в термичке авария.
— Ну и что же? — отозвался из-под забрала глухой голос.
— Помощь требуется. Понимаешь, сварить надо одну штуку, — говорил Шмелев, вглядываясь в окошечко, в надежде рассмотреть глаза собеседника. — Каркас из полосового железа. Своего сварщика, понимаешь, у нас нет…
Забрало поползло вверх. Шмелев увидел круглое и румяное девичье лицо. Ко лбу припотело несколько завитков волос.
— А наряд у вас есть?
— Где же я его возьму? Ночь на дворе. Авария случилась полчаса назад.
— А железа тоже нет?
— И железа нету, — развел руками Шмелев. — На вашу инициативу надеюсь.
— Какая же инициатива, когда не из чего варить? У нас тоже нет железа — мы не арматуру варим, а дырки в отливках. Шутник вы, товарищ!
Забрало скатилось ей на плечи, и перед Шмелевым опять была забронированная фигура космического человека.
— Послушайте, товарищ! — крикнула ему вслед космонавтка. — Вы зайдите на стройку нового цеха. Там ребята арматуру варят — сделают каркас, какой надо. — И уже потише, вполголоса, добавила: — Колю Недоспасова спросите. Он мне друг, отличный парень. Сделает, если хорошенько попросите.
— Спасибо, доченька!
— Не за что…
И опять побрел Шмелев по темным пустырям и закоулкам, пока не добрался на дальнем краю заводского двора до силуэта новостройки. О существовании Коли Недоспасова давали знать вспышки молний, сверкавших высоко, под самой кровлей недостроенного цеха. Шмелев попробовал позвать сварщика снизу, но тот ничего не слышал, вспышки не прекращались.
Тогда Шмелев отыскал вход в здание и попробовал найти трап наверх, освещая себе дорогу спичками. Не успел он как следует осмотреться, как издали зарокотал сипловатый бас:
— Эй, эй, я тебе побалуюсь! Сейчас же прекрати, не то охрану вызову!
По скрипучему трапу торопливо спускался дежурный пожарник. Добравшись до Шмелева, он так разбушевался, что насилу удалось успокоить. Шмелев дал слово больше спичек не зажигать, и пожарник ушел вызывать Колю Недоспасова.
Шмелев долго стоял в потемках, прислушиваясь к голосам и треску сварочных искр. Потом трап заскрипел, и рядом со Шмелевым остановилась почти невидимая тень человека.
— Вы меня спрашивали? — сказал Коля и, узнав, в чем дело, помолчал. — Ладно! Раз Анька прислала — сделаю. Только размеры давайте. Наряд завтра оформите.
— Как же я тебя найду, сынок? — завопил ему вслед Шмелев, вспомнив, как он стоял перед корпусом и изо всех сил вызывал сварщика, а тот ничего не слышал.
— Свистеть умеете? — донеслось из мрака.
— Молодой был — умел… — Шмелев сунул пальцы в рот, несколько секунд бесшумно шипел и вдруг, неожиданно для себя, пронзительно свистнул. — Так?
— Порядок! — удовлетворился Коля, и его сапоги загрохотали где-то в поднебесье, рядом со звездами.
По уже знакомой дороге Шмелев зашагал к термичке, с улыбкой размышляя: «Почему Аня из литейки имеет такую власть над Колей? По виду и голосу парень самостоятельный и не из робких. Может быть, она ему какое-нибудь комсомольское начальство? Может быть. Скорее же всего здесь действует она самая — любовь-злодейка. Что ж, молодость…»
В цехе он снял размеры с провала, сделал чертежик. Загвоздкина не было, он ушел добывать тес для помоста, Неустроев заканчивал разгрузку печи. Ее сверкающее нутро чуть-чуть потускнело, но температура все еще была адской. «Да, несладко нам придется…» — подумал Шмелев и снова направился на новостройку.
