мозг его в предчувствии какого-то события подал сигнал, что что-то назревает в этом предрассветном мире. Полковник и раньше-то курил редко, а в последнее время так и вовсе старался не покупать сигареты, чтобы не соблазняться и не поддаваться старой дурной привычке. Мария, жена его, постоянно твердила ему о вреде табака и строго следила за тем, чтобы дома не было нигде даже самой завалящей пачки с сигаретами. Все заначки Гурова давно уже были выявлены и выброшены ее немилосердной рукой. И никакие доводы Льва Ивановича, что ему с сигаретой думается легче, не имели на жену никакого воздействия.
«Лева, – заявляла она ему не терпящим возражений тоном, – ты уже не мальчик, чтобы прятать по всему дому заначки, а я не твоя мама, чтобы постоянно напоминать тебе, что от курения даже лошади отбрасывают копыта. Ты ведь сам все понимаешь. Так что если уж бросил курить – то, значит, бросил. Все. Тема закрыта».
С такими доводами не поспоришь. Гуров только вздыхал и обреченно шел на кухню пить кофе. Вот и теперь, когда желание закурить стало невыносимым, Лев Иванович отправился на кухню – все равно уже утро и ложиться в постель, чтобы там повертеться еще часа полтора, не имело смысла.
Пока Лев Иванович готовил себе кофе и бутерброды с колбасой, он все время ощущал какое-то беспокойство. По опыту Лев Иванович уже знал, что такое беспокойство означает только одно – будет новое дело. Предчувствия никогда не обманывали полковника. Единственное, что его угнетало на этот раз, это мысль, что Станислава Крячко не будет с ним рядом. Этот везунчик сейчас находился в отпуске и должен был лететь со своей женой Натальей в солнечный Египет. «Вот прямо сейчас уже и летит в свою Хургаду, – хмуро подумал Лев Иванович. – Самолет у них из Шереметьева на четыре двадцать утра. Так что взлетел уже».
Ощущения оправдались. Едва он вышел из квартиры, отправляясь на службу, как ему позвонил его непосредственный начальник и друг – генерал Орлов.
«Началось», – подумал Лев Иванович и ответил на вызов.
– Сразу, как приедешь, давай ко мне, – услышал он строгий голос Петра Николаевича.
– И тебе доброго утра, Петр, – ответил в тон начальнику Лев Иванович. – Через двадцать минут буду.
– Через пятнадцать, – рявкнул обычно спокойный генерал и отключил телефонную связь.
«Что там в мире такого страшного произошло, что наш Петр Николаевич с катушек слетел?» – гадал по дороге на работу Гуров. Ему еще никогда не доводилось слышать, чтобы Орлов говорил столь строго и резко, а ведь они работали вместе уже больше тридцати лет. Еще совсем молодым лейтенантом пришел Лев Иванович под начало Орлова. Работа сдружила их, и не просто сдружила, а сделала единомышленниками, можно даже сказать, единоверцами. Они оба до конца доверяли друг другу. Гуров знал, что Петр Орлов всегда прикроет их со Станиславом Крячко от гнева вышестоящего начальства, ежели понадобится это сделать.
Едва Лев Иванович вошел в приемную и поздоровался с секретарем Верочкой, как она, сделав испуганно-круглые глаза, замахала руками.
– Идите, идите скорее к нему! Он сегодня такой – слов нет. Вредничает, сердится. Идите, ждет уже.
Лев Иванович нахмурился, решительно потянув ручку двери на себя, шагнул внутрь кабинета Орлова и замер, опешив.
– Чего встал, будто привидение увидел? – рассмеялся Станислав Крячко. – Входи уже.
– Да, я вижу, у вас тут все серьезно, – усмехнулся Лев Иванович. – А я-то думал, ты уже на пляже Красного моря в Аль-Дахаре загораешь.
– Так вот, завернуть пришлось самолет, – делано вздохнул Крячко. – Генерал велел, а его приказы, сам понимаешь, не обсуждаются.
– Петр, что такое срочное стряслось-то?! – обратился Лев Иванович к хмуро молчавшему Орлову.
– Садись и все узнаешь, – глянул на опера исподлобья Петр Николаевич. – Вы уже все обсудили? – кивнул он на Крячко. – Готовы меня выслушать?
– Так мы всегда готовы, – пожал плечами Гуров. – А ты, наверно, тоже не спал сегодня, что лютуешь с самого утра? Вон, Верочка чуть ли не под стол от тебя прячется.
– Не смешно. – Хмурый Петр Николаевич встал и, по своей старой привычке заложив руки за спину, молча прошелся по кабинету.
Лев Иванович посмотрел на Крячко, но тот только плечами пожал.
– Так вот, отправляешься ты, Лева, в Сочи, в командировку, так сказать…
– Хорошее дело, – удивленно взвился Крячко и рассмеялся. – Я в отпуске, и меня вернули, а он, – Станислав кивнул в сторону Гурова, – значит, в Сочи, на море.
– Так ведь не отдыхать он едет! – недовольно воскликнул Орлов. – Там у нас убийство. Убили сына одного из замов министра по экологии и природопользованию Краснодарского края – Данилина. Причем во время свадьбы, причем – его, сына зама, свадьбы. Жениха, значит, убили. И вообще там, похоже, профессионал действовал. Выстрел точно в лоб. Хотя – что там осталось от этого лба… – проворчал генерал и ненадолго замолчал. – В общем, подробности на месте будешь узнавать, – сказал он после паузы. – Я сам только вчера поздно вечером об этом убийстве узнал. Вот и Станислава успел развернуть. Наталья-то полетела? – поинтересовался он у Крячко.
– Полетела, – вздохнул тот.
– Ничего, если быстро управитесь, то можешь еще к ней успеть слетать. На две недели рассчитывали?
– Да, на две, – кивнул Станислав. – Только вот непонятно, что мне делать? Тоже с Левой лететь в Сочи?
– Нет, ты тут будешь, в Москве. Вы думаете, небось, чего это я, старый пень, вдруг так разбушевался из-за убийства какого-то сынка замминистра? – Он с подозрительным прищуром посмотрел на оперативников.
– Да ни о чем подобном мы не думаем, Петр Николаевич… – начал было Крячко, но Орлов махнул рукой, прервав его.
– Это правильно, что не думаете. Не такой я человек, чтобы просто так вот взять и из-за обычного убийства выйти из себя. Так вот, дело тут намного сложней, чем может показаться на первый взгляд. У нас тут – серия. И, как я уже и сказал, действовал профи.
Гуров и Крячко переглянулись.
– А что, и в Москве уже кого-то этот профи успел подстрелить прямо в лоб? – решил уточнить Станислав Крячко.
– Я не говорил, что и во втором случае стреляли в лоб, – усмехнулся Петр Николаевич, но потом, словно у него что-то внезапно заболело, поморщился и потер пальцем под нижней губой. – Впрочем, – вздохнул он и, отвернувшись, стал с тоской смотреть в окно, – я ведь проговорился, что работал профессионал, а значит, вы сделали вывод, что выстрелы были один к одному. Правильный, между прочим, вывод.
– Петр, не тяни кота за хвост, говори прямо, кого в Москве застрелили? Судя по твоему виду – так какого-нибудь министра, – поторопил Гуров Орлова.
– Окстись, – покосился на Льва Ивановича генерал. – Нам этого
