— Даже такой стол — величайшее наслаждение для недостойных, — вздохнул Вадим, чувствуя себя настоящим варваром.
Воины растерялись. Никто из них и понятия не имел, с чего надо начинать. Быстро оглянувшись на северян, Вадим неожиданно понял, что оба викинга смотрят на накрытый стол так, словно не есть собираются, а драться с расставленными блюдами и тарелками. Заметив, что купец положил себе на тарелку какую-то зеленоватую кашицу, он, недолго думая, повторил его жест, заслужив благосклонный взгляд купца.
Постепенно освоившись, Вадим принялся просто повторять то, что делал хозяин. Когда с закусками было покончено, и слуги подали следующую перемену блюд, Вадим решил сделать небольшой перерыв и, откинувшись на локоть, повернулся к персу:
— Позволено ли будет недостойному узнать ваше почтенное имя?
— Меня зовут Ширваз. Я купец в третьем поколении, и мои товары знают все богачи от Рима до Киева и от Хорезма до Китая. Я потому и решил обратиться к вам, что не хочу терять отличные товары, которые уходят в южных странах так, словно их никогда не видели, — вздохнул купец.
Неожиданно Вадим понял, что купец отбросил свою витиеватость в речи и заговорил нормальным языком. Догадавшись, что начался серьёзный разговор, Вадим отодвинул тарелку и, глотнув вина, весь обратился в слух. Увидев его настороженность, купец кивнул и, сделав слуге знак налить вина, задумчиво вздохнул, решая, с чего начать. Протерев пальцы ширинкой [расшитое домотканое полотенце], он огладил бороду и, качнув головой, продолжил:
— Я очень рассчитывал на вашу помощь. Эти грабители — как кость в горле у всех идущих на север купцов. Услышав, что в гавани появились северные варвары, я воспрянул духом, но ваши слова удивили меня. Скажу откровенно, я надеялся на большее.
— Один корабль — небольшое подспорье, если нападают несколько противников. Пока мы отбиваем атаку одного-двух, остальные беспрепятственно потопят ваш корабль. Я мог бы сказать, что мы сможем справиться со всеми кораблями, но это будет неправда, — неожиданно ответил Свейн.
— Я ценю вашу откровенность, — склонил голову купец. — Но как мне теперь быть?
— Наш мудрец считает, что от них можно откупиться, — ответил капитан, кивая на Вадима.
— Тогда зачем мне нанимать охрану? — с интересом спросил Ширваз.
— Затем, что именно охрана должна заставить их принять ваше предложение. Именно сила вашей охраны должна заставить их задуматься о последствиях нападения, — быстро ответил Вадим.
— Хочешь сказать, лучше кое-что без крови, чем все большой кровью? — задумчиво переспросил купец.
— Именно так. Они не глупы и должны понимать, что, полностью перерезав проход купцам, они очень скоро останутся без торговли.
— Это верно, — кивнул Ширваз. — Многие мои знакомые ищут обходные пути. Говорят, что новгородские правители уже устали зазывать к себе купцов. За поимку этих разбойников даже назначена награда.
— Странно это всё, — задумчиво вздохнул Вадим. — Ушкуйники — это крестьяне и охотники, которые выходят на разбойничий промысел, когда другого выхода нет и заработать просто нечем. А эти… словно с цепи сорвались. Что-то здесь не так.
— Ты так хорошо знаешь их? — насторожился купец.
— Много слухов по городу ходит, — вздохнул Вадим, проклиная свою несдержанность.
— И даже о том, кто они такие? — не унимался Ширваз.
— В порту можно услышать многое. Особенно если знаешь, где и как слушать. Мы потому и прозвали его мудрецом, что он это умеет, — ловко выкрутился из положения Юрген.
Помолчав, купец задумчиво огладил бороду и, кивнув, ответил:
— Похоже. За всё время своих путешествий я ни разу не встречал северянина, умеющего плести кружево слов так, как это делают у меня на родине. Признаюсь, услышав тебя, я был очень сильно удивлён. А теперь ты удивил меня во второй раз. Я сижу в этом городе полторы луны, но так и не смог узнать то, что уже известно тебе.
— Мне повезло, — пожал плечами Вадим. — К тому же иногда слова купцов и слова караванных охранников имеют разное значение.
— И снова ты прав, — улыбнулся Ширваз. — Часто бывает так, что кажущееся купцу страшными убытками на поверку оказывается небольшими потерями. Что ж, я убедился, что вы именно те, кому я могу доверить свой караван и свою жизнь, и готов нанять вас. Сто золотых сейчас и ещё три сотни, когда мои барки встанут у пристани Новгорода.
— Барки? — удивлённо переспросил Вадим. — Прости моё любопытство, почтенный Ширваз, но сколько всего кораблей ты хочешь вести с собой?
— Тебе не стоит извиняться. Я знаю, что это не праздное любопытство. Три барки, груженные товаром, стоят в порту и ждут команды к выходу. Ткани, пряности, украшения, ковры. Всё это я хочу продать там и, закупив мёд, пушнину, пеньку и моржовую кость, вернуться обратно.
— Сюда? В Константинополь? — уточнил Вадим.
— Нет. С этим товаром я вернусь домой. Я уже три года нахожусь в пути. Пора немного отдохнуть и проверить, что происходит дома.
— А как же семья? — продолжал допытываться Вадим.
— Я ещё не женат. Вот вернусь, проверю свои лавки, и можно будет осесть. Теперь с караванами будет ходить мой племянник. Молодой, но уже очень опытный в торговых делах юноша. Так вы принимаете моё предложение?
— Смотря какие ты выдвинешь условия, — ответил Свейн.
— До Новгорода должны дойти все мои барки.
— А отступные?
— Здесь нужно будет смотреть на месте. Чем меньше мы им заплатим, тем лучше. В любом случае, если мои корабли дойдут до места целыми, вы получите свою плату. А если сможете уговорить этих разбойников на пять сотен золотых, то я приплачу вам ещё сотню в качестве благодарности, — решительно ответил Ширваз.
«Серьёзные деньги», — подумал Вадим, стараясь сделать так, чтобы на его лице ничего не отразилось.
Очевидно, то же самое подумали и северяне, потому что лицо каждого из них приобрело каменно безразличное выражение.
— Когда ты планируешь выйти? — задумчиво спросил Свейн.
— Как только вы будете готовы. Я и так слишком задержался в этом городе, — вздохнул купец.
— Куда мы можем сообщить тебе о принятом решении и времени выхода?
— Я живу здесь. Когда я могу услышать ваш ответ?
— Думаю, мы встретимся завтра, — подвёл итог Свейн.
Удовлетворённо кивнув, купец поднял бокал с вином и, отсалютовав им в сторону гостей, вздохнул:
— Будем надеяться, что боги будут к нам благосклонны.
Согласно склонив головы, северяне подняли свои кубки и, выплеснув немного вина на пол, опустошили их одним духом. Внимательно наблюдавший за ними купец кивнул и дал слуге знак подавать следующую перемену блюд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