В плохо освещенной арматурной мастерской, устроенной в бытовом отсеке, в будущем душевом зале, Коля и Шмелев начали сооружать каркас. Через четверть часа оба умаялись вконец — тяжелые железные полосы надо было выгнуть таким образом, чтобы профиль каркаса подходил к арочному своду печи. Пришлось позвать на помощь остальных сварщиков и усатого пожарника. Пожарник сиплым басом выводил: «Эх, раз, еще раз! Взяли!» Потом полчаса Шмелев бегал по заводу, разыскивая шофера, который бы согласился перевезти каркас в термичку.
На небе уже проступал тусклый осенний рассвет, когда грузовик подвез к печи лязгающий и звенящий на все голоса железный каркас. Все было готово к установке: по обе стороны печи возвышались бревенчатые козлы, через них перекинут дощатый настил.
На помосте виднелись аккуратно сложенные пирамидки огнеупорного кирпича и деревянный ящик с раствором. Ящик слегка дымился. Приглядевшись, Шмелев увидел, что из него идет вовсе не парок, как ему показалось вначале, а самый настоящий дым. Бок ящика и близкий к провалу край настила уже тлели и вот-вот должны были вспыхнуть. Неустроев, Загвоздкин и несколько подсобных рабочих отдыхали поодаль, у бачка с газированной водой, не подозревая о грозящей опасности.
— Бойся! — крикнул им Шмелев, устремляясь к помосту. — Сгорите!
Его опередил Загвоздкин. Старик проворно, как белка, вскарабкался на помост и залил тлеющее дерево водой из стоявшего тут же ведерка. Часть воды пролилась в провал и странно было видеть, как водяные брызги вспыхивали и испарялись на лету — словно взрывались…
— Температура еще — будь здоров! — покачал головой Шмелев.
— Как-нибудь сладим, — ответил Загвоздкин. — Теперь нам отступать некуда: весь завод знает, какое дело сотворить намерены…
Грузовик поставили рядом с печью и надвинули каркас на зияющий провал прямо из кузова машины.
Теперь предстояло самое трудное — заложить каркас кирпичами. Все трое стояли на помосте и молча смотрели, как на железной решетке вспыхивают и тут же гаснут яркие искры — сгорал приставший к железу мусор.
— Начинаем, что ли? — спросил Шмелев. В его голосе прозвучала нотка нерешительности.
То, что выглядело не так сложно шесть часов назад, теперь казалось необычайно трудным. Горячее дыхание печи палило щеки. И в самом деле, немудрено и загореться. Вспыхнешь этаким факелом, вот тебе и будь здоров. Потушить, конечно, потушат, кругом народ, а травмы не миновать. А ведь за жизни людей отвечает он, Шмелев. Н-да!
Загвоздкин, тяжело дыша, стоял рядом и словно услышал сомнения парторга.
— Нет, батюшка, теперь уж дозволь мне покомандовать — наше печное дело началось, — новым, построжевшим голосом сказал он. — А ты, Александрыч, в нашем деле плохой специалист…
Шмелев смущенно усмехнулся:
— Что верно, то верно. Что же, командуй на доброе здоровье.
— Вот так-то будет лучше, — проворчал Загвоздкин и стал мочить в ведерке связку каких-то бинтов. — Перво-наперво я бороденку свою подальше запрячу…
Шмелев с Антоном прямо за бока взялись — таким потешным стал вид у замаскировавшегося старика.
— А вы хиханьки да хаханьки бросьте… Знаете, какая мне будет выволочка, если я бороду опалю? Старуха и сверху все волосья выдерет.
— Что же ты мне раньше не сказал, Василий Семеныч? — смеялся Антон. — Я бы тебе несгораемую накладку из асбеста приспособил. Бинт разве выдержит?
— Мы его помачивать будем. Да и вам невредно себя водичкой окатить.
— Правильное предложение, — согласился Шмелев, и они спустились вниз, к бакам с водой.
Наконец все было готово: одежда намочена, вода капала с кепок, сережками
