темного испанца. Джина и я поразились. Наши родители не были бедными, ни по каким стандартам, но у них не было денег, которые Анника и Томас обычно бросали как обычные бумажки.
После четырех дней в Риме, мы вернулись на Ибицу. Вилла Анники, казалось, была домом для группы богатых отпрысков. Там мы с Джиной позвонили ее бабушке и дедушке, чтобы они знали, где мы и что у нас все в порядке.
—Ты хочешь стать архитектором? — Спросила меня Анника.
Томас и Джина были на общественном пляже с Мией, Нильсом (ее парнем) и несколькими другими. Мы с Анникой остались на вилле. В данный момент мы были одни на частном пляже, загорали нагишом.
—Да. — ответил я, закрывая глаза рукой.
—Почему ты выбрал архитектуру? — спросила она.
Я пожал плечами и приподнялся на локте. —Я не знаю. Наверное, мне просто нравится. —
—А если точнее? —
—Это довольно трудно объяснить. — сказал я. —Я действительно не знаю. Я просто смотрю на здание, как на прошлой неделе в Риме, и вижу все маленькие детали, которые объединяются и делают его барокко, или рококо, или неоклассическим. Мне это нравится. —Я снова пожал плечами: —Как я уже сказал, это трудно объяснить. —
—Почему бы не стать врачом, или адвокатом, или бизнесменом? —
—Ну, мне нравится архитектура, потому что она долговечна. Подумай обо всех этих зданиях в Риме. Они были построены две тысячи лет назад. Их проектировал и строил какой-то архитектор. Он создал нечто такое, что есть... ну... реальным. Его дети, вероятно, прошли мимо них и сказали: -- мой отец построил это. И их дети после них сделали то же самое. Понимаешь? —
Она кивнула.
—Так что же ты хочешь сделать? — Спросил я. —Я имею в виду, своей жизнью. Ты ведь едешь в Принстон, верно? —
—Да. —Затем она вздохнула. —Я не знаю, что я хочу сделать. Я, вероятно, специализируюсь на чем-то вроде истории искусства. —
—Ты не хочешь заниматься бизнесом со своим отцом? —
—Конечно, нет. — поспешно сказала она. Внезапно она сменила тему. — Если тебе нравится архитектура, ты должен увидеть Грецию. — сказала она.
—Я действительно хочу, но... —
—У моей матери квартира в Афинах. —
—Она знает? — Удивленно спросил я, хотя и не должен был.
—Да. Ее нынешний муж -- грек. Он владеет… —
—Дай угадаю: судоходной компанией. — сказал я, заканчивая ее мысль.
Она кивнула, виновато улыбаясь.
—Сколько мужей было у твоей матери? — Спросил я.
—Пять. Считая греков. —
—Твой отец. — сказал я, считая на пальцах, —шведский судоходный магнат, голландец… Что он делает? —
—Он управляет авиакомпанией. —
— Верно. — сказал я, вспоминая. —А потом греческий судоходный магнат. Кого мне не хватает? —
—Норвежец. — сказала она.
—О, да! Нефтяной миллионер. —
Анника пожала плечами. —Моя мать любит богатых мужчин. —
—А ты? — Спросил я, становясь серьезным. —Какие мужчины тебе нравятся? —
—Я хочу поплавать. — сказала она, внезапно вставая. —Пошли. — Она протянула мне руку и нетерпеливо посмотрела на меня. Когда я не сразу взял ее, она фыркнула и направилась к морю.
Через несколько минут я присоединился к ней в теплом Средиземноморье. Увидев меня, она зачесала назад волосы и направилась ко мне, как будто ничего не случилось.
—Ты все еще хочешь поехать в Грецию? — спросила она.
Я кивнул.
—Я тоже. — сказала она. Потом она замолчала. —Может быть, я позволю тебе показать мне архитектуру, которую ты так любишь. —
—Хорошо. — сказал я. —Договорились. —
Глава 414
На следующий день мы вчетвером отправились в Грецию. «Квартира» матери Анники оказалась роскошной трехэтажным здпнием. На удивление Анники, ее мать -- старая версия самой Анники, очень красивая и элегантная, была на самом деле дома.
Мы останавливались на четыре дня в Афинах, в основном отдыхая и осматривая достопримечательности. Мы поднялись на вершину Акрополя и с Парфенона посмотрели на древний город. Затем мы шли вдоль Агоры, как это делали Сократ, Платон и Аристотель тысячелетия назад. Мы посетили театр Диониса и узкие улочки Плаки. Я представлял себе, каково было жить в Афинах в период расцвета. И, конечно, я фотографировал все подряд.
Все это время Джина восхищалась моим чувством удивления, и я думаю, что она сама начала по-другому смотреть на город. К моему удивлению, Анника проявила интерес и к городу. Может быть, она действительно наслаждалась собой, или просто соревновалась с Джиной. Я не мог сказать, что именно, но это, похоже, не беспокоило Джину, поэтому я не беспокоился об этом.
В конце концов, мы сели на JetStream и вернулся на Ибицу. Еще раз мы позвонили бабушке и дедушке Джины, чтобы сообщить им, что мы вернулись на остров. Они были поражены, что мы так много путешествуем. Мы просто сказали им, что завели новых друзей и осматриваем достопримечательности вместе с ними.
К сожалению, наше время в Европе подходило к концу. Анника хотела отвезти нас в Амстердам, чтобы показать дом, но нам пришлось вернуться в Лондон. Мы уже сократили два дня нашего времени с бабушкой и дедушкой Джины, поэтому нам нужно было вернуться.
К нашему удивлению, Анника вызвалась поехать с нами в Лондон. Томас тоже подумал, что это отличная идея, поэтому мы позвонили бабушке и дедушке Джины и спросили, не возражают ли они против еще одного или двух гостей. Они сказали, что у них более чем достаточно места, поэтому мы вчетвером покинули Мию и толпу на Ибице.
Мы взяли одну из машин отца Анники, большой белый Мерседес и поехали в аэропорт. Экипаж погрузил наш багаж в грузовой отсек «Джетстрима», пока мы сидели в салоне. Джина улыбнулась мне, когда я наклонил ухо и слушал разговор пилотов, пока они выруливали на взлетную полосу для взлета.
Вернувшись в Лондон, мы
