крепкой рукой.
- Никогда еще не был рад видеть тебя меньше, Алистер.
- Вижу, вы отшлифовываете план, - добродушно подмигнул ректор.
- Э-э-э.. Что-то в этом роде, ректор, - автоматически выпрямилась я, на мгновение вновь ощутив себя зеленой студенткой Академии.
- Донна Верне, позвольте проводить вас, - сказал маячивший возле Левергарда первый министр, нетерпеливо поглядывая на карманные часы. Кажется, мы отстаем от плана.
Торопливо поднявшись с короля и пробормотав что-то на прощание ему и ректору, я вылетела в коридор. Присоединившийся ко мне через несколько секунд министр Хейл выглядел столь же беспристрастным, как обычно. Разве что уголок губ едва заметно подрагивал, будто бы в намеке на улыбку.
- Куда мы едем? – подала я голос, когда мы оказались в карете.
- Мой особняк, - коротко ответил министр. – Там вы сможете подготовить все для сегодняшнего вечера.
- Знать бы еще, что именно произойдет сегодня вечером, - тихо пробормотала я, теребя юбку.
- Разве его величество не успел обсудить это с вами? – приподнял брови в гримасе почти искреннего удивления министр.
- Не успели добраться до этой темы, - неизвестно почему краснея, ответила я и предприняла попытку сменить тему в надежде, что министр Хейл прояснит немного ситуацию: - Что именно вы задумали?
- Его величество планирует собственноручно арестовать герцога сегодня ночью, - преспокойно ответил Хейл, - проигнорировав все мои попытки передать это дело профессионалам.
- Если под профессионалами подразумевается ваша дворцовая охрана, то меня не удивляет его отказ.
- В распоряжении его величества могли оказаться вполне компетентные наемники, но тихое убийство близкого родственника отчего-то не вписывалось в планы короля.
- О, да... – понимающе протянула я. – Некоторые люди до отвращения щепетильны, когда речь заходит об убийстве членов семьи.
- Его величество полагает, что герцогу будет комфортнее в тюрьме, чем в семейном склепе, - министр непонимающе покачал головой. – На мой взгляд, совершенно напрасно. У королевской семьи вполне уютный склеп.
И он вздохнул с видом человека, проделывавшего тяжелую работу, которую окружающие отчего-то не ценили. Впрочем, если подумать, с точки зрения первого министра так оно и было.
До особняка Дигвальда Хейла мы добрались быстро. Укоризненно взглянув на меня и сообщив, что я первая женщина, которую он привел в эти стены, он проводил меня в библиотеку, заставленную книгами с пола до потолка.
- Полагаю, здесь вам будет удобно. Поскольку его величество планирует самолично произвести арест герцога, вынужден попросить вас отнестись к защите всерьез.
- Постараюсь сделать все возможное, чтобы король выжил. Я ведь тоже профессионал, министр Хейл, - успокаивающе, ну, по крайней мере, надеюсь, что прозвучало так, сказала я.
- Ваше дело обеспечить защиту, - он слегка поморщился: - За наступление отвечает ректор Левергард. Он подготовил какую-то хитроумную магическую ловушку. Со всем этим великолепием мы займем наиболее выгодную точку у комнат дофины Коры и будем ждать визита герцога. Вам все понятно?
- В общем-то, да. Кроме разве что одного. Зачем там вообще его величество? Признаться, мне было бы удобнее защищать его, если бы он оказался где-нибудь подальше в тот момент, когда будут арестовывать его убийственного дядюшку.
- Закон запрещает арестовывать членов королевской семьи кому-либо кроме короля, поэтому его величество обязан присутствовать при аресте.
Недоверчиво моргнув пару раз, я уставилась на первого министра как первокурсник на преподавателя во время лекции о высших формах магического равновесия в системах междумирья.
- А убивать, значит, можно?
- Убивать можно, - благодушная змеиная улыбка скользнула по губам министра. – Подобного рода оказии встречаются не так уж редко. Если вы обратитесь к источникам, донна Верне, то обнаружите, что наша история знает немало случаев вражды между членами правящей семьи. Во избежание неприятностей выработан целый свод правил. Так, к примеру, можно казнить членов семьи короля, но исключительно путем отсечения головы и ни в коем случае не через повешение. А в заточении герцогу Кеморгскому будет полагаться пятичасовой чай ежедневно и помада для волос в неограниченном количестве. Нетрудно догадаться, что пункт о помаде был внесен в законодательство еще в прошлом веке. Таким образом, если бы речь шла об убийстве герцога, вопрос мог бы быть решен без присутствия его величества, но поскольку герцога арестуют, - он развел руками.
- Понятно. Сплошная бюрократия и угроза жизни.
- Его величество утешает мысль о том, что юная дофина не останется сиротой.***
Министр Хейл, сообщив, что не хотел бы оставлять меня одну, устроился в глубоком кресле с кипой бумаг и с головой нырнул в государственные дела. Мне же осталось только колдовать.
- И вот здесь немного затянуть, - бормотала я с возрастающим отчаянием.
Святая Бригитта, ну почему все не так, как должно быть?! Почему король, зная об угрожающей ему опасности, идет самолично арестовывать преступника, опасаясь за его жизнь и не желая, чтобы дочь преступника осталась сиротой? Почему королевская жизнь не может быть простой и легкой? Для чего нам нужно именно сегодня ловить убийцу? Неужели нельзя подождать месяц-другой, пока я не придумаю более совершенные защитные чары? Отчего герцогу вдруг вздумалось убивать родного племянника?
- Возможно, герцог считает, что трон должен был достаться не его величеству, а ему самому, - перелистывая бумаги, отозвался первый министр, и я поняла, что последний вопрос задала вслух.
- Допустим, - согласилась я. – В королевских семьях и не такое происходит. Но отчего бы не отложить его поимку на некоторое время? А нашего короля можем пока отправить… - я взмахнула рукой, - куда-нибудь.
- С неприятными повинностями лучше разделываться как можно скорее, донна Верне, - с ноткой меланхолии произнес министр Хейл. Глубокие морщины на его лице, кажется, стали еще глубже. - Промедление может стоить жизни кому-то еще. Остается надеяться, что герцог все же решит сегодня навестить дочь.
Я вспомнила вдруг о неизвестном мне человеке, погибшем этой ночью. Кто он? Знал ли он, кто его убивает? О чем он мечтал? Куда шел? Были ли у него планы на сегодняшний день? Наверняка были. Смерть всегда приходит так внезапно, так не ко времени. Она живет по расписанию, которого мы никогда не видим. Было бы мне легче, если бы я знала, что Марен умрет так рано? Было
