И как бы шустро ни двигался очкарик, он всё же не сумел избежать удара плетью по плечу. Рукав его пижамы вспыхнул.
– А-а-а-а-а-х-с-с-с-с! – заревел парень.
И принялся сбивать пламя с одежды.
Он неистово колотил ладонью по руке, всё с нарастающим хлюпающим звуком, потому что использовал воду. Брызги и пар скрыли Хиннигана с глаз. Но Дарт и тут не дал ему передышки. Запустил огненную плеть прямо в облако пара, резанув его ровно посередине.
Хиннигана там уже не было.
В эту самую секунду он стоял позади Дарта, и даже я, наблюдая за ними издалека, не сумел заметить, как это произошло.
А неплохо он сработал…
Сам ещё не зная, Хинниган только что окончательно застолбил себе место в моём отряде.
Очкарик снова атаковал Дарта в спину, применив удар эфира, только на этот раз сил ему не хватило. Мощный и тяжёлый противник почти не пошатнулся.
Дарт одновременно пригнулся и развернулся. Его плеть мелькнула в воздухе, скользнула по низу. Язык пламени сцепился на ноге Хиннигана и сдёрнул его на пол. Парень упал на спину, перекатился на живот и пополз. Мокрая штанина его пижамы на этот раз не загорелась.
– Далеко не уползёшь, воробыш! – рявкнул Дарт, кидаясь к очкарику и наступая ему на поясницу.
– Твоё место на помойке, драный кошак! – выкрикнул в ответ Хинниган.
Извернувшись, он обхватил ногу Дарта за щиколотку, и того подняло в воздух, вертануло в вихре вокруг своей оси и отбросило метров на десять. Огненная плеть в его руке исчезла.
Наступила тишина, лишь тяжёлое дыхание соперников отдавалось эхом в потолке.
Мокрый до нитки, Хинниган кое-как поднялся на ноги, потёр обожжённую поясницу, ткнул в дужку очков пальцем и обернулся, выискивая Дарта.
Тот лежал на спине и пытался хотя бы сесть, но видимо, после того, как его повертело в воздухе, не мог унять головокружение. Приподнявшись на локтях, он лишь медленно моргал и хмурился.
Наконец он сел и разглядел Хиннигана (тот как раз направился к нему).
Утихший огонь Дарта разгорелся снова, охватил его руки до плеч, а потом и всё тело. В глазах парня с прежней яростью вспыхнуло оранжевое пламя. Наполнившись силой, он поднялся на ноги. Его силуэт опять начал обретать мощь.
Хинниган остановился.
Они посмотрели друг на друга… и снова взмахнули руками, отправив в бой силу своих Духов.
С пронзительным птичьим криком и звериным рыком два разнородных каскада энергии обрушились друг на друга. Только на этот раз впереди каждого потока неслись силуэты.
Голубая хищная птица и жёлтый зверь.
Беркут и Ягуар набросились друг на друга, столкнулись, взорвались мириадами искр…
Это было эффектно и сильно, но я решил завершить бой. Иначе парни растратят всё кодо к чертям.
Я подошёл к стене с оружием, взял пару увесистых боевых топоров и, тщательно прицелившись, запустил их, один за другим, точно в клубок сцепившихся в бою Духов.
При этом вложил в бросок ещё и приличную часть своего кодо, чтобы уж наверняка вышло подавить стихии. Сталь топоров мутировала на лету и вонзилась в огромный сгусток энергии уже в виде двух длинных пик.
Сначала Ягуара, а потом и Беркута, пришпилило к противоположной стене, и они мгновенно исчезли, растворившись в воздухе. Остались только две торчащие пики.
– Бой окончен! – выкрикнул я. – Остыньте! Я всё увидел!
Парни даже на меня не посмотрели. Духи покинули их тела, но вот ярость в них ещё осталась.
– Воробей ощипанный, – процедил Дарт, прищурившись и оглядев мокрого Хиннигана в изодранной и подпаленной пижаме. – Я тебя всё равно придавлю…
– Кажется, кому-то наступили на его кошачий хвост? – загоготал Хинниган, но как-то нервно и тревожно.
Обменявшись репликами, они оба покосились на меня.
Я улыбнулся.
– Неплохо. А теперь меня этому научите?
Парни снова посмотрели друг на друга.
– Я не понял, – нахмурился Хинниган, – Рэй тебе сказал, что он чёрный волхв?
