улыбнулась и кивнула: «Вы правы, сейчас я контрактная модель «Sports Illustrated».
Услышав это, Мэтью захлестнула волна эмоций, что действительно было правдой, вкусы Ди Каприо никогда не менялись.
Мэтью поприветствовал Бар и из вежливости также представил Леонардо Илане, Джеймсу и Майклу.
Леонардо посмотрел на Илану с некоторым удивлением.
Он слышал это имя и знал, что это не простая женщина, просто он не ожидал, что один из руководителей TMZ будет выглядеть так, как будто у нее роман с Хорнером.
Мгновенно он подумал о большем, услышав, как его менеджер упоминал ранее, что различные истории на TMZ о Мэтью Хорнере, даже если на первый взгляд они кажутся скандальными, внутренняя позиция на самом деле всегда склоняется в сторону Хорнера.
Думается, именно эта женщина виновата в таком.
TMZ в наши дни — это не просто сайт, это уже сайт сплетен №1.
В этот момент в зале внезапно раздались одобрительные возгласы, за которыми последовали более хаотичные и беспорядочные звуки, когда четыре кинокритика, представленные ведущим, один за другим появились в зале.
Однако все имена этих кинокритиков были относительно незнакомы Мэтью.
А потом «Сердитый Болл» вышел с другой стороны!
В отличие от кинокритиков, которые были одеты в защитное снаряжение, Уве Болл был одет в чёрный боксерский костюм, а на его голове вообще не было защитного снаряжения. Хотя немецкий режиссер выглядел немного странно, в данный момент он выглядел довольно сильным, а мышцы на его теле были явно натренированы.
«Эти четыре парня скоро получат по заслугам!». — Леонардо выглядел взволнованным: «Я слышал, что Болл занимался любительским боксом около десяти лет».
Мэтью с интересом посмотрел на Уве Болла, который шел к рингу в свете прожекторов.
В этот момент вмешалась Илана: «Как мне достоверно сообщили, компания, которая организует это мероприятие, сказала критикам, которые участвуют в нем, что это просто пиар-акция шоу-характера и что реального боя не будет».
Леонардо тут же нахмурился: «Так в чем же смысл их поединка?».
Он здесь, только чтобы увидеть, как критикам надерут задницы.
«Пока не стоит торопиться, Лео». — Мэтью не думал, что все так просто: «Я общался с Уве Боллом, и… как сказать».
Он подумал о тех комментариях, которые Болл сделал в Германии, когда попросил его сняться в Dungeon Siege, и продолжил: «Уве очень толстокожий и к тому же бесстыжий, часто использует грандиозные предлоги, чтобы обернуть свою мерзкую сторону».
Не успел он это сказать, как Илана приблизилась к его уху и прошептала: «Ты уверен, что ты это не о себе?».
Мэтью повернул голову, чтобы взглянуть на нее, и Илана намеренно сощурила глаза.
«О?». — Леонардо сказал в этот момент: «Мэтью, хочешь сказать, что Болл может драться по-настоящему?».
Мэтью кивнул: «Я думаю, что это очень вероятно».
Он проанализировал: «Лео, когда критики набросились на тебя, ты тоже хотел ударить их?».
Леонардо пренебрежительно заявил: «Очень небольшое количество критиков, взгляды и мнения, которые они высказывают, все же справедливы. Но большинство критиков… разве это рецензия на фильм? Если бы убивать людей не было незаконно, они бы уже все были мертвы, причём не от моих рук».
«Я чувствую то же самое!». — За последние несколько лет, по мере роста его славы, Мэтью был обозван критиками не меньше, чем Леонардо, а критики часто любят использовать резкие слова, чтобы потроллить самых популярных звезд, что на самом деле не трудно понять.
Мэтью добавил: «Критики, при всем их сарказме и оскорблениях, никогда не говорили, что мы худшие актеры в мире, не так ли?».
Леонардо кивнул.
«Даже тогда мы все хотели избить их». — Мэтью продолжил: «Многие критики буквально называли Уве Болла худшим режиссером за всю историю кинематографа, разве Болл смог бы это выдержать?».
Глава 433
Как начинающий профессиональный кинокритик, Клифт Ротшильд имеет довольно громкую фамилию, но, к сожалению, эта фамилия, которая, по слухам, распоряжается всем миром, не принесла ему ни богатства, ни славы, и чтобы как можно быстрее заявить о себе, он сегодня стоял на вершине ринга, готовый сразиться с ублюдком из Германии, худшим режиссером всех времен.
«Не паникуй, этот парень ничем не лучше тебя!».
В углу ринга временный тренер, нанятый профсоюзом кинокритиков, громко сказал Клифту: «Уве Болл за сорок, ты моложе его на десять лет, просто протащи его через первый раунд, и победителем будешь ты!».
Клифт посмотрел вверх и по диагонали на Болла, одетого в черный боксерский костюм, без защиты на голове.
Клифт коротко пошевелил суставами, а его глаза сканировали все вокруг, повсюду, насколько хватало глаз, были объективы камер.
Он прекрасно понимал, что теперь, когда он знаменит, он станет еще более знаменитым, если изобьет Болла, который оскорбил сообщество профессиональных критиков.
Клифт уже несколько лет занимается профессией кинокритика, его основным стилем является острая критика, но, к сожалению, с расцветом интернета профессия кинокритика пришла в упадок, и за последние несколько лет он не сделал себе большого имени, а сумма денег, которую ему платят за работу в год, очень ограничена.
Первоначально он думал о том, чтобы сдаться, пока не наткнулся на эту редкую возможность.
Клифт слышал, как говорили, что один из десяти лучших критиков в отрасли даже публично поцеловал ослиную задницу, чтобы добиться славы.
Это определенно пример и образец того, что может сделать кинокритик, чтобы стать знаменитым, и на горизонте много возможностей, если просто надуть щеки.
Для Клифта это не подвиг; многие критики, включая его самого, пишут рецензии, даже не удосужившись посмотреть фильм, который они рецензируют; они пишут то, что хочет пресса или клиенты, на которых они работают.
«Давай, Клифт! Выруби старика!».
В одном ряду с Мэтью и Леонардо мужчина лет тридцати подбадривал кинокритика, который был одет в защитное снаряжение.
Леонардо, наблюдая за происходящим, тут же крикнул в сторону кольца, которое находилось совсем рядом: «Уве, бей сильнее! Нокаутируй его в первом же раунде!».
В зале было много людей, было шумно и хаотично, но Мэтью и Леонардо расположились во втором ряду, довольно близко к рингу, и Уве Болл, казалось, услышал это и обернулся.
Мэтью собрал свои руки в трубу, поднес их ко рту и крикнул: «Болл, я верю в тебя!».
Уве Болл, очевидно, услышал Мэтью и Леонардо и улыбнулся в их сторону.
Голос достиг ушей Болла, и, естественно, люди в первом ряду тоже услышали его, и несколько человек повернули головы, чтобы посмотреть туда, включая мужчину лет тридцати, который кричал ранее.
Илана просканировала мужчин, наклонилась к
