***
- Исчез один интересный персонаж… — рассказывал уже сухой и умытый Фем, сидя в тесной компании в рубке. — Он как в воду провалился.
- Как его звали?
- Некий Айвин. Ух не шпион ли? Ну, не важно сейчас… Сигнал СОС я решил не посылать с баржи, их всё равно найдут скоро. Спасатели подумают, что сухогруз похитили Сомалийские пираты. Я и курс компьютеру задал — плыть на Сомали. Там такая система навигации, это что-то, — Фем повернулся ко всё ещё обиженному Шульцу. — Расскажи.
- Да. Система.
- Команда частично в трюме заперта, — продолжил Фем, не обращая внимание на дувшегося Шульца. — Часть в машинном отделении. Они начали проводить там поверку после операции, или из-за дождя, не знаю. Ну я их там и запер. Кают компания была занята вооружёнными гориллами… Там они и сидят, закрытые. А ещё я обесточил всё, кроме командной рубки и крана.
- Так они и сидят там в темноте? — заволновалась Рената.
- Там сухо. Удобно. И еды навалом. В кают компании даже окошки есть…
- Не пролезут? — Отто начал крутить ус.
- Диаметр меньше размеров черепа… не должны. Да и мы всё равно уже далеко. Пора контейнер проверить…
- А как же. Все только об этом и думают, — произнёс Феликс, озираясь в поиске поддержки. — Он же закупорен, как консервная банка. А там внутри, этот Айвин не сидит? Что-то он меня беспокоит. И как можно было скрыться…
- Как бы он открыл контейнер? Может, он за борт сиганул, и висит сейчас где-нибудь на цепи. Да мало ли, где на барже спрятаться можно… — сказал Отто и спросил:
- А подводная лодка что?
- У них нет электричества, но они скоро всплывут, и будут дрейфовать с остальными. Сами себе такую судьбу выбрали, — ответил Фем.
- Судьбу не выбирают. Выбирают предложенный ею путь… — вдруг сказал медленно отходящий от обид Шульц. — Я так думаю.
- Это чересчур тонко, философ, — улыбнулся Фем, и обратился к остальным:
- Я считаю, что если бы не Шульц, у нас бы всего не получилось. Хочу при всех поблагодарить тебя.
- Спасибо, напарник… Куда мы теперь, как и собирались, в Грецию? Надо постараться уйти как можно дальше, пока облачность…
Фем вышел на палубу. Было ещё темно, и низкие облака, подсвеченные догоравшими остатками корабля, зловеще краснели. Дождь перестал. Холод не чувствовался, да и не мог он — слева внизу его грела тихая и счастливая Рената, а справа ещё оставалось тепло если даже и не от самого пожарища, так от его вида. Они подошли к контейнеру с деньгами, и Фем вдруг понял, что его встревожило — он ощутил знакомые ощущения в пальцах.
- Там что-то есть, — промолвил он. — Там что-то есть…
Рената вопросительно на него посмотрела. Фем молча подошёл к контейнеру и оценивающе взвесил замок. Это был навороченный кодовый монстр без названия фирмы.
- Любопытно… Позови, пожалуйста, остальных. Это важно, — попросил он Ренату.
***
Когда подошли все, Фем совершил пассы вокруг лицевой часто замка. К этому действу настолько уже привыкли, что воспринимали его как нечто само собой разумеющееся. Монстр щёлкнул челюстью, скрипнул дверью, и внутри тут же зажёгся свет.
«Резервная батарея…» — пробубнил Отто и невольно попятился.
Начинка этого микро Форт Нокса была довольно примечательна — брикеты с долларами, по десять килограмм каждый, судя по надписи сбоку. Все брикеты были уложены на стандартной складской палете.
- Интересно уложено, никогда такого не видел… — произнёс Шульц. — И сколько же в каждом брикете?
- Ровно один миллион. Купюра любого достоинства весит один грамм. Хотя, какое в них достоинство… — Феликс поморщился. — Думаю, тут чуть меньше ста миллионов…
- Да уж, вы тут единственный профи, — сказал Фем. — А что вы знаете про микрочипы внутри купюр?
- Что?! — Отто оторвался от созерцания сокровищницы. — Какие такие чипы?
- Те, что впечатаны в каждую банкноту. По ним можно распознать где и когда они были напечатаны, и многое другое. Например, на контроле во многих аэропортах, банковских офисах, и многих других местах уже стоят электронные ворота. Они запрограммированы отсылать информацию автоматически. Плюс камеры слежения, и … рыбки приводнятся в указанный аквариум в считанные дни.
- А они это… пассивные или активные? — спросил Отто.
