просьбой не допустить того, чтобы она сбежала или уснула в одиночестве. Внутри все скрипело от этой вынужденной необходимости сотрудничать с вечным соперником. Потом он поспешил в королевскую купальню, где в бассейне с льдом остужал не только голову. Зверь внутри рвал и метал, но когда холод пробрался и к нему вынужден был успокоиться. Успокоиться, чтобы выслушать человека, которому было что сказать и на чем настоять.
В спальне он к своему неудовольствию обнаружил очередную эльфийскую деву. Проигнорировав ее, оделся и на выходе приказал слуге убрать мусор из покоев. Поменять кровать и вообще… сделать ремонт.
Защита дома без труда пропустила его внутрь. Его ту ждали и нет одновременно. Он долго стоял в тени деревьев, вдыхая аромат цветов и давая понять хозяину, что гость прибыл с миром. Как бы ни было, он с уважением относился к дракону, обрётшему душу. Дракона с мирайей лучше не дразнить и не играть на его нервах, потому что он будет в праве убить того кто представляет хоть малейшую опасность для семьи.
В доме их было всего трое. Две женщины и дракон. Ни одного слуги. Дракон защищал их, как и положено мужчине. Но вот вскоре раздались звуки спора, шумные хлопки дверьми и на улицу с авоськой в руках выскочила она.
Все такая же… растерянная, но с неугасаемым огнем в глазах. Затянутая в черный бархат грудь часто вздымается, невидящим взглядом окинула пространство вокруг себя и с тихим стоном сползла на ступеньки крыльца, совершенно не заботясь о чистоте вещей. Спрятала лицо в своих ладонях. В этот момент как никогда четко Деймон увидел безнадежность в ее облике, существование без цели и сколь тяжела ее ноша. Какой растерянной, хрупкой и слабой она была. Как сильно нуждалась в опоре. В нурше?
Понимание этого факта царапнуло по сердцу раскаленным ножом и заставило внутреннего зверя, что как юнец оробел перед ней содрогнуться.
— Что делать… что делать… Яша ну куда же ты пропал…дурдом…. Это все так тупо… Боже…
Тихий отчаянный надрывной шепот. Шаг, другой он позволил себе медленно выйти из укрытия. Сейчас как никогда надо быть осторожным. Чтобы не спугнуть.
— Твой спутник — нурш найден в соседней лавке. Отравлен.
Тихо, но четко произнес он, следя, как медленно приходит в движение ее хрупкая фигурка. Нежные пальчики скользят вниз, открывая миллиметр за миллиметром лицо. Длинные ресницы трепещут. Не убирая рук от лица, она смотрит на него. В ее глазах весь мир…
Тело горит огнем, словно он вернулся в тот первый теплый вечер, когда она подглядывала за ними в палатке. Изучала его. Как и сейчас. Тогда он и мечтать не смел о том, что она коснется опаленной кожи, но сейчас… Мечтал, потому что помнил каковы, на вкус ее поцелуи и ее дыхание.
— Он жив. Лекари Элезара занимаются им. Нурши весьма живучи. Так что твой спутник скоро вернется.
Облегчение скользнуло по усталому лицу девушки. Она закрыла глаза и лицо озарилось легко улыбкой.
Он решил рискнуть. Медленно приблизившись, опустился рядом, так близко как мог, чтобы не спугнуть.
Вытянув длинные ноги, она устремила свой взгляд в темное звёздное небо.
Хорошо… вот так просто сидеть и молчать рядом…
Он все равно не знал что сказать. Дипломатия никогда не была его коньком. Да и женская душа его никогда не интересовала настолько сильно чтобы в ней разбираться, только тело… сидя на крыльце с ней рядом он дал себе слова подучиться этому тонкому искусству, благо рядом была парочка опытных интриганов, один другого хлеще.
Время шло и сон все таки сморил ее. Тут то и настало его время. В считанные секунды он пересадил уже почти спящую девушку себе на колени и укрыл крыльями, свив вокруг нее алый кокон. Зверь внутри блаженно выдохнул.
Прошло еще немного времени и двери дома бесшумно отворились. Стальной дракон ступил из недр дома. За его спиной маячила маленькая фигурка в серо-серебристом одеянии.
— Зайди в дом. Второй этаж третья спальня слева, — без тени былого в голосе сказал Шернор, прекрасно понимая Проклятого.
Деймон встал. Его ноша не была ему в тягость, только в радость. Остановившись перед стальным драконом, что инстинктивно задвинул белокурую девушку за спину, он заглянул в синие глаза. На него смотрел тот, кто нашел гармонию и единение со своей сущностью, кто обрел что-то большее.
— Спасибо. На эту ночь.
— Мы об этом поговорим еще, но только завтра. Проходи.
В эту ночь Деймон уснул спокойно.
На рассвете он ушел. Но прежде состоялся непростой разговор со стальным. Результатом остались довольны оба, а Изабелла вообще была счастлива как малиновка.
19.
Бывает так, что ты просыпаешься поутру, вылезая из сна как из болота, что норовит вновь затянуть тебя обратно, а бывает так, что внутри сработал тумблер и вот ты уже готова к труду и обороне. Без литра кофе.
Вот я сейчас именно так и открыла глаза. Комната. Большая кровать. Смятая подушка рядом, сама я сиротливо обнимаю свою.
В голову сильнейшим цунами ворвались воспоминания. Неутешительно. И что греха таить, волнующе сладко. Заснуть на руках у невозможного…. Противного…. И вообще он меня обидел. Надо помнить об этом… вроде бы…
Перекатившись на спину, я с досады хлопнула ладонями о перину.
— Гад!!!
— Кто? — услышала от окна.
Изабелла.
— Что ты тут делаешь?
— Жду вашего пробуждения.
— Ладно, — в этом мире точно не знают такого понятия как личное пространство, — почему я не слышу твои мысли?
— Потому что меня укрывает щит Шера. Госпожа….
— Я просила на ты, — вздохнула, выползая из кровати.
Тело ломило. Все таки отвыкла я спать на мягком. Сдавленно охнула и встала на ноги.
— Что-то болит?
— Нет, отвыкла спать на мягком. Нет перин в избушке на куриных ножках….
— Ммм…
Оглянулась. Спальня явно не та, что вчера была мне выделена. Эта более шикарная что ли. До скрежета зубов. Драпировки, позолота, росписи и мозаика на стенах. Но что бросается на глаза, то тут то там маленькие темные камешки, смутно знакомые. Оглядываю себя. Одета. Вернее так, камзол снят и аккуратно повешен на спинку стула рядом с кроватью, там же сапоги и ремень с сокровищами.
Хм…. тут есть над чем поразмыслить….
— А…
— Он ушел два часа назад. Просил передать, что скоро вернется. Для разговора.
— Вот как… Ладно.
Потом с ним, потом… Сейчас дела насущные. Умываться и завтракать.
Готовить завтрак мы оправились в кухню. Шернор временно распустил слуг, чтобы уединиться со своей женщиной. Поэтому они готовили и делали все прочее сами.
