— Доволен? Животное! — прошипела девушка, в бессильной ярости сжав кулаки.
— Лучше придержи язык, а то я ведь могу и вспомнить, что одежда на тебе, тоже принадлежит мне.
— Ты… Ты не… — девушка отступила на шаг, судорожно вцепившись в полы кожанной курточки.
— Да-да. Я не посмею — ухмыльнувшись, я повернулся к здоровяку и спросил — Рикар, как думаешь, стоит ее обыскать? А то припоминаю, что на ужине мы не досчитались несколько золотых ложек. Как думаешь?
Не дождавшись ответа от недоуменно моргающего здоровяка, я шмыгнул носом, утер с лица дождевую влагу и махнул рукой:
— Ладно уж, поверю тебе на слово. Ты свободна. Иди с миром.
Алларисса обожгла меня яростным взглядом, и вновь направилась к стене. Ухватив за плечо дернувшегося за ней здоровяка, я позволил девчонке отойти еще на несколько шагов и лишь затем окрикнул ее вновь:
— Эй! Ты же не собираешься воспользоваться МОЕЙ лестницей? А? Помнится, ты утверждала, что тебе от меня ничего не надо.
Поникшая фигурка замерла на месте и медленно развернулась ко мне. Разглядев ее лицо, я понял, что она на грани отчаяния, но с усилием заставил себя стоять на месте и сохранять надменное лицо — что было довольно затруднительно, учитывая льющуюся с небес воду и пронзительные порывы ветра.
Рикар наконец-то понял мои истинные намерения и успокоившись, перестал вырывать плечо из моих пальцев. Поразительно, но и Ренис не торопился следовать за обожаемой хозяйкой, оставшись рядом со мной. Вот и считай после этого собак неразумными тварями.
— Но как я смогу покинуть пределы твоих владений без лестницы? Мы окружены стенами со всех сторон!
— Твои проблемы — развел я руками — Можешь попробовать вскарабкаться по стене — я с удовольствием на это посмотрю. Так и быть, разрешаю тебе прикасаться к моей стене. На этот раз.
Девушка огляделась вокруг, оценила высоту окружающих стен, посмотрела на меня, перевела взгляд на Рикара и тут все мои воспитательные планы рухнули — брызнули слезы и плюхнувшись в грязь, она заревела в голос.
Рикар в мгновение ока очутился рядом и подхватив ее на руки словно пушинку, понесся к светящемуся входу в пещеру, на ходу бормоча что-то ласковое и утешительное, сингерис бежал рядом и все норовил лизнуть рыдающую хозяйку. Утешители. Теперь Алларисса возненавидит меня еще сильнее, но это я как нибудь переживу, лишь бы глупостей не делала.
Проводив их взглядом, я почесал в затылке и начал выуживать из грязи мешок и оружие, что оказалось довольно нелегкой задачей — вредное создание забросило их в самую глубокую лужу.
Возвратившись в теплую пещеру, я с трудом унимая бьющую меня дрожь, всучил залитые грязью вещи страже и распорядился:
— Отдай женщинам. Пусть все приведут в порядок и сразу же вернут баронессе Ван Ферсис.
Добравшись до своего закутка обустроенного в углу пещеры, я с трудом стащил с себя мокрую одежду, пересиливая слабость забрался на лежанку и укутался теплыми шкурами. Меня знобило и я никак не мог унять стук зубов.
"Лишь бы не заболеть." — мелькнуло в голове, — "Зря я взъелся на несчастную девчонку. Зря. Ей и так несладко сейчас. Надо извиниться. Обязательно. Сейчас немного отдохну и пойду извиняться. А пока, надо откинуть шкуры. Слишком жарко. Построенная братьями мастерами печь достойна всяческих похвал."
С трудом стащив с себя шкуры, я облегченно откинулся на подушку. Странно. Каменный свод надо мной, казалось медленно вращается. Присмотревшись, я убедился, что глаза меня не обманывают — потолок определенно кружился, с каждым мгновением набирая обороты.
Я был настолько поглощен происходящим, что и не заметил, как отгораживающая мой закуток шкура отдернулась и внутрь протиснулся тощий Стефий, с парящей кружкой в руках.
— Господин, я вам отвару горячего принес.
— Отвару? Ты мне лучше водички холодной принеси, а то расстопили печь так, что вдохнуть невозможно — сонно ответил я, не отрывая глаз от потолка — Стефий, а что у нас происходит со сводом пещеры? С чего бы это ему вращаться?
— Вращаться? — переспросил Стефий, но вместо того, чтобы посмотреть вверх, начал внимательно вглядываться в мое лицо, а еще спустя миг, я почувствовал его холодную ладонь на своем лбу.
— Господин. У вас жар!
— Да нет у меня жара, — отмахнулся я от его руки, чувствуя, как медленно погружаюсь в сон, — Немного отдохну, и все будет в порядке. Лучше скажи, что происходит с потолком?
Последние слова я уже еле выговорил, а затем темная волна сна накрыла меня с головой и лишь краем уха, я слышал, как Стефий выбежал наружу и его удаляющийся крик:
— Отец Флатис! Дядька Рикар!
Где-то высоко надо мной раздаются грохочущие голоса, некоторые из них мне знакомы — я различаю голос здоровяка Рикара, спокойный говор отца Флатиса, возбужденный фальцет Стефия и кажется, пару раз прозвучал звонкий колокольчик Аллариссы. Надо мной мелькают смутные тени, я чувствую влажную материю на лбу, послушно глотаю поднесенный к губам горький отвар. Такое чувство, что со мной это уже случалось и так же надо мной звучали встревоженные голоса… словно я заново переживаю прошлое. Да… тот злополучный день охоты, когда меня покалечил кабан…
— Вот беда-то, как же я старый пень не досмотрел-то — сокрушается Рикар.
— Жар удалось сбить, думаю, теперь он быстро пойдет на поправку — это уверенный тон отца Флатиса.
— Отец Флатис, я принес еще отвара с лечебными травами.
На меня накатывает серая пелена тумана и голоса отдаляются, пока не исчезают совсем, но им на смену приходят другие звуки — грохот сталкивающихся щитов, звон тетив боевых луков и слышен рев боевого рога трубящего тревогу…
Очередная волна солдат лорда Ван Корлиса накатывается на стену, но встретив ожесточенное сопротивление и изрядно проредив свои ряды, неохотно откатывается назад, оставляя после себя пятна ярко красной крови и мертвые тела оскалившиеся в посмертной гримасе.
Я мрачно оглядываюсь по сторонам, с трудом сохраняя на лице спокойное выражение. С высоты крепостной стены на которой я стою, великолепно видно все плачевное состояние крепости.
Очередной штурм успешно отбит, но какой ценой?
Запасы камней и смолы полностью исчерпаны. Обессилившие воины едва стоят на ногах, помертвевшие от усталости лица с темными провалами безжизненных глаз похожи на маски, иссеченные доспехи больше не могут служить надежной защитой.
Да и я выгляжу и чувствую себя не лучше.
Восьмой день мы обороняем пограничную крепость, раз за разом отбивая атаки превосходящих сил противника, а обещанное подкрепление так и не прибыло. Проклятье. Еще несколько атак и не останется воинов, способных удержать в руке меч.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
