с оглушающим грохотом. В воздухе повисают брызги и каменная крошка.
Ухожу от секущих взмахов и поднимаю напитанные Ки заросли, блокируя его технику. В моменту, когда Джиан сплетает несколько водяных потокво вместе, мои корнями пробираются под землёй и оплетаю его ноги. Он без труда рвёт мои путы, но его охватывают новые, не давая развернуться во всю мощь.
В какой-то момент мы сходимся так близко, что я чувствую его горячее дыхание. Не упуская момента, вбиваю кастет в грудную клетку противника. Торжествующе усмехнувшись, встречаю его полный ненависти взгляд.
Два стихии сталкиваются на арене, сотрясая её. При этом болтун-аристократ находит время, чтобы похвалиться, что обязательно меня одолеет. Я нащупал несколько слабых мест в его защите, но не тороплюсь завершать поединок так быстро.
Мне хочется показать всем присутствующим, в особенности Карнато и старшим мастерам, что их стиль несовершенен. Он имеет множество недостатков. Даже того, чему я научился за неполный месяц в Лазурном Потоке, хватает, чтобы улучшить мой собственный стиль.
Объединение двух боевых искусств взаимно дополняет их, и я раскрываю это в схватке с Джианом, постоянно тесня его. В объёме Ки мы равны, а вот в умении её использовать… Против многочисленных водяных техник мне хватает одной древесной вместе с собственной скоростью и реакцией.
— Ты ещё не устал? — с иронией смотрю на тяжело дышащего Джиана.
Я уже сам на пределе. Моё внутреннее ядро раскалилось, как пробудившийся вулкан. Я подобрался вплотную к новой ступени, и вот-вот шагну на неё.
— Захлопни пасть! Если какой-то кухаркин сын, сможет одолеть меня, я заброшу культивацию! — хвастливо объявляет он.
— Обещаешь? — осклабившись, сжимаю кулаки.
— Я только разогрелся, — вытерев кровь из носа, он вскидывает меч. — Богами клянусь, пучина заберёт тебя, отребье.
Новый обмен ударами. Хрипы, свист стали. Чавканье плоти под ударами и хруст сломанных костей.
Я придерживаю левую руку, которую едва не отсекло хлёстким водяным щупальцем. Противник достал до самой кости, несмотря на Крепче Камня. Однако и сам Джиан со стоном сжимает треснувшие рёбра.
Он поднимает меч, вызывая вал воды, застывший на миг у него за спиной.
— Давай покончим с этим! — рявкает он.
— С удовольствием, — я занимаю боевую стойку.
Наши стихии сталкиваются. Жадные побеги растений впитывают воду, встав стеной на её пути, но он сносит их горизонтальным взмахом меча. Вся арена уходит под воду вместе с нами.
Мы оказываемся в бушующей стихии, но и здесь ему не скрыться от меня. Хищным змеем я нахожу его на его же поле. Древесные плавники увеличивают мою скорость. Мгновенно созданные водоросли, оплетают его, замедляя и сковывая. Пускай он срывает и рассекает их, но они покупают мне драгоценные мгновения.
В подводной круговерти мы сшибаемся лбами, отчаянно молотя друг друга, пока сведённые судорогой мышцы не начинают гореть от нехватки кислорода.
Удар ввинчивается в многострадальный бок Джиана, и тот заходится беззвучным криком, наглотавшись воды. Пузырьки вырываются из его рта, поднимаясь к поверхности. Сломанные кости рвут податливую плоть.
Вода стремительно утекает с арены, и на поверхность всплывает Джиан. Обессиленный, покрытый синяками и кровоподтёками. Всё такой же упрямый и упорный. Он похож на утопленника, и сейчас это недалеко от правды. Проиграть кому-то безродному для него равносильно смерти.
Я выбираюсь на каменную поверхность и смотрю на противника, который отказывается сдаваться. Вода помогает ему принять вертикальное положение. Бурля, лазурная стена собираются у него за спиной.
— Я остановлюсь, только если умру! — хрипит он, со стоном вскинув меч в атакующей стойке. — Но мою жизнь заберёт достойный враг. Не такой мусор, как ты!
Горделив до самого конца…
Новый поток врезается в