- Если бы активные — за нами уже бы летели на истребителях ВВС. Нет, информация считывается только при сканировании. Сами они не передают…
***
Какое-то время они стояли молча перед раскрытыми дверцами сокровищницы и размышляли каждый о своём. Фем почему-то вспомнил слова старика Акиро — «не желай золота». То, что «звездочёт» имел в виду, вроде было ясно. Но в то же время Фем чувствовал, что Акиро подразумевал нечто большее. Что-то, связанное с мифологией.
Отто, облокотившись на дверцу контейнера, теребил правой рукой левый ус. Его мысли были сейчас далеко от долларов, в солнечной Греции. Как дела повернутся там и кто будет их встречать? Каждый раз, придумывая новый шаг, или поворот во всей этой истории, Отто чувствовал, что балансирует на лезвии. Причём следом за ним балансирует вся компания, за которую он испытывал ответственность. И кинжал этот, становится всё острее и острее. Но двигаться было необходимо. Любая задержка грозила ужасными последствиями.
Феликс единственный стоял спиной к контейнеру. И мысли его, как обычно, были недоступны. Видимо, он чувствовал остатки влияния прежних заблуждений, но в голове, похоже, был хаос. Зло на востоке, вроде никуда не делось, но другое зло, западное, которое он так усиленно стирал из своего разума, стало активным и развернулось против него.
Шульц, казалось, не был ничем озабочен. Он пялился в экран своего андроидного приятеля, и улыбаясь, пришепётывал губами. Выглядело это так, будто он участвовал в чате с подружкой. По его лицу пробегало шаловливое выражение, что могло бы свидетельствовать о благосклонности подружки.
Рената так и стояла под бочком у Фема. Где её мысли были, было неведомо. Она вдруг неожиданно спланировала с небес на борт яхты и произнесла:
- Утопим этот бункер, выкинем все пачки одну за другой, а следом и сам контейнер. А может, лучше подожгём? И заснимем пожар, и ролик поместим на интернет. Главное — не прикасаться к этим деньгам.
- А перед этим ногами растопчем, — вмешался Шульц. — А на пепелище устроим танцы.
- Напечатают новые… Не забывайте, нам они нужны для задуманного, — сказал Фем.
- А нельзя это дело, как-то обезвредить? Навести поле какое-нибудь? А? — Шульц помахал руками, чтобы Фем догадался, что он имеет в виду.
- Уже… — произнёс Фем, устало помахивая в ответ. — Сплошной диэлектрик. Кроме нескольких пачек. Я их оставил специально, для посылки… И контейнер тоже… уже сам не передаёт. Я вовремя успел его, как бы это выразится, стерилизовать…
- Какой посылки? — заинтересовался Отто.
- Я тут подумал, что неплохо бы послать Сомалийским пиратам небольшой рождественский подарок.
- А… пачку меченых купюр? Умно, ничего не скажешь. А если баржу отловят до того?
- Ну и что? Это их ещё больше запутает. Они же не знают, на какое судно перенесли контейнер.
- Но он же тоже не спичка.
- А вот для этого, нам надо избавится от контейнера до того, как мы будем проходить Гибралтар, — Фем немного задумался, и продолжил:
- Там, в Тарифе, в самом его узком месте, легче всего отследить судно, а поскольку мы там будем уже скоро, надо приниматься за работу.
- А как же мы его подкинем… что будет компроматом? Ведь меченые купюры ты стерилизовал… Обратно не вернёшь. Так что придётся везти контейнер, — Отто почесал голову. А деньги действительно, лучше перенести в трюм…
***
С этими словами он прикатил небольшую тележку, и начал грузить на неё брикеты. Дождь в очередной раз перестал, но влажность была предельная. За работой не заметили начала рассвета, который подкрался в стелющемся низко над водой тумане.
Сыщик вызвался рулить, так как сон никак не шёл. Остальные уже провалились в каюты, а он всё раздумывал о прошедших событиях. Как так могло случиться, что он оказался в центре этих событий? И ведь надо же, всё как в книжках — случилось это в тот момент, когда он подумывал о пенсии. Вернее, размечтался, и не о пенсии, а скорее о покое. И вот, что вышло. В голове всё крутилось «Эх, эх…», и Отто понял, что его начало клонить ко сну. Он встряхнулся, но «Эх-Эх» опять шептало в ухо. Ветер дул попутный, и яхта скользила, к удовольствию Отто, быстро.
Фем спал всего три часа, так как идея побыстрее оставить сзади Гибралтар неприятно его почёсывала то лапой за ухом, то за бок коготками. Он вдруг вскочил от поцарапавшей его мысли, что надо сменить Отто. И вовремя. Тот улыбаясь полулежал на штурвале, и судя по довольному лицу, был занят достойным для пенсионера счастьем — ловил гигантскую рыбу в Рейне.
