Я наладила годограф и осмотрела некоторые блокноты. Обсуждали мотивационную технику.
И в этот миг где-то очень далеко разбилось стекло!
Звук был резкий, неожиданный. По залу пронеслось его эхо, короткие импульсы, постепенно сливающиеся друг с другом, тающие, переходящие в едва слышное гудение энергии в стенах. Потом все исчезло в раздраженном шепоте.
Наверху. Должно быть, в "Башне". Так назывался ресторан на крыше Здания.
Лифт поднял меня на верхний этаж, я вышла в серую темноту ночи и быстро прошла через открытый дворик.
В тумане "Башня" выглядела мрачно — затянутые желтым круглые окна с крестообразным переплетами, колонны из камня, поддерживающие арки дверей, старинная медная дощечка для меню. Освещение не работало.
Из комнаты просачивалась тихая музыка. Я слегка приоткрыла дверь и заглянула внутрь. "Башня" освещенная подключенными к компьютеру свечами, мигающими в закопченных кувшинах, выглядела как подводный улей из каменных сводов и разделенных ручейками пещер, автоматов для раздачи салатов, имитацией валунов и столбов. А центре этой пещеры поблескивала длинная полированная стойка бара. Голубые и белые огни вспыхивали на песчанике и серебре. Хрустальные потоки вытекали из уст каменных нимф, мчась по узким каналам между грубо вытесанными мостиками. Возможно, в другое время это место показалось бы сравнительно скучным, еще одним рестораном, где клиенты ведут нудные беседы, чтобы поддержать созданную архитектором иллюзию. Но в тот вечер абсолютного безмолвия пустые столы отступили в темноту, а колеблющиеся огни в закопченных кувшинах уподобились сверканию ночных звезд.
Было довольно прохладно, и мне пришлось натянуть куртку. Видимо, отказало отопление.
Я перешла мостик, прошла вдоль стойки бара и остановилась, чтобы оглядеть нижний уровень. Никакого беспорядка, стулья расставлены по местам, серебро выложено на красные полотняные салфетки, на столах выстроились приправы и бутылочки с соусами.
Почувствовала, что сейчас расплачусь, я ногой пододвинула стул и села за стол.
— Кто там? — вдруг раздался голос.
Я замерла.
Шаги. Где-то сзади. А потом — человек в мундире.
— Привет, — весело сказал он. — С вами все в порядке?
Я неуверенно покачала головой.
— Конечно. Что происходит? Где все?
— Я в задней части, у окна, — он повернулся ко мне спиной. — Мне надо оставаться там.
Убедившись, что я иду за ним, человек направился туда, откуда пришел.
Одежда на нем была странная, но смутно знакомая. Догоняя его, я вспомнила: это сине-голубой мундир Конфедерации.
Стол незнакомца загромождало электронное оборудование. Пучки проводов соединяли два или три компьютера, ряд мониторов, генератор и Бог знает, что еще. Он стоял над всем этим, с серьгой наушника у одного уха, явно поглощенный изображениями на дисплеях: схемами, разверткой слежения, колонками цифр и символов.
Он взглянул в мою сторону, почти не видя меня, кивнул на бутылку темного вина, вынул стакан и жестом предложил угощаться. Потом улыбнулся чему-то увиденному, положил наушник на стол и сел.
— Я — Мэтт Оландер, — представился он. — Какого черта вы здесь делаете?
Это был мужчина средних лет, тонкий, словно лезвие. Его серая кожа почти не отличалась по цвету от стен — верная примета обитателя корабельных палуб.
— Я, кажется, не понимаю ваш вопрос, — ответила я.
— Почему вы не улетели с остальными?
Он внимательно наблюдал за мной. Увидев, что я совсем сбита с толку, он озадаченно почесал затылок и сказал:
— Всех увезли, — произнес он.
— Кто? — спросила я. Мой голос сорвался. — Кто всех увез и куда?
Он отреагировал так, будто услышал глупый вопрос, и потянулся за бутылкой.
— Конечно, нельзя охватить все сто процентов. Где вы были? В шахте? В горах и без связи?
Я объяснила.
Расстегнутый у ворота мундир открывал светлый свитер, что явно было нарушением формы. Волосы у него были редкие, а черты лица подошли бы скорее торговцу, чем воину. Голос его смягчился.
— Как вас зовут?
— Ли. Киндрел Ли.
— Послушайте, Киндрел, мы провели последние две недели, эвакуируя Илианду, и закончили вчера утром. Насколько мне известно, остались только вы и я.
Оландер снова переключился на монитор.
— Почему? — Я почувствовала облегчение, смешанное с ужасом.
Судя по выражению его лица, Оландеру хотелось, чтобы меня здесь не было. Он прикоснулся к клавиатуре на своей панели.
— Я вам покажу, — сказал он.
На одном из экранов появилось изображение концентрических окружностей, на которых мигало восемь-девять звездочек.
— Илианда в центре. Или, скорее, Станция. Диапазон дальности примерно полмиллиона километров. Вы смотрите на флот "немых". Базовые корабли и крейсеры.
Оландер глубоко вдохнул.
— Происходит следующее, мисс Ли. Наш флот собирается хорошенько всыпать этим мерзавцам. — Он стиснул зубы, и в глазах его заиграли огоньки. — Наконец-то. Они гнали нас в течение трех лет, но сегодняшний день — наш.
Оландер поднял пустой стакан и насмешливо отсалютовал потолку.
— Я рада, что вам удалось вывезти людей.
— Сим не согласился бы на иное.
— Никогда не думала, что война придет сюда. — На экране возникла еще одна звездочка. — Не понимаю, ведь Илианда нейтральна.
— Киндрел, в этой войне нет нейтральных. Вы просто позволили другим сражаться вместо вас.
В голосе его чувствовалось презрение.
— На Илианде мир! — выпалила я, глядя ему прямо в глаза и ожидая, что он смутится. Но увидела только ненависть. — По крайней мере, был мир.
— Мира нет нигде. Очень давно никто не живет в мире. — Голос его звучал холодно, он резко рубил слова.
— Они здесь только потому, что здесь вы, не так ли? — спросила я.
— Да, им нужны мы. — Он ухватился руками за спинку стула, положил подбородок на кулак и рассмеялся мне в лицо. — Вы судите нас! Знаете, вы совершенно невозможные люди. Если вас еще не убили или не заковали в цепи, то только потому, что мы умираем, чтобы дать вам возможность кататься на ваших чертовых яхтах!
— Боже мой, — ахнула я, вспомнив, о пропавшем челноке. — Так вот почему он так и не прилетел?
— Не беспокойтесь, он сюда и не собирался.
Я затрясла головой.
— Ошибаетесь. Около полуночи я слышала обмен сообщениями по радио. Они летели по расписанию.
— Они не собирались прилетать, — повторил он. — Мы сделали все возможное, чтобы эта планета выглядела, как всегда.
— Зачем? — спросила я.
— Мы сейчас изменим ход войны. "Немым" наконец-то достанется!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
