Я протянула вверх руку и провела ей по его волосам. - Я люблю тебя. Я давно уже тебя люблю.
- Черт, - прорычал он, и немного отстранился, чтобы посмотреть на меня. - Как бы я хотел, чтобы ты призналась мне в этом, когда только это поняла.
- Я думала, что это тебя испугает, - призналась я.
Он покачал головой, поедая меня взглядом и поглаживая мои руки и спину. - Ты возможно единственный человек на Земле, который не осознает, как чертовски сильно я от тебя без ума. Людям, которые нас не знают, хватит одного лишь взгляда, чтобы понять, что я полностью принадлежу тебе. Это все написано на моем лице, когда я смотрю на тебя.
- Я скучала по тебе, - сказала я ему.
Он обхватил руками мое лицо так, как сделал это, прежде чем впервые меня поцеловать. - Хорошо, потому что без тебя я был потерян, - сказал он, а затем его губы коснулись моих и приоткрылись от вздоха. Вздох принадлежал мне.
Его рот касался моего и он начал углублять поцелуй. Мой разум был затуманен, когда я держалась за его руки и расстворялась в его объятиях. Я не была уверена, испытаю ли я это когда-то вновь. Теперь, когда все вернулось, я не смогу это отпустить.
- Где ты остановилась? - спросил он у моего рта. - Мне нужно быть внутри тебя. Очень скоро. Сейчас.- В доме, где я выросла, - сказала я, не желая туда возвращаться. Он был полон плохих воспоминаний, тех, которые я не хотела испытывать сейчас. Никогда больше.- Садись на пассажирское сидение. Поедем в отель, - сказал он, подаря мне последний поцелуй и похлопав по заднице.
Я поторопилась оббежать машину, чтобы забраться внутрь, когда увидела девушку моего возраста, стоящую у своей машины и наблюдающую за мной. Я ходила с ней в одну школу и она была членом церкви. Но она никогда не была со мной милой.
Она была одной из многих, кто подшучивал надо мной и заставлял меня чувствовать еще более ненужной, чем я уже была. Она наблюдала, как я целуюсь с Критом. Она видела то, как он обнимал меня и улыбка коснулась моих губ. Думаю, я только что дала ей повод для сплетен. Я подняла руку и помахала ей, прежде чем сесть в машину.
Было трудно держать руки подальше от Блайт так долго, чтобы мы смогли добраться до отеля и зарегистрироваться. Поэтому, как только я закрыл позади нас дверь номера, я схватил ее на руки и направился к кровати. Бросив ее на постель, я наблюдал, как она смеется и улыбается мне. Стянув с себя рубашку, я отбросил ее в сторону, а затем быстро расправился с ботинками и джинсами. Она сидела и наблюдала за мной словно очарованая.
- Раздевайся, любимая. Я хочу видеть тебя голой, - сказал я ей.
Она вышла из транса и начала раздеваться, и теперь уже я наблюдал за ней с полным очарованием.
Когда ее лифчик упал на пол и она стянула вниз свои шорты вместе с трусиками, я хотел воспользоваться моментом и насладиться тем, как чертовски она красива. Но это придется отложить на потом, потому что моя жажда быть внутри нее была больше жажды воздуха. - Пожалуйста, скажи мне, что принимаешь противозачаточные. - Мне так сильно хотелось войти в нее без всякой преграды, чтобы полностью почувствовать ее.
Она покачала головой. - У меня никогда не было в этом необходимости, - сказала она, выглядя подавленной.
- Тогда, как только мы вернемся домой, ты отправишься к врачу. Я хочу быть в тебе без всякой преграды. Чтобы ничего нам не мешало, - сказал я ей, а затем поцеловал в губы, одновременно начиная надевать презерватив.
- Подожди, - сказала она, протянув руку, чтобы меня остановить. Я хотел было уже спросить почему, когда она дотронулась до пирсинга, на который ранее лишь смотрела с изумлением. Я не давал ей возможности изучить его. Мне не терпелось войти в нее, и она так этого жаждила.
- Любимая, - произнес я сквозь зубы, а затем со свистом втянул в себя воздух, когда она обхватила рукой мой член. - О, черт. - Я сжал руки в кулаки и наблюдал, как она провела большим пальцем по металлу, который я, пропорив, поместил на свою кожу однажды ночью, будучи пьяным.
- Тебе больно? - спросила она, когда мое тело содрогнулось от ее прикосновения.
- Не в том плане, в котором думаешь ты, - сказал я. - Но мы можем продолжить это дело и разговор в другой раз, любимая. Потому что сейчас я действительно близок к тому, чтобы кончить, а твои прикосновения только усугубляют положение.
Коварная улыбка коснулась ее губ, когда она опустила немного голову и провела языком по набухшей головке моего члена. - Черт! - я схватил ее за талию и отбросил назад на кровать. Ее ноги тут же раскрылись и мой член скользнул внутрь ее. Это ничем не было хуже посасывания, она втягивал мой член в себя и сжимала его.
Блайт вскрикнула и ее бедра поднялись вверх. Это было очень сексуально, и черт возьми, она была вся мокрая. Ощущения, которые я испытывал, начав двигаться в ней, отличались от тех, которые я когда-либо испытывал. Что-то было не так. Все казалось лучше и, черт бы меня побрал, я не думал, что я могу испытать с ней еще что-то намного лучше.
- О господи, о господи, о господи, я чувствую его. - Стонала Блайт. - Да, Крит, я чувствую его. Он ласкает так, как не могу я. - Она выкрикнула мое имя снова и ее тело начало дрожать, пытаясь захватить меня глубже. Для нее все тоже было по-другому. - Там! О Господи! Крит! О Господи! - Она схватилась за мою спину, обхватив меня так, будто бы не могла насытиться нашей близостью. Ее тело задрожало и она издала несколько криков.
Прежде чем я нашел свое освобождение, я понял, что именно она почувствовала. Резким рывком назад, я кончил ей на живот. Я забыл про презерватив. Я посмотрел вниз на свой член, который был покрыт ее влагой и лежал у нее на животе. В этот раз она оставила на мне свою метку.
Ее взгляд скользнул вверх от спермы, покрывающей ее живот, до ее груди, а затем она посмотрела на меня. - Упс, - произнесла она, широко распахнув глаза.
Смех вырвался из моей груди и я наблюдал, как она сомкнула губы, чтобы тоже удержаться от смеха. Затем она вновь опустила взгляд на мой член. - Мне нужно начать принимать противозачаточные, потому что этот пирсинг определенно стал моим любимым.
- Так ли это? - спросил я, думая о том, что быть в ней безо всяких преград, стало моим любимым делом.
Она кивнула. - О, да.
Она не покидала меня. Я не потерял ее. Она была моей. - Позволь мне пойти взять полотенце и убрать свой беспорядок, - сказал я, вставая.
- Похоже ты изрядно постарался.
- Ничего не мог поделать, любимая. Твоя узкая киска втягивала меня так, словно не могла мною насытиться и это довело меня до предела.
Ее глаза загорелись и вновь запылали огнем. Черт, да. Моя девочка любит секс.
- Блайт.
- Да?
- Ты идеальна. Я бы ничего не стал в тебе менять. Знай это, - сказал я ей, а затем направился за полотенцем. Теперь, когда я знал, что она прожила жизнь, полную подавлений, я намеревался сделать все возможное, чтобы она провела всю оставшуюся жизнь с напоминаниями о том, как она прекрасна.
