Фэллон вздохнул — у него сейчас каждый Воин был на счету. Он не мог приказать Ларине оставаться с другими женщинами, хотя и понимал, что этим подвергает риску жизнь самого дорогого для него человека. К тому же спорить с Лариной все равно было бесполезно.
— Не прикидывайся. Ты прекрасно знаешь, о чем я. — Фэллон попытался притянуть ее к себе, но Ларина с досадой оттолкнула его руки. — Ты подозреваешь, что Дейрдре захватила Брока. И возможно, Соню тоже. Тебя так и подмывает самому наведаться в Кэрн-Тул и убедиться, так ли это. Брось, ты даже сейчас думаешь об этом!
Фэллон скривился — жена знала его как облупленного.
— Да, так и есть. Послушай, я не могу пожертвовать ни Броком, ни Соней. И ты это знаешь.
— Знаю, — уже мягче сказала Ларина. Шагнув к нему, она сама обняла мужа. — А еще я знаю, как сильно Брок привязан к Соне — и пусть попробует это отрицать. На что угодно готова спорить, что он уже напал на ее след.
— И если она у Дейрдре, Брок отправился спасать ее. Он ни за что ее не бросит.
— Точно. Если кто-то и знает гору как свои пять пальцев, так это Брок.
— И сколько, по-твоему, нужно ждать, прежде чем отправиться на поиски?
Ларина немного подумала, потом снова подняла глаза на Фэллона.
— Еще один день. Мы все волнуемся не меньше тебя, Фэллон. Соня мне как сестра. То же самое могут сказать и остальные. Но единственный Воин, способный отыскать ее, сейчас рядом с ней.
— Конечно, мы не знаем, где искать, но можно хотя бы попытаться...
— Обязательно. Мы ведь семья.
— Я знал, что не просто так выбрал именно тебя, — хмыкнул Фэллон.
— Ты выбрал меня?! — фыркнула Ларина. — Если я ничего не путаю, Фэллон Маклауд, — а я редко что-то путаю! — то это я тебя выбрала. Ты, насколько мне помнится, вообще не хотел иметь со мной дела.
— Что ж поделаешь, такой уж я дурак, — смиренно кивнул Фэллон и снова привлек к себе жену. — Но, согласись, я очень скоро понял свою ошибку.
Привстав на цыпочки, она с улыбкой наградила мужа поцелуем.
— Истинная правда, мой воинственный лэрд.
Фэллон крепко прижал ее к себе. Будь его воля, он ни за что не отпустил бы жену, даже если бы мир вокруг стал разваливаться на куски. Он знал, что Ларина сходит с ума от тревоги за Малькольма. Но с того дня, как Фэллон попытался убедить ее, что Малькольму сейчас нужно побыть одному, она больше ни разу не пыталась вернуться к этому разговору.
— Куин и Арран сейчас с Рамзи, пытаются его успокоить, — вздохнула Ларина. — Лукан говорит, он еще никогда не видел Рамзи в таком состоянии. Бедняга просто места себе не находит.
— Боюсь, у Рамзи скоро лопнет терпение. — Фэллон устало потер глаза. — И он сам, не дожидаясь нас, отправится на поиски Брока.
— А Дейрдре только этого и хочет, — упавшим голосом сказала Ларина.
— Я тоже думал об этом. Возможно, она решила переловить нас по одному. А Брока с Соней использует в качестве приманки.
Ларина подняла на него глаза.
— Если Рамзи уйдет, Хейден с Логаном отправятся вместе с ним. Ты же это знаешь.
— Тогда я тоже пойду с ними! — кивнул Фэллон.
— Тогда мы все пойдем, — отрезала Ларина.
— А кто останется здесь, чтобы защищать друидов? Не можем же мы взять их с собой.
Ларина подозрительно покосилась на мужа, и глаза ее сузились.
— Если ты намекаешь, что с ними останусь я, то можешь сразу выкинуть это из головы, Фэллон Маклауд! По-моему, я уже доказала, насколько полезной может оказаться моя помощь, если нам придется искать способ пробраться в подземелье Дейрдре!
— Мне бы и в голову не пришло оставить тебя в замке, — поспешно возразил Фэллон. — А учитывая, что с нами сейчас Маркейл, я подумал, что Куин сам не захочет покидать ее.
— А Арран, Йен и Дункан не бросят Куина одного. Значит, они тоже останутся.
— Скорее всего.
Ларина, сдвинув брови, о чем-то задумалась.
— Ты уже все просчитал, я угадала?
— Это мой долг. И обязанность.
— А ты неплохо справляешься.
Польщенный, Фэллон галантно проводил жену в замок. Но вскоре от его хорошего настроения не осталось и следа. Нужно было срочно поговорить с Рамзи — до того как тот, отчаявшись, решится на какой-нибудь безумный шаг. Фэллон не мог позволить себе роскошь потерять кого-то из своих людей.
Соня, сжавшись в комок и обхватив колени руками, молча наблюдала за сидевшим у входа в пещеру Броком. После их недавнего разговора он держался отчужденно. Как будто жалел, что позволил ей заглянуть к нему в душу. Или — что хуже — опять принялся думать о проклятии.
Оставалось только надеяться, что это не так.
Брок не сводил глаз со звезд, как будто спрашивал их о чем-то. Соне отчаянно хотелось присоединиться к нему, но ей казалось, что Броку нужно немного побыть одному. Уткнувшись подбородком в колени, она принялась разглядывать подол платья.
Но Брок вдруг поднялся и нерешительно направился к ней. Присев возле нее на корточки, он осторожно взял прядь ее волос и поднес к лицу.
Соня, застыв, смотрела, как он зарылся лицом в ее волосы, и по ее спине побежали мурашки. Ей даже в голову никогда не приходило, сколько жутких воспоминаний скрывается в его душе. Брок позволил ей только на миг заглянуть в нее, что привело Соню в содрогание. Неудивительно, что он всегда старался держаться особняком.
— Ты удивительная женщина, Соня. Почему ты хочешь меня?
— А почему тебя это так удивляет?
Брок осторожно пропустил ее волосы между пальцами.
— Мне следовало попытаться убедить тебя не связываться со мной.
— Я все равно не стала бы тебя слушать.
В темных глазах Брока мелькнуло беспокойство.
— Так было бы лучше для тебя, для нас обоих. Если проклятие настигнет и тебя, я этого не переживу.
— Ответь мне на один вопрос. Чего ты хочешь больше всего на свете?
— Тебя.
На миг Соня онемела. Слова Брока оглушили ее. А потом она вдруг почувствовала, как в груди разливается тепло. Целый вихрь чувств захлестнул ее: ликование, счастье, надежда.
Она видела, как в глазах Брока вспыхнуло пламя. Его сжигало то же желание, что и ее. То, что случилось с ними, связало их навсегда. И эта связь становилась крепче с каждым днем.
— Это желание... Мы оба сгорим в его пламени... — Брок опустился на колени.
Соня последовала его примеру. Теперь они были так близко, что дыхание Брока обжигало ей щеку.
— Возможно. Может, проверим? Я бы не возражала.
— Боюсь, для меня пути назад уже нет.
Соня не успела ответить — лицо Брока оказалось совсем близко. А мгновением позже он поцеловал ее.
