другой день Шарлотту с трудом удалось уговорить переселиться в монастырь. Однако состояние императрицы ухудшалось так стремительно, что пришлось прибегнуть к смирительной рубашке. Сопровождающие были вынуждены обратиться к ее деверю, эрцгерцогу Карлу-Людвигу, который срочно примчался в Рим и отвез невестку в Австрию. Там у нее диагностировали явное умопомешательство.
Тем временем в феврале 1867 года последние французские солдаты покинули Мексику. Император Максимилиан отказался отречься и с немногими сторонниками укрылся в крепости Кверетаро. Крепость была взята, а Максимилиан арестован повстанцами. Узнав об этом, Франц-Иосиф поспешно вернул ему титул эрцгерцога, наивно полагая, что мексиканцы не дерзнут казнить члена императорской фамилии. Тем не менее, 19 июня пленник был расстрелян вместе с двумя генералами. Император Максимилиан вел себя чрезвычайно мужественно и перед приведением приговора в исполнение раздал солдатам золотые монеты с просьбой, чтобы они не изуродовали его лицо, дабы мать смогла опознать его. Смерть любимого сына буквально подкосила эрцгерцогиню Софи. Гибель Максимилиана совпала с крушением ее идеалов по укреплению неоабсолютной монархии в Австрии и разочарованием в связи с предоставлением равных прав Венгрии. После 1867 года она отошла от политики и скончалась в мае 1872 года от воспаления легких. Ее гроб установили в Капуцинергруфте рядом с останками ее друга, сына императора Наполеона, герцога Рейхштадского. В 1940 году его прах по указанию Гитлера был перенесен в Париж, в усыпальницу Бонапартов при Доме инвалидов.
Шарлотту заключили под надзор сначала в замок Мирамар, а затем, когда стало ясно, что она безнадежна, отправили к родным — в Бельгию. Надо сказать, что о ней проявляла очень большую заботу жена ее брата, короля Леопольда II, Мария-Генриэтта. Сначала больную поместили в замок Тервёрен, в котором вскоре случился пожар, причина которого так и осталась невыясненной. Глядя на горящий замок императрица радостно повторяла:
— Как красиво! Как красиво!
После пожара ее перевели в замок Бушу, поблизости от королевской резиденции Лэкен в окрестностях Брюсселя. Безумная совершенно не воспринимала окружавшую ее действительность, а видела себя императрицей на торжественных приемах и блестящих балах. Несчастная не знала, что осталась вдовой, и взахлеб рассказывала окружающим о своем любимом муже.
Загадка императрицы Шарлотты
Шарлотта так и не пришла в себя, хотя и прожила до почтенного возраста 86 лет. Но это состояние совершенно невменяемой императрицы мексиканской дало повод для рождения легенды — легенды о ее ребенке, будто бы появившемся на свет 21 января 1867 года. За десять лет брака ни одного отпрыска у венценосной четы так и не родилось, что вынудило их усыновить в качестве наследников престола двух внуков бывшего императора Мексики. Шарлотта всячески противилась этому шагу мужа, но была вынуждена уступить. Тем не менее, императрица не оставляла надежды основать новую династию и в отчаянии прибегала ко всем возможным средствам, чтобы обзавестись ребенком. Предполагается, что она уехала из Мексики беременной. Но кто был отцом рожденного ею сына?
С одной стороны, считалось, что вследствие перенесенного в молодости венерического заболевания эрцгерцог Максимилиан был бесплоден, с другой — что дочь одного из придворных садовников Консепсьон Седано по прозвищу «Прекрасная индианка» родила в 1866 году сына. После казни императора его взял на воспитание некий богатый землевладелец. Впоследствии молодой человек по имени Хулиан Седано отправился в Европу, где поразительное сходство с Максимилианом позволяло ему выдавать себя за потомка покойного императора Мексики.
В Париже он был близок к интеллектуальным и дипломатическим кругам, в частности, служил секретарем у консула Никарагуа в Париже. Во время первой мировой войны Седано весьма удачно шпионил в пользу Германии, например, поставляя сведения о производстве французских самолетов, но в 1917 году был схвачен и расстрелян. Правда, впоследствии журналистка и переводчица Адриана Эстрада Кахигаль в результате исторических изысканий доказала, что никакой Прекрасной индианки не существовало, но легенда настолько прочно укоренилась в головах мексиканцев, что ей вряд ли суждено умереть.
История внезапного душевного заболевания императрицы Шарлотты до сих пор занимает историков; по-видимому, связанные с ней загадки не будут разрешены никогда. Ключ к одной из них пытался найти чешско-немецкий писатель и журналист еврейского происхождения Эгон-Эрвин Киш (1885–1948). Высланный из Германии в 1938 году, в 1940 он оказался в Мексике. Как бывший австрийский подданный, писатель был прекрасно осведомлен о судьбе Максимилиана и Шарлотты, внезапно пораженной странной болезнью. Дело пахло явным покушением на императрицу. Откровенно говоря, врагов у этой женщины было предостаточно. Мексиканцы быстро поняли, что Максимилиан слаб, но его супруга не переставала подстрекать его к сопротивлению и, таким образом, продолжению гражданской войны. Отсюда в народе упорное хождение имела легенда, что, воспользовавшись страстным желанием Карлоты (как ее называли на испанский лад) родить наследника для продолжения династии, императрицу заманили к знахарке, где опоили каким-то снадобьем с сильным воздействием на нервную систему и в бессознательном состоянии изнасиловали.
Журналист Киш решил попытаться докопаться до истины, причем провел свое исследование весьма тонким образом. Он выяснил имя самой авторитетной травницы в Мехико и для начала попытался выяснить у нее, какое противоядие существует против зелья, вызывающего последствия, сходные с симптомами душевного заболевания императрицы Шарлотты. Таким знатоком оказалась некая донья Кармелита, к лавочке которой на рынке столицы народ буквально валил валом. Женщина средних лет восседала среди баночек и мешочков, а в помещении кишела ребятня, дети и внуки хозяйки. Для завоевания доверия знахарки журналист поинтересовался средствами для излечения нервных заболеваний, попросил отвесить ему по дозе каждого и без малейший промедлений расплатился наличными. Знахарка, похоже, имела готовый ответ на любой вопрос и с удовольствием делилась своими познаниями.
Журналист ненавязчиво поинтересовался, не хлебнула ли императрица Карлота «бешеной травки», известной в Мексике под названием Toloachi.
Донья Кармелита со знанием дела пустилась в объяснения.
— От «бешеной травки» безумие является преходящим. Только лишь когда человек привыкает к удовольствию от этого состояния, ему угрожает стать безумным навсегда. Тогда он пляшет на улицах, подобно обезьяне, и не обращает внимание на то, что люди смеются над ним. Императрице же дали яд один-единственный раз.
Киш не удержался и в лоб спросил у знахарки:
— А какой это мог быть яд?
Знахарка несколько испугалась и стала заверять его, что не имеет дело с ядами, а занимается исключительно целебными травами. Постепенно журналисту удалось выудить у нее, что императрица Карлота явилась к одной из знахарок столицы и попросила средство для зачатия ребенка. Разумеется, она пришла под вымышленным именем, переодетая, скрывая лицо под густой вуалью. Тем не менее, травница то ли узнала ее, то ли Карлоту умышленно заманили
