Солдат с Голгатом удалились, оставив Спэгга нарезать баранину. В этом теплом благодатном климате продавец рук наращивал жирок и был несказанно доволен жизнью. Товары здесь были гораздо дешевле, чем в Зэмерканде, в особенности баранье и козье мясо, которое так обожал Спэгг. Правда, с пшеничным хлебом дела обстояли плохо, зато продавалась масса мучных изделий из прочих злаков: к примеру, кукурузный и рисовый хлеб. А еще тут всегда можно было купить какие-нибудь фрукты по сезону. Одним словом, желудок Спэгга никогда не пустовал. Кроме того, к Спэггу порой забегала его дородная возлюбленная. Она мчалась к нему, едва только корабль швартовался в порту. От прошлых походов у Спэгга на руках и ногах остались рубцы. В минуту слабости он похвастался своим друзьям, что когда они с Маракешкой занимаются любовью, она просовывает указательные пальцы в дырочки на его руках. И еще он поведал, что это ее сильнее возбуждает, чем поверг друзей в крайнюю степень отвращения.
Солдат уже начал привыкать к своему верблюду. Поначалу он пытался ездить на нем, как на лошади. Но потом все-таки смирился, решив, что животное имеет полное право ходить вразвалочку и важничать, и научился балансировать на спине животного в такт с его движениями.
Друзья хорошо подготовились к путешествию по пустыне: следом шли два груженных припасами верблюда. К тому же они обзавелись парочкой астролябий на случай, если потеряются во время песчаной бури, которыми так изобилует этот район. Основная проблема, с которой сталкиваются путешественники в пустыне, — нехватка воды. Султан снабдил друзей картой колодцев; впрочем, источников было мало, они представляли собой лишь эпизодические крошечные точки на необъятных просторах, а потому друзья предусмотрительно прихватили несколько запасных бурдюков.
Солдат и Голгат с ног до головы были закутаны в одежды, какие обычно носят обитатели пустынь, и на расстоянии их можно было принять за кочевников.
— Тебе, мой друг, — начал Солдат, — не стоило отправляться со мной. Я сам отыщу эту женщину.
— Ты спас мне жизнь, и я твой должник.
— Пойми меня правильно, я рад иметь такого спутника, только ты ведь не всю жизнь должен со мной расплачиваться. Человек спасает многих на поле боя, просто вовремя оказавшись рядом. Сколько еще ты собираешься быть моим должником?
— Когда я решу, что отплатил тебе сполна, я сообщу. Я ценю свою жизнь дороже, чем ты думаешь. А кроме того, я люблю приключения. Вот для моего брата главное амбиции. Ну и пусть сидит дома и подбрасывает поленца в сигнальные костры на стенах Зэмерканда. А я уж лучше поищу легендарный город Ксиллиоп, из которого происходят такие чудеса, как слоны из желтой меди. Там есть двухголовые леопарды и крылатые львы, там цветет белая каменная роза, наполняя воздух чудесным благоуханием. Почему я должен спешить домой к ворчливой жене и капризным шалопаям, когда могу быть здесь, дышать знойным воздухом пустыни и занимать ум размышлениями о странных поэмах?
— У тебя нет жены, не говоря уже о детях.
— Могли бы быть, если бы я остался дома. Скучающий человек что угодно сделает, лишь бы хоть чуть-чуть скрасить будни.
Солдат никогда прежде не попадал в настоящую пустыню. Уже в пути он удивился разнообразию местной фауны. Там были змеи, ящерицы, скорпионы и с дюжину разных мелких млекопитающих. Нередко радовали глаз газели. А еще канюки — крохотные пичуги, которые снуют туда-сюда в поисках жуков и пауков, выползающих в ночные часы из-под камней.
Дни стояли жаркие, солнце безжалостно припекало головы. Зато по ночам температура падала ниже нуля, превращая воду в бурдюках в лед. От такой резкой смены температуры трескались камни, издавая звук подобный удару хлыста. Порой Солдату не удавалось заснуть из-за этого треска, пронизывающего холода, от которого ломило кости, да шороха ночных обитателей пустыни.
Как-то вечером путники разбили лагерь у пресноводного источника. Вдали темнели сгорбленные очертания гор. Путники сильно утомились в тот день и не могли идти дальше. Вдруг на небе стали образовываться необычные скопления облаков, и Солдат встревожился, как бы не случилась буря.
— Я раньше думал, что пустыня — безжизненное, одинокое место, — поделился он с Голгатом. — Как же я ошибался в первом и как был прав насчет одиночества. Не удивлюсь, если на этих позабытых богом песчаных просторах поселился какой-нибудь отвергнутый ангел.
— Интересно. Гляди, как далеко уходит горизонт. Так можно решить, что мир пуст. Но мы-то знаем, что далеко отсюда расползаются вширь города, в которых кишат люди, словно личинки в тухлом мясе. Как все-таки полезно пожить иногда вдали от суеты и толкотни. А что такое ангел?
Солдат удивился.
— Ты не знаешь, что такое ангел? Вероятно, в вашем мире ангелов нет… Ангел — очень необычное существо. Некоторые называют ангелов крылатыми посланниками бога, которые приносят людям вести в виде слов, а также насылают на смертных огонь и гибель. Они исполнены доброты и справедливости.
— Да уж, судя по твоему описанию, — сказал Голгат. — Особенно мне понравились огонь и гибель.
— Это лишь для дурных людей. Ангелы — прелестные создания, которые стоят у рыцаря на плече, когда он сражается с врагами.
— И оказывают ему неоценимую помощь, — фыркнул Голгат. — Большой жирный ангел забирается к тебе на спину, чтобы тебе тяжелее было драться.
— Ангелы — легкие воздушные существа, скорее дух, чем материя. Похоже, ты сейчас настроен высмеивать все и вся, — сказал Солдат. — Непонятно зачем.
Порядком повозившись с трутницей, Голгат развел костер и отступил на пару шагов, удовлетворенно глядя на пламя.
— Да, сюда бы твоего ангела — не пришлось бы мне так потеть. Ангелы-то еще ладно, но вот твоя теория о всеобщем едином боге ни в какие рамки не лезет! Такого просто не может быть… — И Голгат принялся объяснять, что один бог не способен обеспечить порядок в мире. Ведь надо и за погодой присматривать, и следить, чтобы моря не переливались, отводить лишнюю воду в реки, и все такое… Одному существу не справиться со столькими обязанностями, да еще когда к нему восходит столько молитв. Ведь Солдат никак не поймет очевидного: чтобы выполнять великое множество разнообразных дел на земле и небесах, нужно много богов.
— Все зависит от того, сколько в божественной сущности сосредоточено энергии.
Так они и продолжали спорить. Солнце зашло час, а то и два тому назад, и холод заполнил собой бесконечные просторы пустыни. А потом друзья заснули почти одновременно. В первые часы рассвета случилась буря. Путешественники, съежившись, сидели под самодельными укрытиями, прячась, от летающего в воздухе песка вместе со своими животными. Наконец утреннее солнце пригрело их палатку мягкой теплой ладонью. Голгат первым вышел из тента и испустил такой возглас удивления, что Солдат тут же вскочил на ноги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
