— Билл! Джерри! Скорей сюда! Окружайте загон!
И тут Фэнтом отчетливо увидел, что выбор у него невелик. Придется или перепрыгивать через изгороди, или же остаться здесь на растерзание троим головорезам7 Сдаваться он не собирался, тем более, что сумка, набитая драгоценностями, все ещё была у него.
Он развернул лошадь в ту сторону, где частокол барьеров казался самым редким, и пришпорил её, с места поднимая в галоп.
В это время ворота амбара распахнулись, и тусклый свет фонаря выхватил его из темноты как раз в тот момент, когда он направил кобылу на барьер.
— Ты что, спятил? — заорал Кендал.
Лошадь во весь опор мчалась прямо на изгородь, но в самый последний момент заупрямилась, с поистине кошачьей ловкостью несмотря на свои огромные размеры вывернув в сторону и продолжая путь вдоль изгороди.
Призрак вылетел из седла, но поводьев из рук не выпустил, слыша у себя за спиной негодующий рев Кендала:
— Я пристрелю тебя, придурок! Останови её, или я тебе мозги вышибу! Фэнтом же мог только теряться в догадках относительно того, почему Кендал до сих пор ещё этого не сделал. Тем временем он снова вскочил в седло, нашарил ногами стремена и направил лошадь на видневшуюся впереди изгородь. Забор оказался довольно высоким, футов пять, не меньше, а взять такое препятствие в темноте будет совсем не просто. К тому же может оказаться, что она и вовсе не умеет брать барьеры — ведь очень многие лошади так никогда и не постигают этого искусства!
Но на этот раз по мере приближения к препятствию, он почувствовал, как её шаг становится более размеренным, а могучие мышцы крупа начинают подрагивать от напряжения, и понял, что вот-вот произойдет чудо. Она птицей оторвалась от земли, и в этот самый миг прогремел выстрел. Это стрелял Кендал.
Пуля пролетела далеко от цели. Беглец даже не слышал её свиста, но зато вопль Кендала и грохот выстрела послужили сигналом к действию для его людей.
Один из его подручных, повинуясь приказу хозяина, зашел с другой стороны амбара, и теперь Фэнтом увидел, как из-за угла постройки прямо ему навстречу выскользнула тень, и заметил блеснувший в темноте ствол наставленного на него пистолета.
Он держал поводья одной рукой, хотя прямо перед ним уже возникло из темноты новое препятствие. Фыркнув, лошадь устремилась прямо к изгороди, а Фэнтом выхватил кольт и выстрелил в сторону зловещей тени.
В ответ загремели выстрелы, но в то мгновение, как лошадь оттолкнулась от земли, в следующий момент благополучно приземляясь по другую сторону от забора, Фэнтом краем глаза заметил, как недавний стрелок вдруг подался вперед и сделав ещё один или два шага, ничком повалился на землю.
Еще один забор возник из темноты совершенно неожиданно. Лошадь преодолела и это препятствие, в то время, как вдогонку им прогремел ещё один выстрел, и пуля сбила шляпу с головы Фэнтома. Подхватив на лету слетевшую шляпу, юноша направил Злодейку к последнему барьеру.
И через эту, самую последнюю изгородь, она перемахнула с легкостью, словно играючи и как будто даже с удовольствием, и теперь перед Фэнтомом расстилался вольный простор, а внизу, у подножия склона, тускло поблескивала неподвижная, словно зеркало, водная гладь озера и тихой речки!
Глава 34
Рассвет застал его далеко в горах. С того самого времени, как он покинул дом Куэя и вырвался на волю из загона, Фэнтом не переставал оглядываться назад, но ни когда дробный стук лошадиных подков прокатился по бревнам моста, ни в то время, как они неслись по проселочной дороге, и во все стороны из-под копыт лошади летели мелкие камешки, ни когда в клубах пыли мчались на тропе, ведущей на юг — но он так и не заметил ни малейших признаков погони. Резвая серая кобыла позаботилась об этом. Она птицей летела по равнине, упрямой рысью преодолевала крутые подъемы и бесстрашно скатывалась вниз с самых опасных склонов.
Когда же в небе начала заниматься заря, он остановился у ручья и принялся поливать водой ей на ноги, а затем растер их своими сильными пальцами, пока в коленях у лошади не утихла сильная дрожь. Затем ослабил подпруги седла и отпустил её немного попастись, но так, чтобы она не стояла на одном месте, а расхаживала по каньону.
Ночная скачка через горы оказалась для лошади серьезным испытанием; животное тяжело дышало, вздымая крутые бока, но в нем все ещё были скрыты огромные силы. И в самом деле, Фэнтом был готов держать пари, что теперь преследователям из Долины Счастья никогда не удастся их догнать, если, конечно, они не раздобудут себе новых лошадей за южными границами долины. Теоретически такое было вполне возможно, хотя Фэнтому это и представлялось маловероятным. Ну а там кто знает, насколько далеко за пределы долины распространялось могущество Кендала.
И вообще, как они его собираются выслеживать в потемках? Так что в любом случае, им пришлось бы ждать до рассвета. Фэнтом успокаивал себя этими рассуждениями, вспоминая самый последний, прощальный взгляд, брошенный им на долину с высоты крутого склона.
В небе только-только всходила луна; под ночным небом мрачно темнели вековые деревья, по зеркальной, обрамленной рваными тенями глади озера пролегла лунная дорожка, а речки казались двумя узкими лентами из серебристой парчи. Но во всей округе царила мертвая тишина; не было видно ни одного факела, который мог бы служить сигналом для союзников Кендала. И в самом средоточии этой красоты и опасности стояла маленькая хижина, в которой спала Джо Долан! Открывавшийся его глазам идиллический пейзаж придал ему уверенности, но подумав о девушке, Фэнтом тяжко вздохнул.
Мысли о ней не давали ему покоя на протяжении всего пути, пролегавшего через каменистые холмы, с безрадостным постоянством выраставшие по обе стороны от извилистой тропы и похожие на застывшие волны — черные и зловещие волны, поблескивающие боками отполированных дождями и временем гладких валунов.
Лошадь мирно щипала траву, затем прошла чуть подальше и снова продолжала пастись, а он следовал за ней, отчаянно борясь с усталостью, от которой ломило все тело, а мысли начинали путаться в голове.
Но тут словно сквозь сон он услышал далекие раскаты грома. Фэнтом обернулся, решив, что над горизонтом у него за спиной начинают собираться грозовые тучи; но никаких туч не было и в помине, да и к тому же легкий ветерок дул ему в лицо.
Поначалу Фэнтом решил, что причиной грохота мог стать камнепад в горах, но мгновение спустя, он услышал его снова, и уже на этот раз смог без труда определить, что за спиной у него раздавался гулкий перестук конских копыт!
Рывком затянув подпруги, он вскочил в седло. Фэнтом едва успел поднять лошадь в галоп, когда вдогонку ему раздалось пронзительное гиканье — клич, какой обычно издавали индейцы при виде добычи!
