знаю, что я видел, и даже ты не смогла меня убедить в обратном. Этот вампир мучил меня во сне всеми своими темными силами. Если это не работа дьявола, то я не знаю, что это.
— Это называется кошмар, Леон, — прорычала она. — Они снятся всем.
Отец Блейк бросился вперед и поймал ее за руки. Она ненавидела ощущение этих мозолистых пальцев, потому что знала, откуда взялась изношенная плоть. Каждый день он спускался в подземелья и мучил людей, в которых были демоны. Это не был священник, который помогал другим. Он хотел только навредить.
Отец Блейк погладил ее костяшки в шрамах.
— Ты сделала так много хорошего для Церкви. Я знаю, что обучение, которое я тебе дал, было основной причиной того, что ты так хорошо справилась, моя дорогая девочка. Но теперь мне нужно, чтобы ты поняла, что ты можешь быть той, на кого ты всегда охотилась.
— Я не одержима.
Легким движением руки он плеснул ей в глаза святой водой. Она не заметила пузырек на его запястье, но что, по его мнению, это могло сделать? Она не чувствовала боли, и вся святая вода казалась ей неприятной.
Мэв вырвала свои ладони из его рук, чтобы протереть глаза.
— Это было необходимо? Вы же знаете, что я могу заразиться от этого. Сосуды никто не моет! Если мой глаз станет розовым из-за этого…
Очевидно, святая вода вообще не входила в его планы. Отец Блейк схватил ее за волосы и оттянул ее голову в сторону.
— Видишь? — указал он Леону. — Как я и подозревал. Она находится под контролем вампира.
Они увидели следы на ее шее. Теперь они знали все.
Тяжело дыша, она покачала головой и встретилась с перепуганным взглядом Леона.
— Это не то, на что похоже. Это был несчастный случай, Леон. Он не вампир. Меня никогда не кусали.
— Тише, — ответил Леон. Он поднял руку и перекрестился в воздухе. — На тебе метка дьявола, ведьма.
ГЛАВА 28
Что-то было не так во всей этой ситуации. Мартин расхаживал по своей комнате, ожидая, когда Джентри вернется и расскажет, что узнал.
Второй священник отличался от любого другого священника, посланного исследовать Мартина. В этом человеке была тьма, которую Мартин слишком легко узнал. В священнике было… больше, чем можно было увидеть невооруженным глазом.
И Мэв боялась его. Мартин слышал, как участилось ее сердцебиение, и видел, как она напряглась в кресле. Священник, должно быть, был страшным человеком, если женщина, не чувствующая боли, боялась его.
Что сделал этот священник? Был ли он одним из тех, кто пытал ее и ее сестер? Одна только мысль заставила его кровь закипеть, а клыки заболеть.
Ему хотелось оторвать мужчине голову с плеч и напиться брызнувшей кровью. Он искупается в жизненной силе этого человека, если он прикоснется к Мэв так, как она не хотела. Мартин поклялся в этом тем самым бессмертием, которое давало ему силу.
Джентри проскользнул в комнату с тишиной совы на охоте.
— Господин, вам нужно поскорее прийти.
— Что случилось?
— Нашли следы укусов, — Джентри бросился к тумбочке и вытащил два пистолета. Это были старые дуэльные пистолеты, которые никогда не использовались, но это означало, что внутри еще были пули.
Джентри еще раз проверил, заряжены ли они оба, и оставил один себе. Другой он протянул Мартину.
Он наклонил голову и усмехнулся, сверкнув в темноте острыми зубами.
— Мне не нужно смертное оружие.
— Это должно выглядеть естественно. Если священника обнаружат осушенным…
Джентри не нужно было заканчивать. Мартин уже знал, что этого достаточно, чтобы доказать, что он вампир. Однако он не позволит мужчине быстро умереть, если тот причинил боль Мэв.
— Как думаешь, насколько серьезной стала ситуация?
Его дворецкий пожал плечами.
— Понятия не имею. Все, что я знаю, это то, что они нашли следы, и я побежал сюда, чтобы сказать вам. Их больше нет в гостиной.
— Значит, он увёз её куда-то, чтобы продолжить свои грязные дела, — на этот раз Мартин был рад, что Мэв не чувствует боли. Кто знал, что эти два священника делали с ней даже сейчас за то, что она позволила вампиру пить из ее тела. За то, что она позволила ему попробовать ее на вкус.
О, он собирался разорвать этих священников на куски. Когда он закончит, никто не сможет узнать, кто они.
Мартин разминал шею, а потом сказал:
— Держись от меня подальше, мальчик.
— Ты не станешь меня есть. Я ядовит, помнишь? — Джентри засунул оба пистолета за пояс.
— Яд не имеет значения, — Мартин расправил плечи и приготовился позволить жажде крови взять верх. — Все, у кого есть сердцебиение, будут жертвами. Все, что дышит, будет съедено.
Сила поднялась над ним и спустилась на его кожу. Тени из комнаты змеями скользили по его рукам. И когда зверь внутри него пробудился, он отдался ему.
Хотя монстр не был отделен от Мартина, зверь управлял им так, как он никогда не понимал. В молодости он помнил, как эта темная сущность проникала в самую его душу. Он вдохнул его и упивался жаждой крови. Ощущение контроля, силы и славы, когда люди с криками убегали от него.
Монстру не потребуется много времени, чтобы стать сильнее. Он будет пировать, питаться и расправлять крылья в ночном небе, пока никто не увидит ничего, кроме монстра.
Кроме нее, напомнил он себе. Она увидит его в тени. Она раскроет перед ним объятия, и он превратит ее в свою вечную невесту. Она станет его убежищем, когда на него ляжет вся тяжесть веков.
Мартин шел по коридорам, то и дело задирая нос, чтобы глубоко вдохнуть. Он чувствовал их запах. Горький запах страха, Леон пытался спрятаться в недрах замка. Запах святой воды, где спрятался другой священник. И прекрасный, спасительный для души запах его невесты. Ее сера будет звать его, где бы она ни была. Как бы она ни пыталась спрятаться от него.
Священник отвел ее в дальний край замка. Там стены рухнули, уступив место открытому воздуху и краю утеса за ними. Даже дочь ведьмы умерла бы от такого падения.
Значит, будет бой. Священник был готов пожертвовать Мэв, надеясь выманить зверя. Что ж, он придет.
Мартин следовал за их запахом до края замка. Он увидел, как священник держит Мэв за горло. Ее ноги едва стояли на осыпающемся каменном полу, и никакая стена не помешала бы ей упасть насмерть, если бы священник ослабил хватку на ее шее.
Правый
