С неподдельной искренностью в голосе Голгат сказал:
— Вы очень добры, о повелитель.
Султан развел руки.
— Ну конечно же. Ведь я султан.
— Совершенно верно.
Султан проводил гостей в шатер и пригласил их рассаживаться. На каждый из многочисленных ковров можно было купить маленькое королевство. В тени, в глубине шатра, виднелись тусклые очертания продолговатой хрустальной емкости, из которой иногда доносился плеск воды.
Потягивая чай, Солдат попросил султана об услуге, объяснив, что его дорогая жена находится в плену в Уан-Мухуггиаге и ему требуется помощь султана в ее поисках.
Султан с энтузиазмом откликнулся на просьбу Солдата.
— Сами звезды послали тебя ко мне с этой бедой, — начал он взволнованно, — потому что моя собственная милая любимая жена тоже пропала и находится в плену у этого разбойника, у этой свиньи, Халифа Сильнейшего. Он устроил налет на мои дворец, когда меня не было. Той ночью я вырвал на себе все волосы и поклялся, что он умрет. Помоги мне вернуть мою любимую женушку, и я помогу тебе найти твою.
Солдат не слишком долго обдумывал это предложение, потому что знал, что от него ожидают быстрого ответа.
— Я сделаю все возможное, чтобы вырвать вашу жену из лап вора и похитителя Халифа.
— Сильнейшего. Халифа Сильнейшего. В пустыне очень много Халифов. Ты должен найти именного того, кого нужно, иначе мне попадется уродливая жена, и я не буду знать, что мне с ней делать. Если ты украдешь наложницу Халифа Лютого, мне придется отослать ее обратно, что будет унизительно для нас обоих. Если возьмешь любовницу Халифа Рыжего, мне придется бросить ее на съедение крокодилам, что ранит мои нежные чувства. Если украдешь возлюбленную Халифа Мучителя, моего брата, ты навлечешь на мою семью войну, и много людей падут жертвами меча. Нет-нет. Моя Лунна Лебяжья Шейка, самая прелестная женщина в мире, именно у Халифа Сильнейшего.
Солдат мельком взглянул на Голгата, на лице которого застыло блаженное выражение паломника, только что вернувшегося из похода по святым местам.
— Запомнил: Халиф Сильнейший. Я найду твою жену Лунну. А Лунна только одна, или их тоже много? Лунна Газелья Шейка, к примеру?
Султан был потрясен.
— Нет, конечно же, нет! Есть только моя Лунна.
— А в каком направлении лежат владения Халифа Сильнейшего?
— К западу. — Султан пристально посмотрел на лицо Солдата. — Да, я слышал, что у тебя синие глаза, каких не сыскать. Странно, очень странно. Хотя на прошлой неделе я слышал о человеке с точно такими же глазами, который ехал на восток. Караванщики встретили его по пути. Он говорил на странном-престранном языке. Ты слышал о нем?
— Я слышал о нем, но его личность остается для меня загадкой. Я даже видел его. Думаю, он хотел меня убить.
— Да, говорят, что он ищет человека с такими же глазами, как у него. Но все равно он направился на восток, а ты отправляешься на запад. Скорее всего, вы никогда больше не встретитесь. Мне рассказывали, что у него жестокое-прежестокое лицо — не такое, как у нас с тобой, а преисполненное злобой. Горькие мысли исказили его черты. Его сердце, мне сказали, полно ненависти.
— Не такое, как у нас с вами, мой повелитель.
— Нет. Мы милейшие из людей и ни на кого не держим зла. Мы исполнены добротой, как эти кубки наполнены вином. Впрочем, пора. Так пей же, пей, ведь облака, что ввечеру плывут, охотником накинут петлю света на башню во Дворце султана.
Трое мужчин поднесли к губам золотые кубки и испробовали вино, которое заставило бы и соловья петь ради еще одной капли.
— Последние твои слова… — промолвил Солдат. — Кажется, я где-то их уже слышал. Похоже на стихи. Мне это что-то смутно напоминает, что-то пробуждается в глубине сознания…
— Мне тоже, — пробормотал Голгат, и глубокая морщинка прорезалась между его бровей.
— И мне, — сказал потрясенный султан, — а ведь у меня плохая память на стихи.
Все трое стали размышлять о величии прекрасных слов. Затем последовали три глубоких вздоха — ни один из присутствующих не смог вспомнить, где услышал эти строки в первый раз. Султан сказал, что здесь кроется одна из величайших загадок жизни и, без сомнения, один из них проснется посреди ночи и выкрикнет имя поэта, но забудет его еще до того, как утро выкатится из темного кубка ночи.
И вновь все трое потрясенно замолчали, погруженные в раздумья.
Солдат проснулся незадолго до рассвета и понял, что заснуть не сможет. Ему снилась Лайана, и он очень расстроился, не обнаружив ее рядом.
Остальные пока спали, и он пошел прогуляться по песчаным дюнам. Как только лучи солнца коснулись высокой дюны, Солдат увидел двух демонов, которые шагали по самому гребню. Они шли не спеша, рука в руке, и весело потешались над забавным случаем — один из демонов вошел в человека и заставил его броситься со скалы.
Демоны подходили ближе, и глаза их превратились в желтые щелочки на длинных страшных мордах. В подобных обстоятельствах человек должен быть готов к тому, что его разорвут на куски. Демонам не нравится, когда их прогулки прерывает своим появлением смертный.
Но когда они приблизились, выражение лица одного из демонов изменилось, и он бросил мимоходом:
— Я не видел тебя случайно на похоронах чародея?
— Видел, — уверенно ответил Солдат, понимая вдруг, насколько ему повезло. — Помню, мы даже перекинулись парой словечек.
— Да, я тебя сразу узнал. У меня хорошая память на лица.
И с тем демоны продолжили прогулку, все еще посмеиваясь над недавней встречей, которая закончилась самоубийством глупого человечишки. А Солдат пошел своим путем, удивляясь собственному везению и любуясь наступающим днем.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Спэгг отказался присоединиться к отважным искателям приключений, и они отправились вызволять Лунну Лебяжью Шейку вдвоем.
— Мне уже довелось с ним попутешествовать, — сказал Спэгг и указал на Солдата вилкой, на которую до самого верха были нацеплены ломтики баранины. — Признаюсь, не слишком-то это напоминало приятную загородную прогулку.
Вилка отправилась в рот, и баранина исчезла в глотке.
— Тогда оставайся здесь, — сказал Солдат, — на случай, если вернется Ворон и принесет весточку от ИксонноскИ. А мы тем временем…
— А я тем временем неплохо повеселюсь.
Солдат с Голгатом удалились, оставив Спэгга нарезать баранину. В этом теплом благодатном климате продавец рук наращивал жирок и был несказанно доволен жизнью. Товары здесь были гораздо дешевле, чем в Зэмерканде, в особенности баранье и козье мясо, которое так обожал Спэгг. Правда, с пшеничным хлебом дела обстояли плохо, зато продавалась масса мучных изделий из прочих злаков: к примеру, кукурузный и рисовый хлеб. А еще тут всегда можно было купить какие-нибудь фрукты по сезону. Одним словом, желудок Спэгга никогда не пустовал. Кроме того, к Спэггу порой забегала его дородная возлюбленная. Она мчалась к нему, едва только корабль швартовался в порту. От прошлых походов у Спэгга на руках и ногах остались рубцы. В минуту слабости он похвастался своим друзьям, что когда они с Маракешкой занимаются любовью, она просовывает указательные пальцы в дырочки на его руках. И еще он поведал, что это ее сильнее возбуждает, чем поверг друзей в крайнюю степень отвращения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