– Смотрю, он и тебе сказал, – поморщился Дарт.
– Вообще-то, я сам догадался.
– Вообще-то, я тоже.
Они оба смолкли и… неожиданно загоготали на весь зал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я подошёл к парням, посмотрел на одного, потом на другого. Подождал, пока приступ их истеричного смеха стихнет, и сказал:
– Может, поржёте в другом месте?.. У нас времени мало. Что там надо знать по стихиям?
Хинниган вздохнул.
– Временами ты ещё занудней, чем я, Рэй.
– Да он же из монашеского ордена, ты не знал? – добавил Дарт.
И они снова засмеялись. Кажется, начинали ладить.
Я и сам не сдержал усмешки, опять оглядел их потные усталые лица.
– Ну так что? Ржать будем или работать?
Хинниган подтянул штаны пижамы.
– Только давай ты лицо попроще сделаешь. Стихии – это тебе не мутации. Здесь всё по-другому работает. Вот что ты чувствуешь, когда мутируешь материалы?
– Ничего, – пожал я плечом. – Смотрю, какой материал, какой объём, что мне нужно создать из него и какой плотности. Рассчитываю примерный индекс кодо, который надо потратить. Всё. Это происходит машинально…
– Вот. Машинально, – перебил меня Хинниган. – А у мастеров стихий нет ничего машинального. Они должны дозировать покорение Духу. Если подчиниться чуть больше, то можно и не выйти из-под контроля. Обычно это заканчивается сумасшествием. Читал про сотни таких случаев в истории. Так что будь сосредоточен и не позволяй Духу покорить всю твою волю до конца. Это чем-то похоже на призыв. Только мастера призыва обращаются к потусторонним мирам и тёмным духам, а мы – к духам природы. Они менее кровожадны, зато и управлять ими проще.
Я кивнул.
– Начнём с огня.
– Кто бы сомневался, – закатил глаза Хинниган. Махнул рукой в сторону Дарта. – Коллега, примите ученика.
Дарт прищурил один глаз и внимательно на меня посмотрел.
– Знаете, мистер Хинниган, я думаю, надо учить этого бездаря иначе. Так будет быстрее.
– Это как? – покосился на него Хинниган.
– Надо учить его с опасностью для жизни, коллега… Итак, Рэй, никаких мутаций, никаких рун и ментального чтения. Никаких эргов и кулаков в морду. Только стихии. Установка ясна?
Я отошёл от него на пару шагов и кивнул.
– Установка ясна. Только школьную форму мне не сожги, у меня их больше нет.
***
Дарт атаковал без предисловий.
Только вместо огня он применил совсем другую стихию. В его руках я заметил уже знакомый водяной шарик. В ту же секунду он полетел в меня, правда, столь нелепая атака вызвала желание не обороняться, а покрутить пальцем у виска.
Но это только в первое мгновение.
Прямо в воздухе шарик взорвался сотней его клонов, а потом Дарт превратил их в остроконечные ледышки.
Я отшатнулся, но ледяной рой внезапно остановил движение и застыл в воздухе.
К уроку присоединился Хинниган.
– Против одной стихии надо применять противоположную, это самое эффективное, – негромко сказал он. – Против воды лучше работает огонь, против воздуха – земля. И обращаться нужно к одному из четырёх Духов. Огонь – Горящий Ягуар. Вода – Белая Акула. Воздух – Парящий Беркут. Земля – Древесный Удав… Вот сейчас в тебя летит вода. Значит, лучше использовать огонь. Но можно совмещать стихии. Воздух совмещается с водой, а огонь с землёй. Никак иначе. Правда, это уже более высокий уровень управления. Для начала тебе нужно призвать хотя бы одного Духа.
– И как вызвать огонь? – спросил я, не сводя глаз с острых ледяных кусков, зависших в воздухе в нескольких метрах от моего носа.
– Любой Дух вызывается телесной Искрой, – сказал Дарт. – Сначала нужно знать, где зарождается Искра, в какой части тела. Например, огонь зарождается в груди, в самом сердце и в крови.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вода зарождается в ладонях и коже, а воздух – в дыхании и внутренностях, – добавил Хинниган.
– Земля зарождается в ступнях и костях, – продолжил за ним Дарт.
Я потёр вспотевшие ладони друг о друга и приложил к груди. Наверняка, выглядело это по-идиотски, но я хотел почувствовать сердцебиение.
